Книга: Стамбул. История. Легенды. Предания

Храм Святой Софии

Храм Святой Софии

Византийцы были живым, энергичным и любопытным народом, поэтому считали своим долгом участвовать не только в политической, но и в церковной жизни, и нередко судьба всего восточно-христианского мира решалась волей непокорных и буйных жителей Константинополя. Расправа над ненавистными вельможами, возведение на престол и низвержение императоров и патриархов, общенародные мятежи и такие же общенародные моления, крестные ходы вокруг городских стен — непрерывная цепь этих и других событий тянется через всю историю Константинополя.

Православная церковь и Империя — вот два столпа, на которых держались жизнь и мир Константинополя. И свое законченное, великое и надчеловечное выражение этот мир воплотил в храме Святой Софии.

Еще в IV в. император Константин построил в городе базилику (небольшой храм прямоугольной формы) и назвал ее церковью Святой Софии. Но первый храм со временем стал мал для все увеличивавшегося населения города, и Констанций (сын императора Константина Великого) расширил его. В 404 г., в царствование императора Аркадия, базилика сгорела во время мятежа, но в 415 г. Феодосии Младший отстроил ее заново. Губернаторам провинций он повелел отыскивать и доставлять в Константинополь мраморы, колонны, скульптуры — все, что могло бы пойти на украшение храма. Однако во время мятежа 532 г. пожар вновь было уничтожил возводившийся храм. Царствовавший тогда император Юстиниан уже готовился бежать из страны, когда полководец Ве-лизарий вошел с войсками в Константинополь и подавил восстание. В честь этой победы на месте сгоревшей базилики император Юстиниан решил воздвигнуть, по словам летописца, «такой храм, какого не было со времени Адама и какого не будет никогда». Сохранилось много легенд о покупке земли для его сооружения.


Храм Святой Софии 

«Так, местность, занятая правой стороной храма, принадлежала одному евнуху, который охотно отказался от своей собственности. Территория с левой стороны принадлежала одному сапожнику, который потребовал за нее двойную плату и особые привилегии. В частности, он захотел, чтобы его, как и императора, зрители встречали на Ипподроме рукоплесканиями.

Земля, где должен был быть устроен алтарь, принадлежала привратнику Антиоху, который не собирался продавать ее. Но так как он обожал скачки, то императорский сановник Стратегий запер его однажды перед самым началом ристалищ. Император же обещал выпустить его, если он на глазах всех собравшихся зрителей подпишет акт о продаже земли.

На месте, где впоследствии разместилась крестильня, стоял дом женщины, которую звали Анна. Дом был небогатый, но вдова заупрямилась и заявила, что не продаст его, даже если ей предложат 80 бочонков золота. Тогда император сам отправился к ней и стал упрашивать, чтобы она продала землю. Тронутая его просьбами, женщина упала на колени и заявила, что отдает землю даром. Но попросила, чтобы после смерти ее похоронили возле возведенного храма. Император Юстиниан согласился»…

И вот 23 февраля того же года, в воскресный день после совершения литургии, Константинопольский патриарх в первом часу дня, взяв Честной Крест Господень и святые иконы, первым делом освятил воду. Потом вместе с императором и народом, неся Животворящее древо Креста Господня, все пошли на место, где Юстиниан вознамерился возводить храм. Прибыв туда, император своими руками взял камень и известь и, испросив у Бога благословения, положил их в основание, чему последовали и вельможи двора его.

Юстиниан пригласил известных архитекторов — Анфимия из Тралл и Исидора из Милета — и поручил им постройку храма. Сто других архитекторов управляли рабочими, и каждый из них имел под своим началом 100 каменщиков. Пять тысяч рабочих трудились на правой стороне храма и столько же на левой. Юстиниан не жалел никаких денег и сам каждый день посещал стройку. Вместо того чтобы по восточному обычаю отдыхать после обеда, он обвязывал голову платком и в самой простой полотняной одежде осматривал ход работ. Чтобы не было жалоб и недовольства, деньги рабочим выдавали ежедневно.

Все сословия Византийской империи несли денежную дань на построения храма Святой Софии. Все доходы империи за пять лет не покрыли расходов на его сооружение. Только на амвон и хоры был потрачен годовой доход от Египта. По приказу императора все провинции и города империи поставляли в Константинополь самые замечательные остатки античных зданий и мрамор. Рим, Афины, Эфес прислали колонны, которые и сейчас вызывают восхищение. Из Проконеса доставляли белоснежный мрамор, из Каристоса — светло-зеленый, из Ясоса — бело-красный, из Фригии — розовый с прожилками. Толстые плиты мрамора разрезались таким образом, чтобы прожилки на них составляли фигуры — деревья, фонтаны, водопады, фантастические лики людей и животных[23].

Много необычного было в строительстве этого собора. Примечательно, например, что многие материалы, использовавшиеся при возведении Святой Софии, были взяты из храмов, принадлежавших почти всем языческим религиям. Восемь порфировых колонн нижнего этажа храма были привезены из знаменитого храма Солнца в Баальбеке, другие восемь колонн — из эфесского храма Артемиды и т.д. Известь изготовляли на ячменной воде, в цемент добавляли масло. Для верхней доски престола был изобретен новый материал: в растопленную массу золота бросали ониксы, топазы, жемчуг, аметисты, сапфиры, рубины — словом, все самое дорогое.

Постройка храма, его размеры и украшения производили на современников невыразимое впечатление, поэтому неудивительно, что вокруг всего этого сразу же стали складываться легенды и мифы. Рассказывали, что план здания был вручен императору Юстиниану во сне ангелом. Когда между императором и архитекторами возникали споры (например, сколько окон делать над главным алтарем), Юстиниану якобы во сне опять явился ангел и приказал сделать три окна в честь Святой Троицы.

Храм Святой Софии представляет собой пространственный четырехугольник, к которому со всех сторон примыкают четыре меньших квадрата, образующие внутри главные части храма и форму креста. По углам центрального квадрата возвышались четыре массивных столба, вершины которых соединялись между собой полукруглыми арками.

К восточной и западной частям среднего свода примыкают два полукупола, а к каждому из них — по три ниши, так что крыша главной части здания состоит из девяти куполов, покрытых свинцовыми листами и возвышающихся один над другим. Стены храма облицованы громадными плитами из розового, зеленого, темносерого и белого мрамора разных оттенков, отделенными друг от друга тонкими мраморными рамками или бордюрчиками. Император собирался было покрыть стены сверху донизу золотом, но потом передумал. Мудрецы не советовали искушать будущих правителей, которые в погоне за золотом непременно разрушат храм. Если же здание украсить камнем, оно будет стоять вечно.

Пол и стены Святой Софии были выложены разноцветным мрамором, порфиром и яшмой и походили на луг, усыпанный цветами. Верхние части стен украшали великолепные мозаики, на ярко-голубом или золотистом фоне которых были изображены фигуры святых и императоров. Они чередовались с выложенными мозаикой орнаментами, изображениями растений, наполненных плодами рогов изобилия, сидящими на ветках птицами и виноградом, распускающим свои золотые листья… Громадная центральная часть храма по краям тонула в полумраке, в торжественной тишине которого мерцали строгие лики святых и драгоценное убранство.

Эта самая пышная византийская постройка действительно создавала впечатление ослепительного великолепия. Византийский летописец VI в. Прокопий Кесарийский так пишет об этом соборе: «Этот храм являет собой чудесное зрелище. Тем, кто его видит, он кажется исключительным, тем, кто о нем слышит, — невероятным. Он взмывает ввысь, словно до самого неба, выделяясь среди других зданий, как ладья на бурных волнах моря… Он весь полон света и солнечных лучей, и можно было бы сказать, что не снаружи идет это освещение, а само оно рождает этот дивный блеск, так чудно светел этот храм».

В день освящения храма, 27 декабря 537 г., император Юстиниан подъехал к главному входу на колеснице, запряженной четверкой лошадей. Он быстро прошел до середины собора и, подняв к небу руки, воскликнул: «Слава Богу, который дал мне возможность закончить эту постройку. О, Соломон! Я превзошел тебя!». Празднества по случаю освящения храма продолжались 15 дней.

В архитектурно-художественном и техническом отношении наиболее эффектной частью храма является его купол. Именно на нем было сосредоточено все внимание зодчих. В плане купол очень близок к кругу, а некоторые отклонения (помимо вполне понятных строительных допусков) объясняются еще и многочисленными разрушениями и перестройками. В первоначальной идее купол — сферический и в плане очерчивается окружностью диаметром почти в 32 м. Купол покоится на четырех опорах, и тот же летописец Прокопий Кесарийский так описывает впечатление, производимое им: «Кажется, что он покоится не на каменной клади, а свисает с неба на золотой цепи». Купол сложен из глиняных горшков, сделанных из белой пористой глины, найденной на острове Родос. Глина эта была такая легкая, что вес двенадцати таких горшков равнялся весу одного обыкновенного кирпича.

Купол образуют сорок радиальных арок, причем окна и промежутки между ними были рассчитаны так, что в солнечные дни создавалось впечатление, будто он парит в воздухе.

Через 20 лет случилось землетрясение, во время которого пошатнулись стены храма и была разрушена восточная часть купола[24]. Огромные повреждения наносили храму и частые пожары, но после каждого бедствия собор Святой Софии заново восстанавливали. К тому времени, когда обвалился купол храма, Анфимия и Исидора уже не было в живых, и восстановление его поручили племяннику Исидора — Исидору-младшему. Он приподнял купол на 9 м, в результате чего тот потерял легкость, которая так восхищала современников. Вторично купол обвалился в 986 г. Реконструировал его архитектор Трдат из Армении. Этот купол и сохранился до наших дней.

Перед входом в храм Святой Софии располагался открытый двор, обнесенный портиком и вымощенный плитами. Посреди двора был устроен бассейн; лишь одна только галерея нартекса[25] была без украшений. В следующей (внутренней) галерее у входных ворот перед молящимися представал мозаичной работы архангел Михаил с огромным поднятым мечом. Все живописные изображения были нарисованы красными красками по золотому полю.

Когда-то верхнюю часть стен первого этажа и стены галерей покрывали мозаичные рисунки на религиозные темы, портреты императоров и патриархов. На стенах храма блистали изображения Пресвятой Богородицы, святых апостолов и евангелистов, а также греческих крестов с надписью: «Симъ знаменiем победиши». В куполе были изображены Отец Вседержитель и четыре херувима — из мозаики и цветного стекла, смешанного с золотом и серебром.

В середине центрального нефа[26] стоял амвон, искусно сделанный из слоновой кости, серебра и цветного мрамора. Купол над амвоном был изготовлен из золота и украшен драгоценными камнями. О богатстве собора ходили легенды. Современники утверждали, что в одной только ризнице было 40 000 фунтов серебра. Летом 1437 г. Константинополь посетила особая папская комиссия, в докладе которой впоследствии было написано: «Все церкви достойны удивления, однако Святая София превосходит все во всех отношениях — своими мраморными стенами и колоннами всякого цвета; мозаикой, которая сияет как солнце; скульптурой, весьма тонко изваянной на мраморе. Дверей в храме — медных, железных и деревянных — насчитывается столько, сколько имеется дней в году. Церковь настолько обширна, что здесь могут вместиться более 100 тысяч человек». А поэт Корипп называл Святую Софию «чудом света, которое затмевает все другие храмы и представляет точное отображение самого неба».

Оглавление книги


Генерация: 0.074. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз