Книга: Лучшие отели мира

Таиланд не для всех

Таиланд не для всех

Four Seasons Resort Chiang Mai, Чанг Май, Таиланд

Ольга Волкова


Чанг Май – второй по размеру (после Бангкока) город Таиланда. Вот уж никогда бы не подумала – ведь Бангкок огромен и грязен, набит сомнительными улочками и небоскребами, настоящая столица со всеми ее минусами. А Чанг Май – это нечто особенное.


Это не тот Таиланд, о котором сразу вспоминает человек, побывавший в Патайе или на Пхукете, – это совсем другой климат и другой пейзаж. Здесь, на севере, где горы и зелень, где часты рассветные туманы, мир похож на виды на старинных китайских рисунках. Хотя на самом деле тут поблизости вовсе не Китай – рядом Бирма и Лаос. Этот край две сотни лет принадлежал Бирме, что до сих пор чувствуется – в деталях архитектуры, даже в сувенирах.

Чанг Май провинциально уютен, впрочем, все положенные достижения цивилизации тут налицо: «Макдоналдс» имеется, есть и потрясающие воображение торговые улицы, на которых при желании можно одеться с ног до головы, а заодно и купить все для оформления дома в восточном этностиле – деревянная мебель, серебряные скульптуры, шелковые покрывала ручной работы. И конечно, грандиозный ночной рынок. Между прочим, помимо великолепно исполненных подделок, на рынке есть и местные изделия, очень даже пригодные в качестве сувениров. Да и в любом случае вполне приятно потолкаться в доброжелательной интернациональной толпе, покупающей кошельки из крокодиловой кожи и яркие шелковые наволочки. Если догулять по рынку до самого его закрытия, а потом долго ужинать, то есть шанс дождаться рассвета. То есть, может, некоторым жаворонкам и нетрудно на отдыхе вставать в пять утра – но таких мало; в основном людям проще встретить рассвет, так сказать, с другой стороны.

Рассвет же нам интересен не только своими нежными красками и тишиной, но и зрелищем буддистских монахов, отправляющихся за подаянием. Они не сеют и не жнут, в их монастырях процесс готовки обедов не предусмотрен, по магазинам за продуктами они не бегают – монахам положено жить только милостыней, причем собирать ее можно только рано утром. И вот в предрассветную рань пустынные улицы наполняются десятками и сотнями оранжевых фигур с котелками наперевес.

У кого они собираются просить еду, ведь все еще спят? И хватает ли у тайцев, не самых богатых в мире людей, милосердия на всех просящих? Хватает – монахи не толстые, но и умирающими с голоду не выглядят.

Впрочем, тайцам не так уж и трудно войти в их положение – ведь почти все они тоже в свое время носили шафрановые тоги. Таков обычай – хоть на три месяца, но уйти в монастырь должен каждый мальчик. Одни довольствуются минимальным сроком, а другие остаются в монастыре навсегда.

Чанг Май полон храмов и монастырей, в том числе и очень древних. В одном из них в золотой ступе хранится частица кости Будды: ее саму не увидишь, но ее сияющее хранилище – сколько угодно.

Тайские паломники и монахи не косятся на туристов-иноверцев, возжигающих свечи и ароматические палочки. Они буддисты, они толерантны, они не выказывают нетерпения, не высказывают насмешки, когда турист пытается узнать судьбу по гадательным палочкам у одной из статуй Будды. Дело это непростое: вы берете что-то вроде колчана, в котором, как стрелы, торчат штук тридцать деревянных пронумерованных палочек. Надо так потряхивать футляр-колчан, чтобы одна из палочек выпала на землю – а это требует навыков трясения, потому что, если трясти как придется, то палочки выскакивают либо все, либо ни одной. Тот, кто достиг успеха в вытряхивании судьбы, смотрит на номер палочки и берет листочек бумаги, на котором написано пророчество.

Палочки в основном обещают приятные вещи: «Вы будете много и тяжело работать, зато потом на вас свалится удача и богатство» или «Вас ждет встреча с человеком, который сумеет повернуть вашу жизнь к лучшему». Хочется в это верить – но трудно, особенно в свете того, что одной незамужней девице выпало предсказание скорого вдовства.


Не знаю, почему это сезон дождей здесь считается полумертвым (в туристическом плане) сезоном? Дождь идет, но как по расписанию – с 16.00 до 17.00, а через пять минут солнце высушивает лужи, и от тропического ливня остаются воспоминания. И повышенная влажность – но, во-первых, не такая уж страшно повышенная, а во-вторых – влажность полезна для кожи: у тех народов, которые всю жизнь мокнут под дождем, лица без морщин. Может, именно поэтому нам так трудно определить, сколько лет тому или иному тайцу, а особенно тайке, – не то пятнадцать, не то пятьдесят.

Турист в Чанг Мае в основном не наш: нас манит море Пхукета и Патайи, а в северном Чанг Мае моря нет. Зато здесь есть стиль и вкус – те самые, полное отсутствие которых несколько раздражает в той же Патайе, чрезмерно перегруженной девочками, мальчиками, трансвеститами, секс-шопами, пип-шопами и прочими радостями, направленными куда-то ниже пояса. Да, Чанг Май – это не для всех. Это для искушенных, повидавших свет людей. Это часть азиатского путешествия – обычно здесь останавливаются на три-четыре дня, а потом едут дальше, познавать таинственный Восток.

А вообще надо почаще выходить замуж или хотя бы заводить романы – поездка в Чанг Май, особенно в отель Four Seasons Resort Chiang Mai, лучший отель в здешних краях, как ничто другое способствует расцвету чувств. Город рядом, но не слишком, отель тих, до суеты Чанг Мая отсюда ехать полчаса. Даже не в сезон гостиница набита людьми – все больше из Америки.

Впрочем, американцы разбавлены французами, итальянцами и даже увешанной золотом в своей женской части парой молодых индийцев, сбежавших из своего чудовищного климата в прохладу и роскошь северного Таиланда. То есть прохлада здесь, конечно, та еще – но жителям Индии прохладной показалась бы даже Сахара в летний полдень.

Four Seasons создан для счастья, как птица для полета. И здешним обитателям совершенно ни к чему себя чем-то утруждать. Даже таким нехитрым делом, как преодоление 20 м от бунгало до бассейна, – вконец расслабившийся отдыхающий вовсе не обязан идти туда на своих двоих: проще вызвать электромобильчик, он довезет куда надо.

Хотя с этими электромобильчиками явно происходит что-то странное – с одной стороны, они совершенно определенно есть. Но при этом, с другой стороны, их как бы и нет, потому что на дорожках их не видно до тех пор, пока не позовешь путем нажимания кнопки на телефоне. С третьей стороны, после вышеуказанного нажимания машинка появляется с такой скоростью, что возникает вопрос: а не хранится ли она в некоем подземном люке буквально у ступенек бунгало? Как бы то ни было, но мне так и не удалось засечь момент появления машинки – она вставала передо мной, как лист перед травой.

Точно так же загадочен персонал: он существует, потому что номер всегда убран и полон свежих фруктов и цветов. Но когда и кем все это делается – вопрос, ибо материализованную горничную увидеть не удается даже в том случае, если засесть в засаде под одним из кустов роскошного сада. Даже самый сверхэнергичный бизнесмен, в обычной жизни стоящий на грани нервного срыва, через сутки пребывания в Four Seasons Resort Chiang Mai разомлеет, начнет заказывать завтраки в номер, потому как лень уходить с этой прекрасной веранды с таким удобным диваном.

Тем более если у вас не обычный номер за $ 350 в сутки, а резиденция – то есть несколько комнат, и камин, и свой, отдельный, бассейн. Да еще и с видом на горы и небольшое, но настоящее, хоть и декоративное, рисовое поле, по которому ходят настоящие, хоть и нанятые отелем, поселяне и поселянки в народных одеждах. А вдоль поля бредет белый водяной буйвол. Это редкость – хотя на самом деле он не столько белый, сколько розовый. Розовый буйвол. Как бы то ни было – этот белый буйвол настоящий, и его, в отличие от белого слона, можно увидеть и даже потрогать, если вас не испугает выражение его лица. А белый слон, увы, недоступен простым смертным – все белые слоны являются собственностью короля!

В отеле есть и спортзал. Но тренажеры – они и в Африке тренажеры, и в Таиланде они – тренажеры. Другое дело – SPA, в котором, среди прочих радостей, представлен и знаменитый тайский массаж. Как эти крошечные девочки-массажистки умудряются в одиночку ворочать с боку на бок здоровенных европейцев, из которых отдельные экземпляры весят как четыре такие вот тайки?

Два часа SPA делают из просто человека сверхчеловека. А сверхчеловеку хочется великих свершений – например, в голову приходит крамольная мысль о том, чтобы покинуть номер и отправиться ужинать в ресторан! Не то чтобы ногами – нет, для такого подвига двух часов массажа явно недостаточно – конечно, на машинке, но все же пойти! Хрустящие креветки, фантастические колбаски по-чангмайски, огненное карри, мороженое из плодов хлебного дерева – вот чем здесь сыт человек.

Все это и еще много чего из тайской кухни легко можно научиться готовить, не выходя из отеля. Повара устраивают здесь cooking class: под их руководством даже эмансипированные американские молодоженки что-то растирают в порошок, смешивают, взбалтывают, ожидают появления первых пузыриков, запекают, охлаждают – а потом едят то, что сами же и состряпали.

У отеля есть только один, зато существенный недостаток: из него совершенно не хочется выходить. И для того, чтобы покинуть его стены, надо сделать над собой усилие. Помогает разве что открывающаяся панорама лесистых гор – вялое любопытство постепенно перерастает в любопытство более острое. И вот однажды даже самые поглощенные друг другом молодожены решают выйти в большой тайский мир.

А в горах их ждут слоны – не белые, конечно, зато умные и славные. На слонов можно смотреть, на слонах можно кататься – словом, полезное животное. А после слонов неплохо идет сплав по реке на бамбуковых плотах – рискованным рафтингом назвать это мероприятие трудно, и тем не менее на некоторых особо бурных поворотах с плотов, на радость плотогонам, доносится женский визг.

На окрестных берегах сплавляющиеся могут наблюдать живописные пейзажи джунглей, группы все тех же слонов и аборигенов, бесстрашно переходящих мутную и довольно бурную реку вброд. Для нашего удовольствия аборигены помоложе делают вид, что тонут; туристки волнуются и визжат, аборигены смеются – шутка опять удалась!

Таиланд, давно не знавший войн и колониальной зависимости, в здешних краях всегда считался райским местом. Из соседних стран сюда в свое время перебирались целые племена: так, из Бирмы, которая теперь Мьянма, в Чанг Май переселилось племя палонг.

Живут палонг своей отдельной деревней, строят дома на сваях, жуют бетель, отчего зубы их становятся черными, выращивают таро – такие клубни типа картошки, но не картошка. При виде туристов оживляются – нет, им не надо переодеваться в национальную одежду, они и так в ней, но есть смысл подготовить сувениры: расшитые чехлы для бутылок, яркие кошельки, шарфики и прочее в этом духе. Гид сообщает, что палонг дружелюбны и любят фотографироваться даже бесплатно. Действительно – стоит нацелить на них фотоаппарат, и даже самые маленькие палонг тут же принимаются позировать. Да что там – радостно замирают перед фотокамерой даже их собаки, котята и свинки!

А с Тибета пришли акха – акха живут в четырех километрах от палонг, но какого-то взаимного проникновения культур у этих соседей не чувствуется. Совсем другая манера строить дома, совсем другой тип лица – и национальные наряды надеваются исключительно для приезжих. Зато быстро – и не проходит четырех секунд, как на вас мчится армия женщин акха, на ходу водружающих на голову тибетские шляпы. Гид сообщает, что акха просто так фотографироваться не очень-то любят – другое дело, если купить у них какую-нибудь штучку. Приходится потратиться на сумасшедшее ожерелье.


Бродя по этим племенным деревням, трудно не забыть, что рядом Чанг Май, большой город. Ты думаешь, что затерялся в джунглях, – ан нет, вот он, мегаполис, с его соблазнами: грандиозный серебряный рынок, гигантский магазин со всякими резными деревянными штуками, от крошечной скульптурки до целого мебельного гарнитура. Шелковый рынок. Фруктовый рынок, наконец, – наверное, это поражает больше всего, потому что сколько же на свете существует всяких съедобных растений, это же уму непостижимо! Да мы с нашими яблоками и мелкими сливами – просто сироты на этом празднике жизни.

Хочется купить дурьян – просто попробовать. Однако приходится уступать мольбе гида: занести дурьян в машину – значит, обречь всех присутствующих на нечеловеческие обонятельные мучения. Не то падаль, не то старая выгребная яма, в которую пару лет назад положили самый пикантный из сыров, – действительно, с запахом дурьян перестарался. Как можно принести такую жуткую вонищу в возвышенное благоухание Four Seasons Resort Chiang Mai?

Так я и не попробовала дурьян.

Ну ладно, в другой раз. Все равно я намерена сюда вернуться еще разок-другой.

Оглавление книги


Генерация: 0.069. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз