Книга: Дом на хвосте паровоза. Путеводитель по Европе в сказках Андерсена

Вордингборг: три Вальдемара и золотой гусь

Вордингборг: три Вальдемара и золотой гусь

О примечательном золотом гусе на единственной сохранившейся башне Вордингборгского (поди еще выговори) замка (Vordingborg Slot) Андерсен, как и о деревянных башмаках в Кёге, не рассказывает. Хотя оно и понятно: гусь, птица перелетная, на момент написания «Маленького Тука» (1847) был в отлучке и на свое законное место вернулся только двадцать с лишним лет спустя – в 1871 году. Однако это не единственный побочный эффект «сжатия с потерей качества», которой в «Маленьком Туке» подверглась история Вордингборга: в действительности там и танцующих Вальдемаров было больше, и с башнями у каждого из них было по-своему. Давайте-ка попридержим коня, на котором мчится наш герой, и оглядимся.

Вордингборг был основан королем Вальдемаром I Великим в 1157 году – факт вроде бы ничем не примечательный, если не афишировать, что примерно в то же время (если быть точным, то десять лет спустя) зародился и Копенгаген, а его основатель епископ Абсалон приходился Вальдемару I побратимом. Таким образом, Копенгаген и Вордингборг – не только сверстники, но и почти родственники. Тем драматичнее рассказ: что называется, два башмака – а какие разные судьбы.

На месте Вордингборга и раньше существовало поселение, но стратегического значения оно не имело – ферма как ферма. Положение дел в корне изменилось с момента постройки замка, служившего одновременно королевской резиденцией и пунктом сбора датского флота в военных операциях против вендов (читай – соседних славян). Операции эти, к слову, имели не только политическое и экономическое, но и религиозное значение. Например, в 1169 году в результате одного из таких рейдов датскими войсками была захвачена вендская крепость Аркона на острове Рюген[24], вследствие чего братья славяне дружно приняли христианство. (Датчан того времени вообще было хлебом не корми, дай кого-нибудь крестить. Их проповедники добирались аж до Исландии и везде имели бешеный успех, в основном благодаря убедительности своих методов[25], – и здесь нельзя не отдать должное прозорливости нашего Владимира Святославича.)

Следующий король, Вальдемар II Победоносный, продолжил в том же духе. В 1200 году по его указу Вордингборгский замок кардинально перестроили, в результате чего он превратился из деревянной крепости в собственно замок. А в 1219 году оттуда выдвинулась военная экспедиция (читай – крестовый поход) в помощь Тевтонскому ордену, надрывавшемуся в попытках крестить Эстонию. Оценив по достоинству прибывшее к противнику подкрепление, эсты поначалу пошли на попятную, но потом, улучив момент, внезапно и яростно атаковали датский лагерь – пишут даже, что аккурат после обеда и с пяти сторон одновременно. Захваченным врасплох датчанам пришлось настолько туго, что оставалось лишь уповать на помощь Всевышнего – и их молитвы были услышаны. По легенде, в самый разгар сражения датчанам явилось божественное знамение в виде парящего в небе красного полотнища с белым крестом; это укрепило моральный дух датского войска, и в результате вероломные язычники были разгромлены. Так у датчан появился национальный флаг – Даннеброг, а у эстов – новая религия и основанный датчанами на месте высадки город Таллин[26].

Однако величие Дании при первых двух Вальдемарах вышло боком сорок лет спустя, когда Эрик VI Менвед[27] решил восстановить ослабшее к тому времени датское влияние на Балтике, да вот беда – немного не рассчитал с экономической моделью. Военная экспансия – вещь затратная, а деньги надо где-то брать. При этом чрезмерное повышение налогов чревато голодными бунтами, а получение ссуд под залог государственных земель – выкручиванием рук со стороны кредиторов (особенно если эти кредиторы еще и помогают в подавлении тех самых голодных бунтов). Эрик VI этого почему-то не учел, и на момент его смерти в 1319 году Дания оказалась фактически банкротом: почти все земли датской короны были заложены немецким и датским магнатам, государственная казна пуста, а королевская власть ничем не обеспечена. Сменивший брата на престоле Кристофер II только усугубил положение: при коронации его заставили подписать хартию, не оставлявшую ему власти практически ни над чем, кроме выплат по ссудам. С этого момента королевское правление фактически стало марионеточным, а после смерти Кристофера II в 1332 году и вовсе переросло в военную диктатуру герцогов Хольштейнских во главе с Герхардом III. Дания как государство прекратила свое существование, и в Вордингборге стало не до танцев.

За следующие десять лет раздробленная страна стремительно сползла в никому не выгодный хаос. Датская знать быстро осознала побочные эффекты иностранного правления и стала присматриваться к законному наследнику престола – сыну Кристофера II Вальдемару. Почуяв, что пахнет жареным, Герхард III стал планировать уход с датской политической арены, но реализовать свои красивые планы не успел, будучи убит при подавлении очередного крестьянского мятежа в Ютландии. Коронованному в 1340 году Вальдемару IV пришлось фактически создавать государство с нуля, и первое, что он сделал, – это начал выкупать заложенные своими предшественниками земли (для чего в том числе продал тевтонцам датские владения в Эстонии). То, что не удалось выкупить, было отобрано силой – особенно символично это вышло в 1346 году с самим Вордингборгом, служившем хольштейнцам штаб-квартирой. Вот тут уже можно было и потанцевать с фрейлинами: страна наконец вернулась из царства политической ночи, и Вальдемар IV получил от благодарных соотечественников прозвище «Аттердаг» (дословно с датского – «снова день»). Вордингборгский замок опять стал королевской резиденцией и к середине 1360-х достиг своего расцвета – протяженность его внешней стены на тот момент составляла около километра, а количество башен выросло до дюжины. Об этом периоде, очевидно, и идет речь в «Маленьком Туке».

К этому же времени относится и история с золотым гусем, тесно связанная с дальнейшей судьбой города. Упадок Дании позволил Ганзейскому союзу (см. главу про «Ночной колпак старого холостяка») расширить свое влияние в Скандинавии, и для возврата былых позиций в регионе Вальдемару IV нужно было потеснить ганзейцев. Делал он это весьма дерзко и показательно (как оказалось впоследствии, даже слишком): в числе прочего, датчане в 1361 году захватили и обложили данью важную ганзейскую торговую базу – город Висбю на острове Готланд. Но, продемонстрировав тем самым силу и пополнив казну, Вальдемар IV разбудил спящего медведя: ганзейцы отказались проглотить пилюлю и развернули против Дании военную кампанию. Поначалу датчанам сопутствовал успех: ганзейский флот из-за несогласованности действий участников выдвинулся недоукомпектованным и был разбит, после чего все в том же Вордингборге в 1365 году был подписан мирный договор. Тогда-то, по преданию, Вальдемар IV и заклеймил Ганзу «птичьим двором»[28] и водрузил на одну из башен Вордингборгского замка золотой флюгер в виде гуся (с тех пор эта башня так и называется – Гусиная, G?set?rnetИлл.4). Однако вскоре ганзейцы обросли союзниками и уже через четыре года взяли уверенный реванш – вплоть до того, что Вальдемару IV пришлось бежать из страны и делегировать подписание Штральзундского мира архиепископу Лундскому. Вордингборгу, как и ряду других датских прибрежных городов, в тот раз крепко досталось; по одной из версий (Андерсен вскользь упоминает ее в «Альбоме крестного»), ганзейцы, взяв замок штурмом, сняли золотого гуся с насиженного места и увезли в качестве трофея в Любек. По другой версии, гусь был снят шестьдесят лет спустя по приказу другого датского короля, продолжившего препирания с Ганзейской лигой и также потерпевшего поражение, – Эрика Померанского. Как бы там ни было, до 1871 года Гусиная башня простояла без своего талисмана. Зато сохранилась – в отличие от всех остальных.


Илл. 4

Вордингборг. Гусиная башня

Но вот настало утро, и, едва взошло солнце, город с королевским замком провалился, башни исчезли одна за другой, и под конец на холме осталась всего одна…

После того как в 1433 году все тот же Эрик Померанский перенес свою резиденцию в Копенгаген, Вордингборг начал постепенно угасать. За последующие два века замок обветшал настолько, что к 1660 году был признан непригодным для жилья, и в 1665 году его снесли, чтобы построить на том же месте дворец для принца Йоргена, сына Фредерика III. Избежала сноса только Гусиная башня (ее и имеет в виду Андерсен, говоря, что «осталась всего одна»), и то лишь потому, что иначе негде было бы держать тюрьму. Принц, однако, так и не приехал; до 1700 года дворец простоял без дела, затем использовался в качестве кавалерийских казарм, а спустя полвека повторил судьбу своего предшественника. Такие дела.

С того момента время в Вордингборге как будто остановилось. По официальной статистике, за период с 1672 по 1760 год прирост его населения составил двадцать девять человек: было семьсот тридцать шесть – стало семьсот шестьдесят пять. Век спустя Андерсен пишет в «Маленьком Туке», что в городе на тот момент не набиралось и двух тысяч жителей. Даже сейчас, когда там живет двенадцать тысяч человек, Вордингборг производит впечатление заброшенного – как, впрочем, и многие другие маленькие датские города. Я провел там два дня (оттуда было удобно добираться до пролива Грёнсунн, где работала паромщицей Мария Груббе из «Предков птичницы Греты») и за все это время встретил человек десять, включая портье в гостинице и двоих приветливых смуглых парней в привокзальной пиццерии. Музей автоматизирован, оба паба закрыты, по плавно извивающейся центральной улице – Альгеде (Algade) – ветер кружит что подвернется. Подворачивается мало, разве что ты сам.

Примерно десять минут по этой улице пешком от вокзала – и упираешься в коротко стриженый зеленый холм, окруженный цветущим (я про воду) рвом. На холме то тут, то там угадываются фрагменты крепостной стены и фундаментов прежних построек.Илл. 5 У насыпи через ров – высоченный флагшток с белым флагом Музея Зеландии, укрепленный от ветра подпорками из досок. Чуть поодаль слева (по ощущениям – в самом дальнем углу), в окружении цветущих вишен, – одинокая, непропорциональная, как будто не отсюда, кирпичная башня с конической крышей и тем самым золотым гусем на шпиле. Фрагменты музейной экспозиции на территории – в ржавых, но опрятных на вид грузовых контейнерах. Кое-где из земли торчат длинные железные балки, возможно, обозначая контуры былых зданий, но не очень убедительно. Все это напоминает выставку современного искусства: разумная деятельность налицо, трудозатраты поддаются оценке, но идея не просматривается. И только обойдя стену по периметру, поднявшись на башню и измерив внутренний двор собственными шагами, вдруг осознаешь пропорции и мысленно пририсовываешь к холму недостающий замок. И уже с замком в голове, довольный, идешь за ужином в ту самую пиццерию – больше некуда.


Илл. 5

Вордингборг. Руины замка

Они проехали лес и очутились в старинном городе Вордингборге. Это был большой оживленный город; на холме города возвышался королевский замок; в окнах высоких башен ярко светились огни. В замке шло веселье, пение и танцы. Король Вальдемар танцевал в кругу разодетых молодых фрейлин.

Оглавление книги


Генерация: 0.076. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз