Книга: Города Беларуси в некоторых интересных исторических сведениях. Гродненщина

КСЕНДЗ МАРК БУРАК

КСЕНДЗ МАРК БУРАК

(Из книги «По некоторым замечательным уголкам Беларуси»)

С 1905 по 1943 гг. главным священнослужителем в Мстибовском костеле был Марк Бурак. С большим уважением вспоминают о нем старожилы Мстибова и близлежащих к этой деревне поселений — Огородников, Лесников, Олекшичей, Видеек, Ятвязи, Яриловки, территориально составляющих местную парафию. Этим человеком в 1910 г. была выдвинута идея построения в местечке нового каменного храма — идея, сразу нашедшая поддержку. Был создан специальный комитет, руководителем которого стал сам Марк Бурак. Помимо строительства, на комитет возлагалась обязанность помогать бедным. Святыню строили долго — мешали войны, не хватало средств. С 1914 по 1922 гг. строительство вовсе не велось. Потом работы возобновились. Тем не менее, шли они медленно, ибо нечем было платить каменщикам. Костел возводился на средства народа и силами народа. Поначалу, когда формировали фонд строительства, делали «раскладку» на каждого прихожанина — в зависимости, кто сколько имел земли. Вдобавок, каждый парафиянин отрабатывал на стройке определенные дни.

В 1922 г. на освящение храма приезжал арцибискуп из Гродно Ялбжиковский.

Марк Бурак был деятельным человеком. Рабочий день его начинался в костеле в восемь часов утра с утренней молитвы. Выходных не имел. В мае и в октябре служба проводилась дважды в день. По воскресеньям, как и положено, ксендз работал целый день. Кроме святой службы занимался хозяйством, так как имел 18 га земли. Доходы с земли целиком отдавал на нужды костела.

И все же активность мстибовского пастыря выплескивалась за рамки его обязательных деяний. Он был не просто альтруистом, но и человеком широкого размаха. Желал всюду успеть. В 1920 г. ушел добровольцем в армию. Служил в чине капитана. В 1922 г. баллотировался в депутаты сейма. В то время в возрождающейся Польше было зарегистрировано около двух десятков партий. И, естественно, победить на выборах было крайне непросто. Старожилы рассказывают, что иных народных депутатов и их агитаторов местные изгоняли из деревни палками. Стать депутатом Бураку не посчастливилось. Позже стал идейным вдохновителем создания в Мстибове сети торговой кооперации, в задачу которой входило сбить грабительские цены, устанавливаемые евреями.

Возможно, неудача на депутатском поприще поселила в душе Бурака разочарование. Он критически относился к Пилсудскому и его правительству и, как человек прямой, не скрывал этого. Как-то, направляясь домой, он взялся подвезти на своей коляске двух полицейских из Волковыска. По дороге зашел разговор о политике, и священнослужитель нелицеприятно отозвался о президенте и его ставленниках. Досталось от него и председателю местного уезда. Спустя несколько дней его попутчики и председатель подали на него в суд.

Суд, в свою очередь, вынес решение: полтора года тюрьмы. Тогда ксендз подал на обжалование в воеводский суд в Гродно. К тому времени решение уездного суда уже амнистировали. Но Бурак не пожелал отступить:

— Я не принимаю амнистии, — заявил он. — Пусть рассудит суд!

Его дело привлекло внимание главным образом потому, что председателем суда в Гродно был белорус. Противники ксендза очень надеялись, что представитель другой нации будет особенно придирчив к поляку, и они выиграют. Но все разрешилось самым неожиданным образом: председатель уездного суда… оправдал Бурака.

В 1939 г. в Мстибово пришла советская власть. Ксендза арестовали. В это время большую силу в местечке имели евреи, составлявшие половину его населения. Их община потребовала освободить ни в чем невиноватого священника. Бурака освободили. Это был уже убеленный сединой старец, мудрый и тонкий «дипломат». Даже находясь под арестом и зная о жестокости новых властей, он позволял себе подшучивать над ними. У красноармейцев считался за своего — те иначе, как «батя», его не величали.

Даже фашистов не испугался Бурак. Немцы разместили в его доме жандармерию. Поэтому ксендз вынужден был жить у людей. Однако даже в такое трудное время продолжал работать. Как и прежде, прихожане собирались в костеле, и их ксендз разъяснял им ситуацию и наставлял их. Вот фраза, высказываемая им не раз в те годы с алтаря, — я слышал ее от людей, хорошо знавших Марка Бурака:

— Не предавайте родины. Шкада женки, дитя, но еще больше шкада родины!

Даже немцы предупреждали: «Прячьтесь! Вы погибнете!» Но он отвечал им:

— Я никому плохо не сделал. А если и погибну, то за веру!

В 1943 г. немцы арестовали его. А 15 июля того же года расстреляли. С ним расстреляли еще пятьдесят человек. Это были самые образованные люди из Свислочекого и Волковысского поветов, местная интеллигенция: учителя, врачи, инженеры, священники. Их расстреляли на окраине небольшого леска, невдалеке от Мстибова. Мальчик-пастух видел, как их вели, и узнал своего ксендза.

Через год, когда пришло великое освобождение, власти разрешили вскрыть яму с расстрелянными. Тело ксендза лежало выше других. Его перезахоронили возле костела.

С тех пор и стоит во дворе Мстибовского храма постамент с вылитым в металле именем: «Марк Бурак».

Оглавление книги


Генерация: 0.052. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз