Книга: Владивосток

ИМПЕРАТОРСКАЯ ФАМИЛИЯ ВО ВЛАДИВОСТОКЕ

ИМПЕРАТОРСКАЯ ФАМИЛИЯ ВО ВЛАДИВОСТОКЕ

Семья Романовых оставила свой след не только в истории России, но и Владивостока. Речь идет не только об известном факте, когда будущий император России Николай Александрович символически заложил в 1891 г. Транссибирскую магистраль, но и о великом князе Алексее Александровиче, четвертом сыне Александра П. Он родился 2 января 1850 г. Как водилось в те времена, в возрасте трех лет его зачислили в Гвардейский экипаж, а еще через три года назначили шефом 27-го флотского экипажа. Уже в 16 лет великий князь стал лейтенантом.

Справедливости ради надо заметить, что сановным особам приходилось отрабатывать свои эполеты. В мае 1867 г. молодой князь отправился из Кронштадта в длительный поход: на фрегате  «Александр Невский» он хотел обогнуть Африку. В плавании путешественника ждало приключение: однажды ночью фрегат разбился, и князь «с опасностью для жизни» перебрался на берег. Кораблекрушение не отбило у его высочества охоту к странствиям, и в 1871 г. он в должности старшего офицера фрегата «Светлана» совершил кругосветное путешествие в Северную Америку, а уже оттуда 5 декабря прибыл на внешний рейд порта Владивосток. Мощные льды в проливе Босфор Восточный не дали кораблю зайти в Золотой Рог, и «Светлане» пришлось вернуться в Нагасаки.

Ожидая, пока расчистится лед, великий князь несколько месяцев провел в море, совершая заходы в порты Китая. В начале мая 1873 г. русская эскадра в составе фрегата «Светлана», корветов «Витязь» и «Богатырь» бросила якорь в бухте Золотой Рог. Владивосток в тот год получил новый скачок в своем развитии: из Николаевска-на-Амуре сюда был переведен военно-морской порт. Алексей Александрович со своими спутниками остановился в доме главного командира портов Восточного океана и в первый же день отправился осматривать город. «Отцы-командиры» уговорили сиятельного путешественника пойти на охоту в окрестности Владивостока, которые славились дичью. Трофеи охотников превзошли все ожидания.

Его высочество не пренебрег и государственными делами. Он пригласил «отцов города» и купечество к себе на обед. В той знаменательной беседе, которая вошла в анналы истории Владивостока, великий князь «призывал к самодеятельности» городских коммерсантов. Тогда же он предложил горожанам организовать местный музей, пообещав для него экспонаты из своего путешествия. Если к первому предложению владивостокцы отнеслись с полным пониманием, то ко второму — с явной прохладцей. К идее создать во Владивостоке музей горожане вернутся через десять лет. Пока же, воодушевленные встречей с представителем императорской фамилии, решили переименовать гору Церковную в Алексеевскую, а улицу Американку — в Светланскую, по имени фрегата «Светлана». Вскоре на Алексеевской горе была построена пожарная каланча — будка пожарного смотрителя.


Триумфальная арка (почтовая карточка) 


Маяк на мысе Басаргина (почтовая карточка)

11 мая 1873 г. великий князь Алексей Александрович выехал из Владивостока через Сибирь в Санкт-Петербург. Безоблачно продолжалась карьера князя: он совершил несколько плаваний на фрегате «Светлана», приходил и на далекую окраину империи, где 2 января 1876 г. стал шефом 1-го Восточного Сибирского линейного батальона. Участвуя в боевых действиях на Дунае, контр-адмирал Алексей Александрович получил в 1877 г. орден Св. Георгия и золотое оружие. В 1881 г. он был назначен главным начальником флота и Морского министерства, а еще через семь лет стал полным адмиралом.

Большая энциклопедия того времени сообщала: «За время управления Его Высочества морским ведомством и флотом сделано много преобразований как в строевом отношении, так и в административном, введен морской ценз для офицеров флотских корпусов, положение о вознаграждении за долговременное командование судами 1 и 2 ранга и многие льготы механикам и судостроителям. Образованы дивизии и увеличено число экипажей, построена масса судов броненосного флота и крейсерского, устроены порты Севастопольский, Александра III, Порт-Артур, доки в Кронштадте, Владивостоке, увеличено число эллингов для строящихся судов».

Любопытно, что владивостокцы все же вернулись к идее, высказанной великим князем, и избрали его в 1887 г. покровителем первой научной организации на Дальнем Востоке — Общества изучения Амурского края. Алексей Александрович внимательно следил за успехами подопечного общества, помогая где советом, а где и деньгами. До сих пор в Обществе хранится печать с императорской символикой — двуглавым орлом. Благодаря этому Общество имело право бесплатно отправлять свою почту во все концы России. Другой интересный факт: хребет в центре Владивостока, состоящий из гор Алексеевской, Орлиного Гнезда, Бориславского, Буссе, Комарова и Попова, даже в пылу революционных переименований сохранил свое название Великого князя Алексея Александровича.

Большой вклад в деятельность Общества изучения Амурского края внес и другой представитель царской семьи — великий князь Александр Михаилович Романов (родился 1 июня 1866 г. в Тифлисе). Он был мужем великой княгини Ксении Александровны, дочери императора Александра III. В 1887 г. он был избран почетным членом ОИАК, а 8 июня 1888 г. сам посетил Владивосток на корвете «Рында». В то время замышлялось строительство музея ОИАК, и великий князь пожертвовал для этого 1000 руб., а вскоре участвовал в закладке здания музея (30 июня 1888 г.). В течение 25 лет он был покровителем ОИАК, помогал и Обществу любителей охоты. Он способствовал учреждению в России военно-авиационной школы на р. Кача в Крыму. В 1916 г. его назначили генерал-инспектором Российского военно-воздушного флота. Все годы эмиграции он провел во Франции, был почетным председателем Союза русских военных летчиков, Парижской кают-компании и Объединения чинов Гвардейского экипажа. Он скончался 26 февраля 1933 г. в Ницце, похоронен на кладбище Ронбрюн под Ментоной, на юге Франции.

Несмотря на сырую и холодную погоду, 11 мая 1891 г. множество владивостокцев толпилось на Адмиральской набережной, а самые нетерпеливые забрались даже на Крестовую сопку, чтобы лучше видеть заход фрегата в бухту Золотой Рог. Сейчас нам трудно понять те верноподданнейшие настроения, присущие тогда русскому народу, но не будем торопиться и порицать наших предков — это был их образ жизни и мышления, вошедший в плоть и кровь. Владивосток, без сомнения, с благоговением ждал приезда цесаревича. Город был умыт, вычищен, разукрашен транспарантами, флагами и гирляндами цветов, а неказистые слободки успешно скрыла свежая майская зелень.

В честь прибытия Николая II Владивостокская городская дума постановила построить Триумфальную арку или ворота, которые и были торжественно открыты 11 мая и названы Николаевскими. «...о том гласят инициалы в лавровых венках и надписи, сделанные славянской вязью на каждой стороне ворот, — писал "Сибирский путеводитель" 1896 г. — Несмотря на то, что ворота выдержаны в строгом византийско-русском стиле и построены из камня и кирпича, они прежде всего поражают своей легкостью и воздушностью. Видимо, рука строителя искусно распорядилась с такой массой мертвого материала и сумела придать ему ту красоту и пропорциональность, под которыми невольно теряется массивность и выглядывает изящество, стройность.

Сами по себе ворота представляют четыре отдельных каменных основания, на которых покоятся серовато-желтые стены, напоминающие своими гранями стены Грановитой палаты; вместе с колоннами-пилястрами эти стены образуют четыре широких и высоких пролета, над которыми лежит широкий карниз с 4-мя большими и 8-ю малыми византийскими стрельчатыми полуарками, а над ними уже высится светло-голубая, шахматная с синими гребнями крыша, представляющая собой осьмигранную пирамиду, на вершине которой водружен русский двуглавый золоченый орел. В большой полуарке, обращенной к рейду, помещен образ Св. Николая-чудотворца мирликийского; над образом выведены белой, с красным оттененьем, вязью первые слова из тропаря тому же угоднику: "правило веры и образ кротости воздержание учителю", а внизу, т. е. под образом, красными значками дата —11 мая 1891 — день прибытия его величества во Владивосток. В остальных трех полуарках помещаются гербы и различные даты, так, в правой вылеплен герб Приморской области и дата "2 ноября I860" — время основания Владивостокского поста; в левой — герб крепости и дата "30 августа 1889" — день, когда город был переименован в крепость, и, наконец, в задней полуарке, обращенной к городу — герб Владивостока и дата "28 апреля 1880" — день объявления поста городом. За исключением крыши, триумфальные ворота окрашены в бледный серовато-желтый цвет и богато украшены древнерусскими цветными орнаментами, где резкие и противоположные колера, начиная от ярко-красного до темно-синего и от травяно-зеленого до оранжевого и голубого включительно, гармонично подобраны друг к другу и нисколько не режут глаз, а напротив, производят на зрителя самое мягкое и ласкающее впечатление».


 Вагон Уссурийской железной дороги, на котором цесаревич Николай прибыл из Уссурийска во Владивосток

Сейчас можно спорить о культурной и художественной ценности этой арки, построенной городским архитектором капитаном Коноваловым, но в течение почти трех десятилетий она считалась достопримечательностью Владивостока. В первые годы советской власти Триумфальная арка была снесена, улица Петра Великого, на которой она стояла, переименована в улицу Первого Мая, а пристань Адмиральская — в Комсомольскую. Тем самым всякая память о визите цесаревича Николая во Владивосток была уничтожена, но тогда, в 1891 г., его приезду придавали очень большое значение. Редакционная статья газеты «Владивосток», написанная в тот день, сообщает: «Реформы, которыми пользовалась Россия, как-то обходили Сибирь, и она прозябала при традиционных порядках и старых судах, при которых здесь были возможны и даже приобретали характер легальности доносы, фискальства, неограниченный произвол, самовольное истолкование самих законов, так что торжество правды и справедливости, да еще при изолированности и отдаленности страны, считалось почти необычным явлением... Вся Сибирь и первый Владивосток приветствуют своего монарха, который увидит сам ее нужды, поведает державному отцу своему настоящее положение края, ожидающего много для того, чтобы начать новую, радостную жизнь с европейской Россией, со своей матерью».

С любопытством смотрел цесаревич Николай на приближающийся Владивосток. Живописными сопками и необыкновенно красивыми скалами он мало напоминал российские равнинные местности. Подошедший флаг-капитан контр-адмирал В. Г. Басаргин показал рукой на полуостров и скалистый мыс, объяснив, что они были названы в честь капитана в 1862 г., когда он командовал корветом «Новик». Мыс тут же был зарисован художником, сопровождавшим наследника.

И вот с фортов крепости прозвучал трехкратный пушечный залп и раздалось такое громогласное «ура!», что с окрестных сопок поднялось все воронье. Фрегат бросил якорь у Адмиральской пристани. Но Николай II сошел на берег лишь на следующий день, 12 мая 1891 г. Центром встречи стала триумфальная арка. На Светланской шпалерами встали войска, на реях кораблей на рейде выстроились матросы. Раздались залпы пушек, над городом полился нескончаемый звон церковных колоколов, возвещая сход высокого гостя на владивостокскую землю.

Городской голова И. И. Маковский, передавая цесаревичу на серебряном блюде хлеб-соль, сказал: «Простите неустроенность нашего города! Город еще новый, только что строится, много в нем недостает. Но население богато твердою верою во всемогущего Бога, безграничною любовью и непоколебимой преданностью своему монарху и его августейшему дому, богато именно тем, что издревле составляет оплот величия и могущества нашей родины».

«Вечером город был роскошно иллюминирован,— писал очевидец, — и представлял с моря чрезвычайно эффектное зрелище, которому в значительной мере способствовало расположение его террасами вниз по склонам гор. По бухте двигались иллюминированные катера и шлюпки, и осветилась электрическими огнями вся эскадра, представляя собой поразительно блестящую картину на темном фоне неба и окружающих бухту гор. В продолжение одиннадцати дней, которые пробыл наследник цесаревич во Владивостоке, город был парадно разукрашен, каждый вечер зажигалась иллюминация, отличавшаяся постоянным разнообразием декораций».

17 мая 1891 г. в 10 часов утра цесаревич принял участие в закладке памятника адмиралу Г. И. Невельскому. В основание монумента Николай положил закладную пластинку, после чего начались работы по установке фундамента. Те из присутствующих, кто знал старого адмирала, не могли сдержать слез. Место для памятника было выбрано очень удачно — на возвышении, на берегу бухты Золотой Рог, почти напротив того самого места, где нашел свой последний причал транспорт «Байкал», на котором Невельской исследовал устье Амура. В тот же день состоялся парад войск.

Другой не менее важной церемонией, в которой участвовал наследник, была закладка сухого дока. От первой портовой улицы до берега бухты была проложена дорога, украшенная цветами и флагами, которая вела к возведенному для торжества павильону. 18 мая ровно в десять часов цесаревич со своей свитой подъехал к месту закладки дока. После небольшого молебна было зачитано сообщение из Петербурга о том, что новый док назван в честь цесаревича Главный инженер и строитель дока В. Иванов очень переживал за свое детище. Согласно проекту, док представлял собой огромное по тем временам сооружение. Предположительно его длина по кильблокам составляла 500 футов, у ворот 85 футов и глубина на пороге — 28 с половиной фута. Ничуть не меньшего объема были трудности по его строительству. Право на постройку дока было отдано с торгов еще в октябре минувшего года, когда сезонные рабочие из Владивостока уже разъехались. Но, несмотря на мерзлый грунт, ко времени закладки было вручную отрыто более 5000 кубов земли.

Николай заложил закладную доску в специально приготовленное место, при этом раздался торжественный салют. «Отныне, — как писала местная газета, — мы не будем уже обращаться к дорогим услугам иностранцев для починки наших судов, и платимые им сотни тысяч рублей останутся у нас». 7 октября 1897 г. сухой док был открыт и в него ввели крейсер 1-го ранга «Дмитрий Донской».

Основной целью путешествия цесаревича Николая на Дальний Восток была закладка Транссиба В высочайшем рескрипте на имя наследника было написано: «Повелев ныне приступить к постройке сплошной, через всю Сибирь, железной дороги, имеющей соединить обильные дары природы сибирских областей с сетью внутренних рельсовых сообщений, я поручаю Вам объявить таковую волю мою по вступлении вновь на русскую землю...»

19 мая 1891 г. стало днем рождения Транссибирской магистрали. В двух верстах от города было приготовлено на насыпи место закладки. Цесаревич, взяв в руки лопату, загрузил тачку землей и провез с десяток-другой метров на место будущей магистрали. Сколько же таких тачек предстояло перевезти рабочим, чтобы соединить Владивосток с Москвой? Надо отметить, что от Владивостока дорогу в основном строили каторжане, и в период пребывания наследника в Приморье была объявлена частичная амнистия: «Ссыльнокаторжным, которые добрым поведением и прилежанием к труду окажутся достойными снисхождения, уменьшить назначенные судом сроки каторги до двух третей, бессрочную же каторгу заменить срочной на двадцать лет...»

По окончании торжественной церемонии Николай со свитой сел на поезд и вернулся во Владивосток уже по готовому пути. «Так как поезд наш шел по свежей насыпи медленно, из предосторожности, — писал репортер, — то большинство собравшегося вдоль полотна народа, особенно рабочих команд и рабочих ссыльнокаторжных, недавно осчастливленных царскими милостями, успевали бежать за поездом...»

Уже во Владивостоке состоялась другая церемония — закладка здания железнодорожной станции. На серебряной доске, которая легла в фундамент рядом с первым камнем, было написано: «Во имя отца и сына и святого духа. В лето от Рождества Христова 1891, месяца мая 19-го, в благополучное царствование его императорского величества государя императора самодержавца всероссийского Александра III, в городе Владивостоке заложен сей первый камень строящегося конечного участка Сибирской железной дороги (Уссурийская дорога)...» 1 февраля 1896 г. южно-уссурийский участок Сибирской железной дороги был сдан в эксплуатацию.

За время пребывания наследника в наших местах ему постарались показать окрестности Владивостока, он попробовал пищу в казармах Сибирского флотского экипажа, осмотрел выставку искуснейших работ сахалинских каторжан, побывал в Обществе изучения Амурского края и передал на его развитие тысячу рублей, а также инструменты, которыми производил закладку. К сожалению, в советское время их пустили в переплав. И, конечно же, гостеприимные владивостокцы в эти дни устраивали многочисленные рауты и обеды с неизменным шампанским. Хотя цесаревич Николай и не злоупотреблял алкоголем, в последний вечер он допоздна засиделся с офицерами фрегата «Память Азова». Проведя с ними бок о бок семь месяцев, он сблизился с такими же, как он, молодыми людьми. Хоть груз наследной ответственности нечасто позволял ему быть на равных с окружающими, в тот вечер Николай был искренним и задушевным. Он говорил: «Познакомившись со всеми случайностями в море и внутренней корабельной жизнью, я признаю трудности службы...»

Когда склянки отбили полночь, офицеры вместо гребцов отвезли будущего императора России на берег, а там на руках отнесли в дом губернатора. 21 мая 1891 г. цесаревич Николай покинул Владивосток.

Все подробности этого путешествия описаны князем Э. Э. Ухтомским, позднее выпустившим в свет несколько увесистых томов на прекрасной веленевой бумаге с тончайшими гравюрами.

В 1927 г. Триумфальную арку взорвали, руины разобрали. В 2003 г. ее восстановили при деятельном участии выпускников и преподавателей Дальневосточного государственного технического университета (ДВГТУ). При ее восстановлении использовались сохранившиеся в архивах чертежи и старые открытки.

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги

Генерация: 0.325. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз