Книга: Исторические районы Петербурга от А до Я

Куликово поле

Куликово поле

«Помимо исторического Куликова поля, на котором Дмитрий Донской разбил татарские полчища Мамая, в Петербурге есть свое собственное Куликово поле с тоже грустным историческим прошлым, но, увы, не таким славным, – замечал современник в начале прошлого века. – На этом поле десятки лет копились грязные отбросы города. Нетрудно представить, во что они превратили почву. Когда мороза нет, то поле за несколько верст дает знать особым букетом. Тысячи раз говорили о том, что свалку надо здесь прекратить, но так как с отбросами деваться некуда, других мест нет, то Куликово поле и продолжало нести свою печальную службу».


Куликово поле на карте Петербурга, 1901 г.

Итак, Куликово поле… Так называлась территория к северу от нынешнего Финляндского вокзала, входившая в учебный артиллерийский полигон «для пушечной и мортирной экзерциции». Свое имя она получила из-за множества куликов, гнездившихся здесь. В 1860-х гг. при строительстве финляндской железной дороги по этой территории прошли железнодорожные пути. Другая часть Куликова поля долгое время оставалась незастроенной, и вопрос о ее дальнейшей судьбе не раз рассматривался городскими властями.

«В настоящее время благодаря росту Петербурга Куликово поле очутилось в черте города, и хотя свалка всевозможных нечистот официально переведена за католический костел, однако, на самом деле, она производится и на прежнем месте, – говорилось в июне 1886 г. в „Петербургском листке“. – Местность и дорога от Куликова поля, ведущая к Батальонному переулку, у Сампсония, сплошь засыпаны навозом и вообще всевозможными нечистотами, отчего воздух по всей Выборгской стороне настолько заражен, что, проходя по Батальонному переулку и многим другим улицам, приходится затыкать нос и чуть ли не бежать…»

Добавим, что Батальонный переулок – это теперешняя улица Фокина, проходящая от Большого Сампсониевского проспекта до Пироговской набережной.

«Над Куликовым полем произнесен смертный приговор, – отмечалось в июле 1894 г. на страницах „Петербургского листка“. – Этот обширный свалочный пункт теперь будет засыпан и свалка нечистот прекращена. Большая часть Куликова поля там, где нечистоты перегнили и превратились в чернозем, стала отдаваться участками в аренду огородникам, а также уступлена под огороды лейб-гвардии Московского и Гренадерского полков. В прошлом году вся площадь для свалки нечистот на Куликовом поле не превышала 700 кв. саженей. Это пространство, ввиду холеры, углубили и по краям обнесли валом, чтобы не дать жидким нечистотам стекать в канавы, а затем попадать в сточные трубы Нижегородской улицы и Сампсониевского проспекта».

На этом пространстве, обнесенном валом, образовалось озеро жидких нечистот. На первый взгляд поверхность его казалась ровной и гладкой, из-за чего здесь чуть не погибли четверо детей, отправившихся на расположенное рядом римско-католическое кладбище. Дети завязли в трясине, и только по счастливой случайности их спасли подоспевшие сторожа.

В начале июля 1894 г. санитарная комиссия, осмотрев Куликово поле, вынесла вердикт: прекратить здесь свалку нечистот и немедленно засыпать это «озеро» подстилочным торфом. Работы начались практически немедленно – уже 8 июля.

«В первый же день сюда привезли до шестисот пудов сфагнума, работы начались с самого глубокого места, – сообщал репортер „Петербургского листка“. – Все это грязное болото с нечистотами будет окончательно засыпано в начале наступающей недели, и Куликово поле можно будет считать обезвреженным. Засыпка трясины Куликова поля обойдется городу довольно дорого, но, во всяком случае, сделав эту затрату, город ничего не потеряет, а, наоборот, должен выиграть, поскольку с прекращением свалки нечистот Финляндская железная дорога предлагает за него довольно крупную сумму. Вокзалу нет возможности расширить свою товарную станцию и дровяные склады, если только не воспользоваться Куликовым полем».

В начале ХХ в. звучали предложения переместить на Куликово поле Обуховскую больницу или устроить тут парк и городской лесопитомник. Последнее предложение внес в Городскую думу гласный С.В. Жданов при рассмотрении вопроса о праздновании 200-летия Петербурга. Он подал мысль в день юбилея собрать в новом парке всех детей из городских начальных школ и устроить грандиозный «праздник древонасаждения».

Традиция проведения подобных праздников родилась в мае 1898 г. на лесных посадках в Сестрорецке и Харькове. Сестрорецкий праздник был особенно впечатляющим: в нем приняло участие более полутора тысяч учеников городских училищ, а также студентов и профессоров Лесного института. Праздник удался, и они стали проводиться и в других городах России, причем в них участвовали губернаторы, высшее духовенство, земские начальники. Активное участие в устройстве «дней древонасаждения» приняло Императорское российское общество садоводства.

Идея приглянулась государю Николаю II, который отметил: «Желательно, чтобы этот добрый почин прочно у нас привился». Такую резолюцию государь наложил на отчете Черниговского губернатора о проведении в 1898 г. «дня древонасаждений».

Что же касается судьбы Куликова поля, то Городская управа к 200-летнему юбилею Петербурга так и не смогла прийти к окончательному решению. Городскому садовнику Визе поручили разработать план как питомника, так и парка, а также составить приблизительную смету работ.

Оглавление книги


Генерация: 0.076. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз