Книга: Книга Москвы: биография улиц, памятников, домов и людей

Вокзалы «Ворота города»

Вокзалы

«Ворота города»

Помните у Ильфа и Петрова мини-оду московским вокзалам, ту самую, из которой мы взяли заголовок? Да и как иначе могли относиться сотрудники главного железнодорожного органа – газеты «Гудок» – к этим точкам притяжения народа? Нашлась в «Двенадцати стульях» пара строк для Рязанского, Александровского, Курского, Брянского, Октябрьского, Павелецкого, Савеловского, Ярославского вокзалов, обиженным остался только Виндавский. Вы не про все вокзалы поняли? Это немудрено. Только Савеловский и Ярославский не меняли своего названия; даже названные по-современному Ильфом и Петровым Курский и Павелецкий успели побывать Курско-Нижегородским и Саратовским соответственно. Больше всего имен было у нынешнего Белорусского. Вот с него и начнем.

Итак, самый многоназванный Белорусский вокзал. Побывал в свою бытность Смоленским, Александровским, Брестским, Белорусско-Балтийским. Первое вокзальное здание открыли в 1870 году, в нынешнем виде (естественно, без пристроенных бетонных новообразований) вокзал существует с 1912 года. В советскую эпоху на Белорусском постоянно торжественно встречали. В 1928 году – Максима Горького, вернувшегося на свою погибель из солнечной Италии. В 1937-м – экипажи Чкалова и Громова, в 1938-м – папанинцев после их дрейфа на станции «Северный полюс-1». (Интересно, почему именно на Белорусском? Ведь прибывали все они совсем с других направлений. Или не было доверия Киевскому, Казанскому, Ярославскому?) Самая важная встреча (вернее, встречи) были в 1945-м – на Белорусский вокзал прибывали первые эшелоны победителей в Великой войне. Так что Белорусский – еще и самый «встречный».

Казанский вокзал – это тот, который в ильфо-петровские времена назывался Рязанским. Строился для Рязанской железной дороги (той самой, которая по английскому проекту и, следовательно, с левосторонним движением), потом вокзалом стала пользоваться и Казанская дорога. Современное здание по проекту Алексея Щусева начали строить в 1913 году, закончили в 1940-м. В «неорусском» стиле, выбранном академиком архитектуры для вокзала, ведущего в глубь страны, явно видны (или слышны? вы еще не забыли, что архитектура – это застывшая музыка?) мотивы многовековой ее культуры. Тут и московские, астраханские, рязанские и нижегородские архитектурные «мелодии», тут образ казанской башни Сююмбике. А внутри здание расписывали А. Бенуа, Б. Кустодиев, Н. Рерих, Е. Лансере. Не вокзал, а картинная галерея мирового уровня. Народу бы поменьше было. И закрытых дверей. А все равно получается, что Казанский – самый высокохудожественный.

Киевский, бывший Брянский, вокзал первоначально был деревянным. В 1914-1918 годах по проекту Ивана Рерберга построили то здание, что мы видим сейчас. Изюминкой Киевского был (и остается) перекрытый перронный зал. Знаменитый (уже тогда) Владимир Шухов спроектировал большепролетные застекленные арочные конструкции, и получилась прозрачная крыша длиной 321 метр и шириной 47,9 метра. И ведь не протекает. А за такое перекрытие Киевский – самый инженерный.

Курский попервоначалу, с 1860-х, был просто Курским. Зато когда под крыло нового здания в 1896 году пустили Нижегородскую железную дорогу, стал на время Курско-Нижегородским. Весьма забавно, что предыдущее место посадки-высадки пассажиров Нижегородской линии находилось за Покровской (Абельмановской) заставой. И лучше бы Курский вокзал присоседили к Нижегородскому, но кто тогда мог посчитать будущий пассажиропоток? А он-то на Курском ох как велик. Для этого потока и построили в 1972 году новое здание (одно время утверждалось, что это крупнейший вокзал в Европе). По расчетным данным в здании Курского вокзала могут разместиться одновременно одиннадцать тысяч человек. Уверены – смогут. Только помыть их надо. А то сами знаете, какое амбре сейчас на вокзалах. Тем более от 11 тысяч, и одновременно. Курский, несомненно, – самый масштабный.

Ленинградский, он же Николаевский, он же Октябрьский, – естественно, самый старый. Ведь первая «большая» (в отличие от «домашней» Санкт-Петербург – Царское Село) железная дорога связала две столицы. Константин Тон построил в Москве и Питере двух близнецов. Сначала они даже назывались одинаково. Это теперь питерский двойник – Московский, а московский – Ленинградский (не иначе как по имени области). Скромное по теперешним масштабам сооружение, на наш вкус, самое невзрачное, но в титулах самого старого и самого двойственного ему не откажешь.

Павелецкий и Рижский. Эта парочка объединена не только общим архитектором (Ю.Ф. Дидерикс, хотя Рижский проектировал С.А. Бржозовский, а Дидерикс только строил), но и временем постройки: первый построили в 1900 году, второй – хоть и начали в 1897-м, но закончили в 1901 году. Павелецкий вокзал построен для самой «молодой» железной дороги, имеющей собственный вокзал в Москве. Дорога на Павелец организовалась накануне строительства вокзала. Но до самых послевоенных лет вокзал именовали Саратовским. Из самых что ни на есть бюрократических соображений – управление Рязано-Уральской дороги дислоцировалось в Саратове.

Несмотря на перестройку в 1982-1987 годах и расширение площадей, архитектурный облик вокзала на бывшей Ленинской площади (название связано с тем, что на Павелецкий – а куда еще по этой-то дороге? – прибыл из Горок траурный ленинский поезд) удалось сохранить, не превратить его в стеклобетонный ангар. И титул Павелецкому за это – самый модернизированный.

Рижский (Виндавский, Балтийский, Ржевский) – единственный вокзал, не удостоенный характеристики от Ильфа и Петрова. В их время он был Виндавским (Виндава, для сведения, – это название города-порта Вентспилс, в Латвии, до 1917 года). Почему несуществующее название города сохранялось до 1930 года за вокзалом, обслуживавшим тогда всё прибалтийское направление, – загадка. Наверное, в пику много из себя (всегда!) воображавшим прибалтам был построен Рижский в «русском стиле» со всякими соответствующими наворотами – не хотят прибалтийцы русского духа, а придется хоть на вокзале посмотреть (и понюхать). Специально не стали смотреть железнодорожное расписание, чтобы узнать, какие поезда сейчас отходят от этого вытянутого вдоль вокзала перрона. Пусть и это будет загадкой, как для Ильфа-Петрова, – пассажиры Виндавского. И назовем Рижский вокзал самым загадочным. Ну и самым тихим, конечно.

Открытый в 1902 году Савеловский вокзал попервоначалу назывался Бутырским, так как располагался у Бутырской заставы. Как был вокзал пригородным, так им и остался. Его награждаем титулом самого подмосковного. И больше ничего говорить не надо. Все нравы – как на ладони.

Ярославский – второй из вокзалов, не изменивший имени, данному при рождении. Читателям, уже изрядно утомленным перечнем достоинств и недостатков московских вокзалов, коротко сообщим, что с Ярославского вокзала уходят поезда самого дальнего следования: именно здесь начинается рекордная по длине магистраль Москва?Владивосток (целых 9302 километра). Так что Ярославский – самый дальний. А еще – самый красивый (для нас, конечно), потому что строил его замечательный Федор Шехтель.

Вот такая мозаика из девяти московских вокзалов, таких разных, таких «самых». Да только и это не все. Есть еще вокзал под названием «Серебряный Бор». Есть «Лихоборы», «Владыкино». Не знаете таких? Узнаете, дайте только дойти в «Книге Москвы» до Малой окружной железной дороги.

Оглавление книги


Генерация: 0.101. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз