Книга: На электричках: Путешествие из Владивостока в Москву

Новосибирск-Главный — Барабинск

Новосибирск-Главный — Барабинск

С утра хостел был полон постояльцев. Ожидаемая группа выпускников заехала на удивление тихо. Они собирались идти в город. Новосибирск праздновал очередной день рождения. Надо мной, на втором ярусе кровати, разместился путешествующий по России француз. Многоместный номер был полностью укомплектован.

На кухне я разговорился с путешественником из Франции. Ехал он по стандартному для европейцев «русскому» маршруту: Питер — Москва — Урал — Сибирь — Байкал — Монголия. Многие европейцы, которых я встретил на пути, выбирают именно этот маршрут. Еще ни разу не встретил путешественника, который ехал бы, как и я, с востока на запад. Единственное исключение — бабушка, добирающаяся из Ачинска в Белгород электричками. Но это скорее не путешествие, а способ передвижения. Большинство же путешественников предпочитают движение от центра к окраинам.

С французом мы общались на плохом английском. Во Франции разговор на английском языке считается дурным тоном. Старая рана — конфликт с англичанами. Поколение французов, кому сейчас тридцать-сорок, английского не знает. А вот молодежь во французских школах сейчас его изучает. Для расширения кругозора и общения полезно, да и меньше они подвержены предрассудкам. Русского языка француз не знал совсем, ни единого слова.


На вопрос, почему он выбрал именно Россию, француз только пожал плечами: «I don't know…» Я и раньше встречал в России путешественников из Франции, и все отвечали приблизительно одно и то же: «Не знаем почему, но тянет. Видимо, исторически так сложилось».

Я собрал рюкзак и вышел в сторону вокзала с таким расчетом, чтобы до отправления электрички еще прогуляться по городу. На улицах Новосибирска полным ходом шли народные гулянья. Центр был перекрыт. В оцеплении из полиции — проходы в виде рамок-металлоискателей. Рядом с рамками дежурили трое полицейских в праздничных белых рубашках. Мой рюкзак привлек внимание одного из них.

— Сюда, пожалуйста, — показал он ручным металлоискателем на столик рядом с рамкой. — Что там у вас?

— Палатка, спальник, котелок… — начал перечислять я.

Полицейский водил металлоискателем по рюкзаку. Тот пронзительно пищал.

— Да у вас там все запрещенное! — улыбался полицейский, явно настроенный на праздничный лад. — Ладно, проходите!

На площади Ленина было установлено несколько сцен. Гигантский каменный Ленин, делая волевой шаг вперед, хмуро взирал на яркое праздничное окружение. Разноцветные флаги развевались на ветру.

На празднике присутствовали городские организации. Музей «Заельцовка» проводил выставку раритетных автомобилей военных лет. Сотрудники музея, одетые в военную форму Советской армии, прохаживались рядом с ГАЗ-67 и ГАЗ-69. Возглавлял выставку ретроавтомобилей микроавтобус «Форд-Транзит», прозванный в народе «бегемотом» за покатые бока и пухлую форму.

В разноцветном шатре разместился фонд «Мое открытие Сибири», предлагающий детям и взрослым поучаствовать и в экспедициях по Сибири и программах, которые направлены на развитие творческих способностей, исследование здешних мест, изменение отношения людей к природе. Лозунг фонда: «Сибиряк — это звучит гордо!»

На площади раздавали бесплатные выпуски «Красного проспекта». Газета знакомит читателей с городскими новостями. На развороте — программа мероприятий, посвященных Дню города. В новостных колонках сообщалось, что проблема въезда и выезда из микрорайона «Чистая слобода» будет решена путем прокладки и запуска трамвайной линии протяженностью 2,3 километра. И о том, что Новосибирский метрополитен обновил парк специализированного подвижного состава. В строй вошли: автомотриса, изготовленная по спецзаказу Тихорецким заводом, и новейшая дрезина-мотовоз.

В кассе я взял билет до Барабинска. Кассир выдал его двумя билетами: Новосибирск — Чулымская и Чулымская — Барабинск. Прямой электрички нет. В расписание комментарий: «Согласованные поезда». Это означает, что электричка доходит до Чулымской и там ее ждет другая электричка. Пассажиры пересаживаются и едут дальше. Я уже проезжал на «длинной» электричке Иркутск — Черемхово — Зима. Тогда поезд доехал до Черемхово, а дальше продолжил путь уже под другим номером. Но пересаживаться при этом не пришлось. В тот раз билеты тоже были раздельные, на каждый участок маршрута.

Демиховская электричка уже ждала у перрона. На борту второго вагона виднелась трафаретная надпись «Вагон повышенной комфортности за дополнительную плату». В салоне мягкие кресла, как в самолете, по два с каждой стороны. Туалет, кулер с водой. За столиком — проводница вагона. У нее можно оплатить проезд в классе повышенной комфортности. Доплата за комфортность — 90 рублей до Барабинска.

На Чулымской объявили конечную, и пассажиры потянулись на соседний перрон, на пересадку. Электричка Чулымская — Барабинск отправлялась через 20 минут. Как раз: сойти, перейти, занять места, устроиться. Курильщики успели выкурить по сигарете. Поехали. Поезд плавно скользил по «бархатному», бесстыковому пути. Такой путь получается путем сваривания рельсов в единую 800-метровую плеть. Движение поезда по нему практически бесшумно — нет привычного перестука колес. У такой железной дороги есть особенность: проложить ее можно только по бетонным шпалам. И если Забайкальская дорога до сих пор лежит на деревянных шпалах и поезда по такому пути грохочут на каждом стыке, то в Сибири почти все рельсы на «бетоне» и путь перешит на бесстыковой.

В Барабинск электричка прибыла на какой-то супервокзал. Может, он не был таким большим и важным, как новосибирский, но неестественно блестел и возвышался над ветхими деревянными домишками города. Рядом с вокзалом на постаменте стоял зеленый с белыми окантовками окон электровоз ЧС2-010. Десятый по счету электровоз этого типа, выпущенный заводом «Шкода» в Чехословакии.

В Барабинске мне предстояло провести ночь в палатке в ожидании утренней электрички на запад. На карте было обозначено большое озеро за чертой города. Я прошел километров пять через поселок, а когда подошел к озеру, меня ждало разочарование: местность оказалась непригодна для стоянки. Озеро окружала стена высоких камышей — к воде не подойти. Дорога, ведущая к озеру, представляла собой грязевое русло с частыми следами копыт. Запах у воды был сернистый и неприятный. Такие проколы иногда случаются, когда действуешь нахрапом, без тщательного планирования. А на планирование требуется время, которого порой просто нет. Поэтому желательно всегда иметь в запасе план Б.

Такой план у меня был: другое озеро в черте поселка, на противоположной стороне от железнодорожной линии. Горожане поведали, что в местной газете вышла статья, где писали о промышленном загрязнении озера. Теперь в нем никто не купается. Выбора у меня не было, уже темнело. Я твердо решил поискать место рядом с городским озером, тем более что его окружают перелески, удобные для стоянки.

— Это проблема нашего города: воды нет, негде искупаться, — сообщил парень, сидящий на автобусной остановке.

— Где у вас можно с палаткой встать? — спросил я.

— Попробуй за гаражами, у озера, — посоветовал он. — Только в озере не купайся: опасно!

Озеро действительно было не в лучшем виде и походило на первое. Но у этого был неоспоримый плюс: 15 минут пешком до вокзала. А значит, можно подольше поспать.

Пройдя вдоль озера, я нашел полянку между стеной камышей, окружавшей озеро плотным кольцом, и бетонным забором стадиона «Локомотив». В камышах был прорублен проход к воде и даже выстроен помост из досок и старых автомобильных шин. Неожиданно в воде, недалеко от берега, появился темный силуэт. Как это я сразу не заметил? В пяти метрах от меня, стоя в воде в резиновых сапогах, скрюченная старушка полоскала белье. Сквозь мутный слой бурой воды и зеленой тины белели не совсем белые простыни и пододеяльники. «Воды не хватает, — скрипучим голосом сетовала бабка. — Приходится в озере стираться».

Она собрала белье в охапку и двинулась по тропинке через поле вдоль озера. Я принялся раскладывать палатку, утешая себя тем, что хоть я и остался без душа, зато высплюсь и завтра быстро попаду на станцию. В окнах пятиэтажек за полем зажглись огни. Горожане, наверное, готовили ужин и принимали горячие ванны. В Новосибирске я все-таки нашел нужный газовый баллон и вспомнил, что у меня теперь есть огонь. Заварил горячий чай на горелке. Сладкий чай улучшил настроение, и я устроился на ночлег. Забрался в палатку, в спальный мешок. Снаружи доносились звонкие удары по волейбольному мячу. Команда на стадионе «Локомотив» заигралась допоздна. Игрокам было невдомек, что за забором спит человек, которому в 4:30 вставать на электричку.

Оглавление книги


Генерация: 0.263. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз