Книга: Афины: история города

Идентичность и перемены. Иерания и Кесариани

Идентичность и перемены.

Иерания и Кесариани

В начале 1970-х годов, через 50 лет после катастрофы н Малой Азии, молодой антрополог из Оксфорда Рене Хиршон приехала в Иеранию, являвшуюся частью района Коккиния, возле Пирея. Там она жила и общалась с семьями беженцев. Она обнаружила, что сообщества сохранили свою индивидуальность и не утратили национальное самосознание. Она описывает, как выглядит землячество беженцев:

В противоположность засилью бетонных коробок, кубов из мрамора и стекла, душащих город, здесь строят низкие домики с черепичными крышами и стенами, красят их светлой краской с оттенками голубого, охры, зеленого и розового. У ворот и стен цветут жасмин и жимолость. На деревянных балконах выстроились горшки с геранью и сладким базиликом. Улицы чистые, тротуары размечены свежими белыми линиями.

По утрам хозяйки возвращаются из местной пекарни, нагруженные свежим хлебом, развешивают во двоpaх постиранное белье, проветривают простыни на веревках, натянутых между фонарными столбами. По будним дням все внезапно оживает, когда женщины с мусорными ведрами бегут к тележке мусорщика, который важно шествует по главной улице, позванивая в колокольчик. Проходя по улице ближе к вечеру, можно полюбоваться на людей, которые сидят на тротуаре с чашечками кофе, беседуя друг с другом и прерывая рассказ, чтобы обменяться приветствиями.

Вскоре Хиршон обнаружила, что такое положительное первоначальное впечатление от этих чистеньких, ярких жилищ и дружеской атмосферы вскоре сменяют некоторые вопросы. Натянутые между столбами простыни и дети, играющие на улицах, — признаки высокой плотности населения. Оказывается, большая часть домов разделена между несколькими семьями, и им трудно найти взаимопонимание в условиях конфликта поколений. Дороги разбиты транспортом. Резкий запах и шум насоса обнаруживают, что домашняя выгребная яма обслуживается частным ассенизатором. Однако дружелюбие и гостеприимство жителей искренни, а это признаки сплоченности и гордых людей, сумевших адаптироваться и сохранивших память, свои национальные особенности, — сумевших создать свою жизнь заново.

Сегодня различия не так заметны, экономический прогресс стирает разницу между кварталами. Из бывших кварталов беженцев наиболее привлекателен район Кесариани, расположенный в десяти минутах езды на автобусе от авеню Василиссис Софиас. Магазины здесь рассчитаны на уровень доходов среднего и рабочего класса. В районе преобладает рабочий колорит, как можно заключить из газет, вывешенных в витринах киосков, по политическим надписям и плакатам. Но среди булочных, овощных и бакалейных лавок, лавочек с безделушками и дешевых магазинов мелькают вывески банков и магазинов модной дамской одежды. С 1920-х годов осталось только несколько одноэтажных домов беженцев, затесавшихся среди пяти- и шестиэтажных многоквартирных зданий. Вокруг площади Анагенисис (Возрождения), главной площади района, оставлены самые красивые, двухэтажные дома. Большинство из них превратились в кафе или рыбные рестораны. Уходящая вдаль главная улица залита ярким солнцем, она теряется в нежной дымке и сливается с серо-голубым голым склоном горы.

Если несколько минут идти от автобусной остановки в гору, можно увидеть большое кладбище с рядами белых, ухоженных мраморных надгробий среди сосен. К некоторым из них прикреплены фотографии. Здесь нет такого скульптурного великолепия, как на Первом кладбище, но оно хранит память людей, родители и деды которых были оторваны от своих корней. Когда я был там в последний раз, на солнышке, возле входа, лежали три рыжих собаки. У дверей похоронной конторы виднелось объявление местной администрации: «Захоронение на три года. Связывайтесь с инспектором заблаговременно, до истечения этого срока». На кладбище тихо, только повсюду видны обычные атрибуты: дамы в черном и мужчины в костюмах над могилами родственников зажигают лампады, обновляют цветы, кладбищенские работники пропалывают траву под кипарисами и чинят поврежденные могилы. Через каждые несколько ярдов здесь поставлены колонки, чтобы можно было полить цветы и тропинки в жаркие летние месяцы. Через дорогу, у монастыря Святого Иоанна Богослова, вдоль длинного газона, усаженного соснами, стоят ряды ульев.

Получасовая прогулка от кладбища в гору приводит вас к знаменитому монастырю Кесариани, одному из самых очаровательных мест в Афинах. Этот монастырь находится достаточно высоко, чтобы сюда не долетали шум и пыль города, отсюда открывается прекрасный вид на город и Акрополь. Здесь можно представить себе платоновский Илисс, исток которого был неподалеку, или соловьиную рощу Софокла. Сады, питомник саженцев и покрытые лесом холмы, где так хорошо гулять, находятся в пятнадцати минутах от центра Афин.

Оглавление книги


Генерация: 0.082. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз