Книга: Золотая тень Кёнигсберга

Кёнигсберг на открытках Игоря Рудникова

Кёнигсберг на открытках Игоря Рудникова


Игорь Рудников — не только известный в Калининграде политик и журналист, но и обладатель большой коллекции старинных открыток с видами Кёнигсберга.

— В моём собрании есть поистине уникальные экземпляры, — рассказывает Игорь Рудников. — Многим из них больше ста лет. Есть даже отпечатанные ещё в XIX веке. Попадаются открытки, изготовленные по очень необычной технологии. Чёрно-белую фотографию практически вручную полукустарным способом раскрашивали художники, придавая запечатлённым на почтовой карточке видам необыкновенный колорит и поистине неординарное восприятие.

Кстати, по открыткам с изображением одних и тех же улиц, проспектов и площадей хорошо видно, как развивался наш город. Каким он был на рубеже XIX и XX веков, в канун Первой мировой войны, в эпоху Веймарской республики, в конце 30-х годов и в последние дни своего существования — перед тем, как Кёнигсберг подвёргся варварским бомбардировкам английской авиации.

Рудников бережно достаёт из альбома одну из открыток и показывает мне.

C виду обычная чёрно-белая фотография. На ней изображён Королевский замок со стороны Шлосстайх — Замкового пруда (нынешнего Нижнего озера):

— Эта почтовая карточка весьма необычна. У неё очень интересная история. С обратной стороны она подписана. Причём на русском (!) языке. В 1935 году молодая женщина приезжает из Советской России в Кёнигсберг и пишет матери в Иваново о своём путешествии. И вот эта открытка спустя 75 лет опять возвращается в Кёнигсберг…

Беру открытку. Переворачиваю и внимательно разглядываю. Отпечатана в типографии «Stengel», но не в Кёнигсберге, как я ожидал увидеть, а в… Дрездене. Неужели в столице Восточной Пруссии не было подходящей типографии?

Справа — тёмно-бордовая марка стоимостью 15 пфеннигов с изображением барельефа Гинденбурга. Снизу надпись: «Дойче рейх». В центре открытки — штемпель, на котором хорошо читается дата — 13 января 1935 года.

Дочь пишет своей маме, Марии Александровне Лупаниной, о том, что в Кёнигсберге провела уже неделю… По времени совпадает с зимними каникулами. Возможно, автор послания — учащаяся вуза или школьница.

А может, учительница, выезжавшая в Кёнигсберг попрактиковаться в немецком языке? Ведь в те годы крепили советско-германскую дружбу.

— Старинные открытки с видами Кёнигсберга заинтересовали меня не случайно, — продолжает Игорь Рудников. — К нам в редакцию газеты часто приезжают многие известные политики, бизнесмены из Москвы, из Санкт-Петербурга. Бывают и иностранные гости. И все интересуются историей нашего загадочного города. Каким он был?

Вот так и родилась идея разместить в помещениях офиса фотогалерею репродукций со старинных открыток с видами Кёнигсберга.

В 2001 году я обратился к историкам, которые меня познакомили с известными коллекционерами. Благодаря им я и приобрёл первые реликвии… Много ценных экземпляров получено мной из российских городов, куда волею судьбы попадали открытки из Кёнигсберга. И, конечно, из Германии и Польши.


Кстати, редакция газеты «Новые КОЛЁСА Игоря РУДНИКОВА» располагается на Черняховского, 17 (бывшей Врангельштрассе, 49). Это один из немногих уцелевших в апреле 1945-го домов. Он был построен в начале XX века военным ведомством из Берлина «Вонбаум ГМБХ».

В кёнигсбергской адресной книге за 1939 год сохранились имена его последних немецких обитателей. Управляющий домом Артур Вандерслебен жил на первом этаже. Его соседом был майор медицинской службы Барст. На 2-м этаже обретались майор Булле и старший технический инспектор Краус. На третьем этаже квартировали два капитана — Зендер и Зянген. В подвале — дворник Биннер.

Можно представить себе, КАК это было. Стерильная чистота, занавески на кухонных окнах в крупную красную клетку, тяжёлые бархатные портьеры в гостиной… По утрам — всегда в одно и то же время — из-за каждой двери пахло свежесваренным кофе, суетилась прислуга… К подъезду подкатывались чёрные автомобили, все эти майоры и капитаны убывали на службу, а их жёны — белокурые, сухопарые фрау в строгих костюмах, сшитых почти как военная форма, — отправлялись по своим делам.

Будущее было скрыто от них. Что ж, проснувшись однажды утром, жители Помпеи тоже не подозревали, что этот день станет для них последним.

…После войны квартиры на Врангельштрассе, 49, были переделаны в коммуналки. Которые, кстати, существуют и поныне, и их обитатели, соседи «НК», не поддаются расселению. Улицу, конечно, переименовали — сначала в Кавалерийскую, а потом — в Черняховского.

…Я хожу по офису редакции и словно оказываюсь на улицах давно исчезнувшего города. Вот как выглядел Кёнигсберг в 20–30-е годы прошлого века — Королевский замок и прилегающие к нему кварталы… знаменитый Дом техники… различные виды знаменитой Ганзаплатц… Долго присматриваюсь к большому 5-этажному комплексу на одной из фотографий. Знакомое здание. Черепичная крыша. Магазины на первом этаже. Большие мансарды. На фасаде огромными цифрами обозначен год постройки: «1925». Всё это мне что-то напоминает… Точно! Это же нынешняя мэрия! Только до неузнаваемости… перелицованная. Кстати, у немцев это была городская ратуша.

— С чего начался мой интерес к истории Кёнигсберга? — Рудников на минуту задумывается. — Наверное, с первой встречи в 1979 году. Тогда мне исполнилось 14 лет. На что я обратил внимание сразу? Помню совершенно точно — Южный вокзал. Типично немецкая архитектура. Тёмно-красный кирпич, высокие готические своды… А потом я увидел старинную брусчатку. Она — свидетель многих эпох и поколений. Брусчатка Кёнигсберга… Да, для меня это один из символов древнего города. Его шарм, очарование.

К сожалению, мы его стремительно теряем…

Юрий Грозмани
----

Оглавление книги


Генерация: 0.091. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз