Книга: Памятники древнего Киева

Модерн и каноны пролетарского зодчества

Модерн и каноны пролетарского зодчества

В начале XX века эклектизм и сопутствующее ему подражательство плавно перешли в новое направление. Мировое искусство захватил модерн, где поощрялись такие проявления, как творческий поиск, инициатива, стремление к новизне и оригинальности. Освобожденная от правил композиция позволяла придавать зданиям динамичность, живописность, яркую выразительность. Широко распространилась пластическая трактовка отдельных частей и всего сооружения в целом. Из множества оформительских приемов наибольшее признание получили скульптура, живопись, майолика, графические орнаменты, как линейные, так и рельефные. Для стен чаще употреблялась фактурная обработка, а для фасадов — полированное и лакированное дерево.


Киевский модерн

Однако со временем в модернистских зданиях наметилась тенденция к обобщенности. Используя одинаковые элементы — эркеры, лоджии или балконы, зодчие выражали свой вкус в декоре.

Контуры заметно выросших зданий повторялись во второстепенных деталях, например в расположении оконных и дверных проемов. Соединенные в целое, разнообразные, но ритмически сопоставленные формы создавали эффектную картину.

Примером творческого подхода к застройке может служить одна из центральных улиц Киева, где единый ансамбль составили постройки, относящиеся к различным стилям, хотя с заметным преобладанием эклектики и модерна. На их фоне удивительно свежо и оригинально выглядело здание Высших женских курсов, возведенное в манере русского классицизма. Трехэтажный дом П-образной планировки в 1911–1913 годах строил киевский зодчий А. В. Кобелев. Основой творческого поиска автора послужили округлые формы: три корпуса соединены между собой плавными угловыми частями. Сооружение раскинулось на целый квартал. Из центра главного фасада немного выдавался ризалит с парадным входом, оформленным дорическими колоннами. По правилам ионического ордера декорированы верхние этажи и закругленные боковые части. Середину здания отмечал фронтон, украшенный барельефом с изображением богини Афины.


Статуя Матери-Родины

В эпоху модерна архитекторы получили право воплощать фантазию практически без ограничений. Однако различие в эстетических взглядах не мешало сохранять художественную цельность городских улиц. Постройки того времени согласовывались друг с другом по масштабам, формам и ритму. В отсутствие диссонанса они подчеркивали достоинства, красоту и своеобразие каждого архитектурного направления. Все это в полной мере относилось к Крещатику, который к началу XX века стал самой красивой улицей города.

В 1911 году главный киевский проспект украсило творение знаменитого архитектора Л. Н. Бенуа, а именно здание Петербургского банка, решенное в духе итальянского Возрождения. Через несколько лет ренессансную композицию дополнил Волжско-Донской банк — возведенное П. С. Андреевым здание, столь же интересное по форме, расположению и декору отдельных элементов. Одновременно с ним по проекту Ф. И. Лидваля строился Русский для внешней торговли банк. Близкий к соседним постройкам по стилю и назначению, он отличался совершенством пропорций. Четыре рустованных этажа были увенчаны сложной формы карнизом с высоким парапетом. По центру здания располагался картуш с изваяниями, олицетворявшими мореплавание и торговлю.

Как ни странно, именно в постройках служебного характера воплотились самые смелые архитектурные проекты. Талант киевских зодчих И. А. Зекцера и Д. Т. Торова выразился в эффектных формах административного здания на Крещатике, возведенного в 1911 году и просуществовавшего всего 8 лет.

Пострадав от сильного пожара, сооружение утратило первоначальный облик, который не сумели вернуть даже умелые реставраторы. Городские власти той поры не видели смысла в восстановлении «буржуазных форм», поэтому новые фасады были оформлены в прогрессивном пролетарском духе. На античном аттике появился барельеф на тему труда — вольная трактовка работы бельгийского скульптора К. Менье.

После окончания Гражданской войны Киев начал стремительно разрастаться. В первые мирные годы его население увеличилось почти вдвое, что потребовало благоустройства и новой застройки на окраинах. Особенно интенсивное строительство велось в Печерске.

К тому времени монастырский город превратился в цветущий район Киева, где уже давно располагалось губернское правительство.

В 1930-х годах царских чиновников сменили советские министры, разместившиеся в зданиях, крайне помпезных по форме и декоративному решению.

Одно из таких сооружений, построенное в 1938 году архитекторами И. А. Фоминым и П. В. Абросимовым, предназначалось для заседаний украинского Совета министров. Этому грандиозному зданию повредили чрезмерная монументальность и подчеркнуто стильный вид главного фасада. Отчетливо видно, что дуга центрального корпуса послужила соединением для двух огромных, параллельно стоящих строений. Более удачно размещены боковые ризалиты, украшенные портиками ионического ордера. Боковой фасад декорирован плоскими пилястрами и рустованными пилонами по углам. Выделяясь из окружающей застройки, дом Совета министров отличался и архитектурой, слишком суровой и холодной, особенно по отношению к мажорному облику Киева.

Похожие черты прослеживаются в наружном облике дома Верховного Совета, занимающего большой участок между Мариинским дворцом и парками. Его создатель, знаменитый архитектор В. И. Заболоцкий, придерживался единственно возможной в те годы линии модернизации и творческой переработки классического наследия.

Первоначально здание было намного меньше, поскольку состояло из зала заседаний, окруженного комнатами примерно одинакового назначения. Невысокое — всего в три этажа — строение опиралось на цоколь и не отличалось монументальностью благодаря мягким, классически спокойным формам. Разрушенное в годы Второй мировой войны, оно было восстановлено и расширено с помощью пристройки полукруглого корпуса. Наличие лишнего элемента способствовало увеличению внутреннего пространства, но постройка утратила композиционную цельность.

В начале войны Киев оказался беззащитным перед вражеской авиацией. Город оборонялся слабо, и после двух месяцев непрерывных бомбардировок в развалины превратились древние храмы, многие жилые районы, центральные проспекты, в том числе и Крещатик. Тотчас после приказа о сдаче был взорван мост через Днепр. Нетрудно представить, в каком состоянии находился Киев осенью 1943 года, когда на его разрушенных улицах появились советские войска. Солдаты-освободители невольно открыли новую страницу в истории древней столицы и одновременно внесли посильную лепту в его архитектурную летопись. В предместьях гремели бои, а на территории бывшего детинца кипела работа по расчистке завалов и подготовке площадок для новых зданий. Тогда казалось, что на восстановление города понадобятся десятилетия, но Киев поднялся из руин к 1950 году.

В послевоенные годы основной целью киевских зодчих стало восстановление центральных улиц. Оставаясь гордостью киевлян, административным и торговым центром, а также лучшим местом для прогулок, Крещатик не имел единства в архитектурном плане, но главное — не отвечал возросшим транспортным требованиям. Основная магистраль создавалась в течение многих лет, воплотив в своем противоречивом облике фантазии разных зодчих. Соединяя центр города с Подолом, Крещатик изначально являлся участком, где сходилось большинство городских улиц. Сплошная застройка ухудшала санитарно-гигиенические условия жизни населения, а расширению кварталов мешал повышенный рельеф левой стороны улицы.

С 1951 года главным архитектором города был назначен А. В. Добровольский, занявший место своего прославленного коллеги А. В. Власова, назначенного главным зодчим Москвы. Выработанные новой командой конструкторские идеи помогли решить столь трудную задачу, как полная перепланировка улицы, где сохранились исторические памятники. После реконструкции примыкающая к Крещатику небольшая улица Энгельса превратилась во внутренний проезд. Одни здания были воспроизведены, другие снесены, благодаря чему ушли в прошлое жутковатые дворы-колодцы. Обновленные кварталы дополнились скверами, миниатюрными площадями с фонтанами, зелеными уголками, свободными от застройки пространствами.

По окончании работ ширина Крещатика увеличилась более чем наполовину, достигнув 75 м. Проезжую часть окаймили с левой стороны бульвар, с правой — два тротуара, отделенные от дороги деревьями. Создание бульвара вдоль одной из сторон магистрали, как и весь ее ассиметричный план, посчиталось смелым приемом местного градостроительства. Предназначенный для пеших прогулок, он соединил площади и пространственные разрывы Крещатика в единое целое.

При устройстве фундаментов для зданий строителям пришлось преодолевать большие трудности. Служившие надежным основанием пески залегали на различных глубинах, что отразилось в конструкции многоэтажных зданий. Все дома стояли на сваях неодинакового размера, которые в определенных местах комбинировались с ленточным фундаментом.

В план реконструкции Крещатика, безусловно, входило создание единого архитектурного ансамбля. Воспроизведение старинных зданий не могло не повлиять на вид новых. В итоге разделенные широкими проходами постройки не нарушили гармонии, а напротив, придали улице неповторимость. Увеличение ее ширины потребовало укрупнения архитектурных элементов, что было сделано с помощью арок, лоджий, эркеров.

Первое из новых зданий располагалось вплотную к старому пассажу и соединялось с ним открытыми галереями летнего кафе. Центральный корпус заключал в себе восемь этажей, а над ним возвышалась угловая девятиэтажная часть дома, казавшаяся еще выше из-за небольшой башни. По желанию создателей магазины с большими витринами выдвинулись почти на 4 м, благодаря чему не только увеличились торговые площади, но и сформировалась красивая терраса, дополнившая помещения второго этажа.

В целях масштабности жилой застройки архитекторы решили разделить объемы домов на цокольные этажи, а также приняли горизонтальное членение на уровне шестого этажа. Применение этого классического способа, наряду с увеличенными деталями, позволило сообщить застройке масштаб столичного проспекта. Таким же образом было достигнуто визуальное объединение жилых домов с административными зданиями на другой стороне улицы. Каменные стены большинства домов Крещатика облицованы толстой (до 7 см) керамической плиткой. Кроме того, стены верхних этажей часто выполнялись из полой керамики толщиной около 40 см.


Крещатик. Фотография, начало XX века

В 1960 году в Киеве начал действовать метрополитен. Станции его первой очереди — «Университет», «Вокзальная», «Крещатик», «Арсенальная», «Днепр», разумеется, уступали по великолепию московским, зато выглядели весьма оригинально. Верхняя часть станции «Крещатик» состояла из вестибюля с кассами и покрытого куполом круглого эскалаторного зала. Спустившись по длинному эскалатору на перрон, пассажиры могли оценить красивые подземные интерьеры, над оформлением которых трудились знаменитые архитекторы А. В. Добровольский, Н. С. Коломиец, В. Д. Елизаров, а также их менее известные товарищи Г. Масленков, Ю. Кисличенко, Г. Гранаткин. Нижний зал был отделан пилонами, облицованными плитами из мрамора нежных оттенков. Пространства неглубоких ниш заполняли майоликовые картины привычной украинцам яркой тональности. Помимо цветовых решений, национальный дух ощущался в сюжетах, заимствованных из народных преданий и сказок. Скрытые карнизом светильники создавали достаточное, но ненавязчивое освещение залов. Сверкающие полы были покрыты гранитными плитами черного и серого цветов.


Современный Крещатик

В вестибюле станции изначально располагался ресторан с выходом на Крещатик. Его простые формы и сплошное остекление не слишком радовали взор, зато согласовывались с решением входов в метрополитен. Металлические конструкции ресторана разрабатывала команда молодых инженеров под руководством Д. И. Рабиновича. Уникальную оболочку двоякой кривизны над центральным залом рассчитывали Л. Г. Дмитриев, Г. Б. Гильман и А. С. Городецкий. Посетителям этого суперсовременного заведения предлагалось отдохнуть в четырех банкетных залах, отведать диетические блюда в уютной комнате или посидеть в кафе с видом на главную улицу Киева.

Страдания, испытанные украинцами за годы фашистской оккупации, запечатлелись в камне, воплотившись в мемориалах, огромных монументах и небольших по величине скульптурах. Памятник в Бабьем Яре установлен на месте братской могилы, где покоятся замученные немцами киевляне. Расстрелы на краю оврага на северо-западной окраине Киева начались 29 сентября 1941 года. За два года фашисты уничтожили свыше 100 тысяч человек. Жертвам Бабьего Яра посвящена документальная повесть писателя-эмигранта Анатолия Кузнецова и памятник, воздвигнутый на месте трагедии в 1976 году.

Над созданием монумента работали скульпторы М. Г. Лысенко, А. П. Випрык, В. В. Сухенко, архитекторы А. Ф. Игнащенко, Н. К. Иванченко, В. Н. Иванченков. Он представляет собой многофигурную композицию на постаменте. Широкая бетонная плита постепенно переходит в основание памятника и круто обрывается на краю рва, в который сбрасывали тела погибших. Среди них были военнопленные и мирные горожане: старики, женщины, дети. Увековеченные в камне, они демонстрируют свою ненависть к врагу, неукрощенную волю, всепоглощающую любовь к близким. О последнем можно судить по выразительному образу матери — юной женщины со связанными руками. Держа на коленях ребенка, она отдает ему предсмертный поцелуй, возможно надеясь на то, что он выживет в этом аду.

В 1960-х годах вблизи Печерска открылся парк Вечной славы воинов Великой Отечественной войны. Напротив церкви Спаса на Берестове был возведен памятник на Могиле Неизвестного Солдата.

Обелиск из полированного гранита, у подножия которого горит Вечный огонь, расположен на самой кромке обрыва, откуда видны бесконечные просторы Заднепровья. Весной 1981 года, в день Победы, на пустыре к югу от монастыря был открыт мемориал с официальным названием «Украинский государственный музей истории Великой Отечественной войны 1941–1945 годов». Проектные и строительные работы по возведению этого грандиозного комплекса исполнил скульптор Е. В. Вучетич — автор памятника-ансамбля воинам Советской армии в берлинском Трептов-парке и мемориала на Мамаевом кургане в Волгограде.

Ансамбль киевского музея состоял из здания с просторными залами, которое послужило 40-метровым постаментом для статуи Матери-Родины: изваяние высотой 62 м держало в поднятых руках обнаженный меч и щит с гербом СССР. Кроме того, в комплекс вошли огромная чаша с Вечным огнем, площадки с боевой техникой, лабораторный корпус и парк с галереей героики. Установленные здесь скульптурные композиции отражали этапы Великой Отечественной войны.

Сегодня в трех помещениях музейного здания располагаются экспозиционные залы общей площадью более 5000 м2, в которых выразительная архитектура, мозаичная живопись, скульптура, ландшафт — образуют целостную идейно-образную композицию. Создатели устроили отдельные ее части так, чтобы посетители сами в сжатом временном и пространственном измерении прошли путь войны от пограничных сражений до завоевания Берлина.

Архитектура 1970-х годов представляет собой типичный образец свободного, или «некритического», использования классики.

В комплексе здания той поры производят впечатление парадности, но, на взгляд любителя, их формы слишком упрощены.

Впрочем, дворцы из стекла и бетона вполне согласуются со стилем жилых массивов, раскинувшихся по окраинам Киева.

Особенно ярко минимализм выразился в ансамбле учебных корпусов Университета имени Тараса Шевченко, созданном по проекту архитекторов В. Е. Ладного и В. Е. Коломийца на проспекте 40-летия Октября.


Корпуса Университета имени Тараса Шевченко

Особенностью планировочной композиции здесь является контраст между различными по высоте и протяженности корпусами. Поднявшиеся на 2–7 этажей учебные здания сгруппированы так, что между ними образуются небольшие замкнутые пространства, то есть дворы, приспособленные для отдыха преподавателей и студентов. С восточной стороны комплекса располагается большая внутренняя площадь, по сторонам которой находятся библиотека и спортивный комплекс. Центром ансамбля является эффектное здание ректората.

Современный Киев, подобно древней столице, поражает своей величественной красотой. Удивительно его слияние с природой, более заметное осенью, когда яркие краски листвы спорят с золотом храмового убранства. Сияние куполов Софийского собора и церквей Печерской лавры продолжается в ослепительной белизне зданий. Особенно красив город весной, в пору разлива Днепра, буйства зелени и цветения знаменитых киевских каштанов. Тихими украинскими вечерами горожане могут забыть, что живут в огромном мегаполисе. Ночью, после того как погаснут фонари и затихнет движение на улицах, подают голос соловьи — лесные обитатели города, чьи песни до утра раздаются в киевских садах, скверах и парках.

----

Оглавление книги


Генерация: 0.207. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз