Книга: Патриаршие пруды. Переулками до Чистых прудов

К Самотеке Между Малой Дмитровкой и Цветным бульваром

К Самотеке

Между Малой Дмитровкой и Цветным бульваром

Только один переулок – Успенский – проходит по большой территории к востоку от улицы Малой Дмитровки. Объясняется это, возможно, тем, что здесь были большие усадьбы, выходившие парадными частями на улицу, а сады, огороды и хозяйственные постройки располагались глубоко внутри, и к ним не требовалось прокладывать дополнительных транспортных путей. Так, чуть ли не половину большого квартала между Успенским переулком и Садовым кольцом занимает сад «Эрмитаж», образовавшийся на месте обширной усадьбы княгини Дарьи Меншиковой, а большую часть южной стороны переулка составляет сад бывшей усадьбы князей Гагариных, главный дом которой, выходящий на Страстной бульвар, был занят под Ново-Екатерининскую больницу (ныне городская клиническая больница № 24). За больничным садом на той же стороне переулка в доме № 12 помещался «музеум» больницы, позднее бактериологический институт, основанный Г. Н. Габричевским, выдающимся микробиологом.

Рядом – единственный здесь большой доходный дом, воздвигнутый в 1912 г. (архитектор А. Н. Зелигсон), в котором жил архитектор Г. И. Макаев, автор последнего по времени постройки корпуса Политехнического музея (выходящего на Лубянскую площадь) и росписей на его фасаде, а также хирург, автор многих трудов, описывающих сложные операции И. К. Спижарный и музыкальный критик С. Н. Кругликов, оказавшийся настолько «глухим», что не понял гениальные произведения Чайковского. На участке под № 6 квартировали медики: заведующий университетской акушерской клиникой А. М. Макеев, построивший в клиническом городке храм Св. Михаила, хирург, профессор Московского университета И. И. Новацкий, а также брат поэта, археолог А. Я. Брюсов, артист Малого театра Н. А. Рыжов и артист МХАТа В. В. Готовцев.

Писательница Мариэтта Шагинян, жившая в конце 1900-х гг. в одно этажном доме в глубине двора, описала его в воспоминаниях «Человек и время». К ней сюда приходили многие литераторы той эпохи.

За доходным домом – здание (№ 4), которое дало название всему переулку, – Успенская церковь, основанная, по уверению историка московских церквей М. И. Александровского, еще до XVI в., называлась «что на старом на Посольском дворе». Здание ее, построенное в 1670-х гг., очень долгое время находилось в ужасном состоянии – без глав и апсид, без верхних ярусов колокольни, изуродованное пробитыми проемами, запущенное. Теперь оно передано общине верующих и выглядит совсем по-другому.

На той же стороне переулка на здании бывшей школы (дом № 8) мемориальная доска, посвященная формированию в июне 1941 г. истребительного батальона Свердловского района Москвы.


Церковь Успения в Путинках

Правая сторона Успенского переулка – значительно переделанные строения (№ 2/10). На их месте в конце 1750-х – начале 1760-х гг. находилась усадьба директора Московского университета и известного поэта Михаила Хераскова, о котором современники отзывались в таких возвышенных словах: «Оставим ли без прославления любимца Муз, который говорил языком вдохновения, коего произведения ознаменованы печатию ума, образованного и зрелого, обильного в изобретении, основательного в суждении, богатого в выражении мыслей – воображения плодовитого в вымыслах, игривого в мечтах, пылкого в представлениях – чувства нежного, пленявшегося изящным и совершенным – вкуса тонкого и разборчивого?» В 1820-х гг. здесь жил С. Д. Нечаев, крупный чиновник, археолог-любитель и первый исследователь Куликова поля.

Левая сторона переулка начинается домом № 1/12, связанным с именем Михаила Федоровича Орлова, который жил в нем в 1833–1834 гг. М. Ф. Орлов был членом декабристских организаций и уцелел только потому, что его брат, бывший рядом с Николаем I во время восстания, на коленях вымолил ему прощение.


Мариэтта Сергеевна Шагинян

Здесь же находилась и рисовальная школа, влившаяся позже в Строгановское, потом драматическая школа А. Ф. Федотова, в 1874–1875 гг. – женское училище, а до 1890 г. гимназия О. Н. Мещерской.

В этом доме короткое время жил А. П. Чехов. В ноябре 1898 г. его сестра, Мария Павловна, сняла четыре маленькие комнаты и переехала сюда из Мелихова вместе с матерью. «Ты можешь приехать, – писала она брату, – и остановиться, как у себя дома». Антон Павлович приехал сюда из Ялты 12 апреля 1899 г. и прожил четыре дня у сестры. Позже он перебрался на ту же Малую Дмитровку, в дом № 11. По разысканиям автора книги об истории этого дома Е. С. Холмогоровой, квартира, где жил писатель, находилась в боковом корпусе, выходящем на Успенский переулок. В 1921–1927 гг. особняк занимал институт журналистики.

За двумя строениями, возведенными недавно, под № 3а – деревянный дом, показанный на плане 1817 г. и, возможно, тогда же и выстроенный для коллежской асессорши М. П. Зверевой. С тех пор фасад его изменился, будучи в 1900 г. отделан изразцами для размещения здесь Елизаветинского благотворительного приюта. В доме была последняя квартира генерал-майора М. Н. Муравьева, основателя «школы колонновожатых», из которой вышло много декабристов. В послепожарное время построен и соседний особняк штабс-капитанши М. В. Васильчиковой (№ 5), но и он с 1834 г. претерпел некоторые изменения. В нем в 1870-х гг. жил П. Н. Боков, врач, член революционной организации «Земля и воля», прообраз Лопухова в романе Чернышевского «Что делать?».


Михаил Матвеевич Херасков

Последний особняк в этом ряду (№ 7) построен уже значительно позже – в 1873 г. архитектором М. И. Никифоровым. Здесь находилось посольство центральноафриканской республики Бенин.

За улицами Петровкой и Каретным Рядом – сеть переулков значительно разветвленнее. Это объясняется тем, что здесь почти не было крупных усадеб, а основным населением являлись стрельцы, ремесленники, фабричный люд. Параллельно ряду каретных лавок, построенных вдоль правой части улицы Каретный Ряд, проходит Лихов переулок, обязанный названием одному из его жителей. В переулке остался старинный дом с ампирным фронтоном в глубине участка под № 3. Тут в 1889–1897 гг. жил композитор П. И. Бларамберг. Эта фамилия сейчас почти никому не известна, хотя в XIX в. о нем знали многие. Он окончил Александровский лицей в Царском Селе и работал в Статистическом комитете, часто печатался, но всю свою жизнь интересовался музыкой. Не получив музыкального образования, он по выходе в отставку стал усиленно заниматься музыкой и написал несколько музыкальных произведений (оперу «Тушинцы», симфонию, скерцо для оркестра и др.).


В. А. Серов. Павел Иванович Бларамберг. 1888 г.

Напротив – бывший Епархиальный дом (№ 6), выстроенный в 1901–1902 гг. по проекту архитектора П. А. Виноградова на пустом участке Высоко-Петровского монастыря, где еще в начале XIX в. находился монастырский огород.

Дом был построен для «многоразличных» нужд Московской епархии – в нем находились миссионерское общество, духовно-цензурный комитет, попечительство о бедных духовного звания, епархиальная библиотека, общество любителей духовного просвещения, музей, обширная зала и церковь Св. Владимира. Основной целью создания Епархиального дома было «колеблющихся удержать в ограде церкви, сомневающихся утвердить, ищущих истины наставить, а уклонившихся опять возвратить на путь спасения».

В зале Епархиального дома в 1917–1918 гг. проходили заседания Всероссийского поместного собора.

После революции здесь начинает свою работу Академия коммунистического воспитания имени Н. К. Крупской, а большой лекционный зал становится кинотеатром под названием «Артес». В 1928 г. в этом здании выступал В. В. Маяковский, а в 1934 г. сюда приезжал Герберт Уэллс.

Кино постепенно завоевывает все здание – здесь размещается кинофабрика «Межрабпомфильм». На ней идет работа по созданию первой в СССР звуковой полнометражной художественной картины по системе П. Г. Тагера «Путевка в жизнь». Здесь же проходила работа выдающегося режиссера Дзиги Вертова, этот несколько странный псевдоним взял себе Давид Кауфман, который экспериментировал над новыми способами съемки и монтажа, приводившими к такой усложненности киноязыка, что зрителю было уже неясно, что происходит на экране. Его изыски и методы вызвали адекватную реакцию сатириков Ильфа и Петрова, рассказавших, как некий «товарищ Крайних Взглядов… странно понимал свое назначение на земле. Жизнь, как она есть, представлялась ему в виде падающих зданий, накренившихся на бок трамвайных вагонов, приплюснутых или растянутых объективом предметов обихода и совершенно перекореженных на экране людей. Жизнь, которую он так жадно стремился запечатлеть, выходила из его рук настолько помятой, что отказывалась узнаваться в крайне взглядовском экране. Тем не менее у странного режиссера были поклонники, и он очень этим гордился, забывая, что нет на земле человека, у которого не было поклонников».

В первые дни Великой Отечественной войны в доме в Лиховом переулке поместилась кинохроника. Сюда присылались только что отснятые пленки с мест ожесточенных боев. «Жила студия по-штабному, фронтом дышали бесконечные ленты в проявочных машинах, фронт гудел в монтажных», – вспоминал современник. В 2004 г. церкви удалось получить это здание, а в 2008 г. здесь освятили крест над Владимирским храмом.

Рядом – высокий доходный дом № 8 (1911 г., архитектор И. Г. Кондратенко), где перед Октябрьским переворотом была квартира художника-передвижника В. К. Бялыницкого-Бируля.


Средний Каретный переулок, дом № 3

Лихов переулок выходит в Малый Каретный, называвшийся до 1922 г. Малым Спасским. Это один из трех Спасских переулков в этом районе города, группировавшихся недалеко от церкви Спаса Преображения, по которой и получил свое название.

На пересечении Малого Каретного с Лиховым переулком образовалась небольшая площадь, на которую выходят дома с оригинальной отделкой фасадов. На одном из них (№ 3/2, архитектор В. Ф. Жигардлович) изображены пузатые и ушастые зверюшки – летучие мыши, лихо подбоченившиеся над окнами второго этажа, а другой (№ 4, 1902 г., архитектор В. П. Хоботов) привлекает внимание сложными очертаниями оконных переплетов и выразительными мужскими бородатыми головами под карнизом. В Малом Каретном переулке (№ 11–13) находилась фабрика известной в дореволюционной Москве фирмы белья Якова Альшванга, основанной еще в 1865 г., для которой фабричные здания строились здесь по проекту архитектора П. П. Висневского. В советское время она стала швейной фабрикой имени Профинтерна и заняла также небольшой нарядный особняк под № 13, выстроенный для владелицы этого участка крестьянки Е. Ф. Лопатиной в 1899 г. (архитектор Я. Т. Махонин).

Оба Каретных переулка, и Малый и Средний, выходят в Большой Каретный, до 1922 г. Большой Спасский переулок. В нем несколько малоизвестных памятных мест и архитектурных памятников, скрывающихся в глубине застройки, внутри дворов. В 1956–1990 гг. переулок назывался улицей Ермоловой, которая провела детство в домике просвирни церкви Спаса Преображения.

По словам Гиляровского, «…в те времена фасад домика выходил на церковный погост, а задние окна – на пустырь, поросший бурьяном вплоть до самой Неглинки… Вот эта-то глухомань и была для маленькой Маши ее детским садом, куда она вылезала из окна вровень с землей. Отец, бывало, на репетиции, мать хлопочет по хозяйству, а Машенька гуляет одна-одинешенька. Рвет единственные цветы – колючий репей и в кровь руки исколет… Радости у ребенка были: днем пустырь и театр вечером».

Спасскую церковь построили во второй половине XVII в., тогда же и возвели красивую шатровую колокольню. Сломал церковь в 1936 г. Метрострой – был нужен строительный материал.


Н. В. Неврев. Михаил Семенович Щепкин. 1862 г.

Церковь находилась примерно на месте нынешнего скверика перед домом № 10а, бывшей средней школы, построенной после сноса церкви. В доме дьякона этой церкви в 1885 г. и зимой 1890/91 г. жил писатель Н. Н. Златовратский, чьи романы из жизни крестьянства пользовались тогда большим успехом. Вечера у Златовратского посещались многими литераторами и студенческой молодежью, на них комментировались произведения Шекспира (эти вечера так и назывались – «шекспировские»), или обсуждались злободневные темы того времени. Как писала его дочь, в то время Большой Спасский переулок был очень тихим – «с редкими пешеходами и еще более редкими извозчиками и ломовыми, тарахтящими тяжелыми колесами по булыжной мостовой. Две лавки – мясная и колониальная, булочная, из которой по утрам так вкусно пахнет свежеиспеченными булками. Белая церковь за чугунной оградой. Подстриженные тополя, желтая акация, одуванчики в густо разросшемся газоне».

К этим домам, как и к другим домам церковного причта, вел небольшой тупик от переулка. По нему можно было пройти и к небольшому участку (№ 16), который в 1830 г. приобрел великий русский актер М. С. Щепкин. На нем до недавнего времени стоял одноэтажный деревянный дом, в котором в продолжение многих лет жил Щепкин; это был один из культурных центров Москвы, где бывали замечательные деятели театра и литературы.

По словам жены его сына А. В. Щепкиной, «в этом доме вырастали его дети, и воспоминание об этом доме и о радушных его обитателях, вероятно, сохранилось еще у многих из старых знакомых, которые посещали тогда семью Щепкиных… При доме был большой сад с фруктовыми деревьями, с клумбами для цветов около небольшой террасы, на которую выходила дверь из гостиной дома. В доме и в жизни семьи Михаила Семеновича сохранился тот быт, к которому он привык исстари в провинции, когда живал в Курской и Полтавской губерниях. Вся обстановка была проста и нероскошна. Но стоявший в зале рояль, ноты и книги давали тотчас понятие о вкусах и занятиях семьи». А надо бы добавить, что семья у него была немалой – 24 человека: он радушно принимал в нее и дальних родственников, и близких друзей, и начинающих актеров. В 1832 г. встретились здесь Щепкин и Гоголь. О первом визите Гоголя к Щепкину сохранился еще рассказ сына актера – П. М. Щепкина (в записи В. И. Веселовского): «Не помню, как-то на обед к отцу собралось человек двадцать пять – у нас всегда много собиралось: стол, по обыкновению, накрыт был в зале; дверь в переднюю, для удобства прислуги, отворена настежь, – вспоминал сын Щепкина. – В середине обеда вошел в переднюю новый гость, совершенно нам незнакомый. Пока он медленно раздевался, все мы, в том числе и отец, оставались в недоумении. Гость остановился на пороге в залу и, окинув всех быстрым взглядом, проговорил слова всем известной малороссийской песни:

Ходит гарбуз по городу,Пытается свого роду:Ой, чи живы, чи здоровыВси родичи гарбузовы?

Недоумение скоро разъяснилось – нашим гостем был Н. В. Гоголь, узнавший, что мой отец тоже, как и он, из малороссов. Вскоре, конечно, все узнали, что это Н. В. Гоголь. Михаил Семенович бросился его обнимать, и все послеобеденное время они просидели вдвоем в диванной, о чем-то горячо беседуя. Гоголь очень часто приезжал к Щепкину и оставался несколько раз ночевать».

Щепкин жил здесь до 1847 г., когда он решил продать его и переселиться в Воротниковский переулок. «Я продал дом, расплатился с долгами и у меня остается за уплатою за годовую квартиру 1500 р.: вот и все мое состояние», – сообщал он Гоголю.

Дом Щепкина в Большом Спасском переулке стоял за забором, весь в зарослях разросшихся кустов, неуклонно ветшая. Много раз в газетах публиковались возмущенные письма архитекторов, москвоведов, театральных деятелей с призывами спасти дом Щепкина от разрушения, много раз власти давали обещания, пока, наконец, какой-то местный деятель просто взял да и снес его – так, что и следа не осталось, только аккуратно присыпанная желтым песочком чистая площадка.

Также в глубине застройки находится, возможно, одно из самых старых зданий – во дворе за домом № 6/8, торцом к линии переулка, в нем в 1920-х гг. жил режиссер и актер Л. В. Баратов. Здесь была шелковая фабрика, заведенная в 1738 г. «по указу Камерц-конторы московским первой гильдии купцом Ильею Красноселовым». К концу XVIII в. фабрика перешла к И. С. Татаринову и располагалась «в каменных и деревянных покоях».

Рядом с этой большой усадьбой находилась еще бо?льшая – ее площадь составляла почти 5 гектаров! У края усадьбы, ближе к участку Татаринова, стоял двухэтажный каменный усадебный дом, окруженный хозяйственными постройками, южнее – огромная, длиной почти 150 метров, каменная оранжерея, и недалеко от берега Неглинной, примерно там, где сейчас находятся цирк и кинотеатр «Мир», был большой пруд. Главный дом усадьбы сохранился, в нем ранее располагалась Сретенская полицейская часть. Дом был построен к 1780 г. «регулярною фасадою» московским купцом А. А. Скорняковым.

Другие, менее старые постройки в Большом Каретном находятся на участке № 18 – это небольшой деревянный домик, выстроенный к 1834 г., а также на участке № 22, где в глубине двора скрываются каменные палаты купца Д. А. Лопатина, построенные им в 1806 г. и позднее надстроенные еще одним этажом. В доме № 22 в 1877–1881 гг. до переезда в Нижний Новгород жил писатель П. И. Мельников-Печерский.

Соседняя усадьба, выходившая к Садовому кольцу (№ 24/12), в начале XIX в. принадлежала П. С. Воейкову. В сентябре 1824 г. ее покупает Варвара Петровна Тургенева, и, судя по исповедным ведомостям Спасской церкви, семья Тургеневых живет здесь с 1824 по 1830 г. Позднее они снимают дома в других местах Москвы, а этот сдают. Так, с сентября 1831 г. его нанимает В. С. Голицын, возможно тот самый знакомый А. С. Пушкина, с которым он обменивался письмами. В конце 1826 г. здесь останавливалась А. Г. Муравьева по пути в Сибирь к мужу-декабристу. В то время главный дом усадьбы, деревянный на каменном фундаменте, находился на самом углу переулка и Садовой-Самотечной улицы. Тогда А. С. Пушкин передал ей свое знаменитое послание сосланным декабристам.

Распространенное мнение о том, что дом, где Пушкин передал послание А. Г. Муравьевой, сохранился и находится во дворе, неверно, ибо здание, стоящее там, было построено лишь в 1886 г. От старой тургеневской усадьбы оставалась лишь часть служебного флигеля по переулку. Несмотря на многократные предупреждения общественности о том, что он находится в аварийном состоянии, ничего не было предпринято для его спасения, и в 1994 г. он обрушился – к счастью, без человеческих жертв.


Сретенский частный дом. 1832 г.

На другой стороне Большого Каретного из старых построек сохранился дом № 11 купца П. С. Пирогова, построенный в 1817 г. Почти на углу с Малым Каретным переулком – образцы более нового строительства: дом № 13 (1908 г., архитектор С. К. Родионов, там сейчас посольство Венесуэлы), № 15 (1900 г., архитектор В. А. Ковальский; жил известный историк, изучавший средневековую Русь, А. Д. Горский), № 17 (1927–1933 гг., архитектор Г. К. Олтаржевский) – в этом доме в начале 1930-х гг. жил певец М. О. Рейзен.

Южнее Спасских переулков у крепостной стены Белого города в XVII в. находилась крупная стрелецкая слобода, в которой насчитывалось до тысячи дворов. Сейчас здесь три переулка – 1-й, 2-й и 3-й Колобовские, названные так в 1922 г. по стрелецкому полку полковника Никифора Колобова. Старое наименование этих переулков – Знаменские, по церкви, которую стрельцы построили в своей слободе в 1679–1681 гг. (2-й Колобовский переулок, 4).

В интерьере церкви – росписи, сделанные в 1909 г. по эскизам М. В. Нестерова и других художников. Эта церковь была свидетельницей венчания знаменитого артиста Прова Михайловича Садовского с Елизаветой Кузнецовой в 1844 г., и здесь крестили Софью Ковалевскую, будущего знаменитого математика, дочь начальника московского арсенала полковника Корвин-Круковского, который снимал дом в приходе этой церкви на углу Петровского бульвара и 3-го Колобовского переулка (№ 2/19).

В годы Великой Отечественной войны в помещении бывшей церкви обосновалась лаборатория анизотропных структур Академии наук СССР, созданная под руководством архитектора А. К. Бурова, талантливого исследователя, работавшего над созданием высокопрочных материалов.

В Колобовских переулках можно отметить производственные здания винных складов Товарищества К. Ф. Депре (1-й Колобовский переулок, 12), которые, как и доходный жилой дом по 3-му Колобовскому переулку (№ 1/17), были построены в 1899 г. архитектором Р. И. Клейном. Это добротные солидные жилые дома, владельцами которых были известные в России виноторговцы Депре, которые имели здесь и обширные подвалы. У выхода 3-го Колобовского переулка сохранился старинный дом, стоящий в глубине участка (№ 2/19), где в середине XIX в. жил доктор Павел Лукич Пикулин.

В его гостеприимном доме часто встречались многие известные представители московских образованных кругов. А. А. Фет вспоминал, что «при всем своем знании и редком отсутствии шарлатанства, приобретший большую практику Пикулин, по детской округлости лица, добродушной насмешливости и полной беспечности, всю жизнь оставался милым ребенком… на огонек к чаю сходился весь его кружок. Здесь являлись люди самых разнородных характеров, начиная с широко образованного и изящного Станкевича, остроумного Е. Ф. Корша и кончая далеко не изящным собирателем сказок Афанасьевым. Разнообразных членов пикулинского кружка, видимо, привлекала не нравственная потребность высшего умственного общения, а то благодушное влечение к шутке, оставшееся в наследство от Грановского, которому нигде не было так по себе, как в кабинете добродушного Пикулина».

В этом доме недолгое время жил директор кремлевского арсенала полковник Корвин-Круковский, у которого 3 января 1850 г. здесь родилась дочь, названная Софьей, как будто предопределяя этим именем ее будущее: она стала знаменитым математиком, профессором Стокгольмского университета (в России такое было невозможно). На мемориальной доске, помещенной в 2001 г. (скульптор Ю. С. Динес) рядом с портретом Ковалевской, показана траектория волчка и уравнение вращения твердого тела вокруг неподвижной точки, за решение которого она получила премию Парижской академии.

Могут представить интерес также и жилые здания на углу 2-го Колобовского переулка (№ 9/2) 1892 и 1896 гг., образцы так называемого «кирпичного» стиля в архитектуре, где основной акцент поставлен на выразительных возможностях обнаженной кирпичной кладки, без каких-либо накладных украшений.

В этом же переулке недавно были отмечены мемориальными досками дом (№ 2), где в 1928–1937 гг. жил болгарский революционер Р. П. Аврамов, вместе с многими зарубежными коммунистами живший и работавший в Москве и вместе же с ними арестованный и убитый по приказу Сталина за участие в выдуманной «антисоветской террористической и диверсионно-вредительской организации».

На этой же стене дома есть мемориальная доска в честь популярного артиста И. В. Ильинского, жившего в этом доме с 1927 г. до кончины в 1987 г. В доме жили артисты Е. О. Любимов-Ланской, художественный руководитель театра со странным названием «имени Моссовета», М. Ф. Андреева, В. И. Окунева и др.

Оглавление книги


Генерация: 0.558. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз