Книга: Берлин: веселая столица, или От рейхстага до кебаба

Город чиновников и безработных?

Город чиновников и безработных?


«На часах десять утра! А у них перед каждым – по бокалу пива! Ты только подумай!»

Джонна, моя знакомая-американка, не переставала удивляться. Хотя Джонна уже несколько лет живет в Германии, она все еще никак не может привыкнуть к тому, что немецкий бизнесмен, ждущий в бизнес-зале аэропорта самолет, не прочь промочить горло пивом или вином в любое время суток. Где-то на периферии сознания я понимаю, что возмущение Джонны во многом продиктовано ее воспитанием.

«Я из очень консервативной семьи», – сказала она мне как-то, когда мы ехали по пустыне на границе Калифорнии и Невады.

«Консервативная» семья оказалась действительно консервативной: религиозные донельзя родители, воспитание в ситцевом платье и никакого алкоголя, даже на картинке.

Но даже мне, социализированному в подмосковном городке в 90-е годы, порой непонятны отношения немцев к алкоголю.

А отношения эти тесны и многосторонни. И речь не о том, что мало кто из немцев всерьез осуждает практику пропустить бокал-другой за обедом или ужином. Пиво в Германии вполне могут наливать даже на праздновании годовщины основания детского сада.

Если родители приходят на праздник с детьми, то дети получают свой яблочный сок, колу или «яблочный шорле» (смесь сока с газированной минеральной водой). А родители-то почему должны страдать без пива? Так что для немца совершенно нормально, если пиво или вино продается даже на детском празднике. Такое немыслимо не только в суперконсервативных американских штатах Юта или Невада, но даже и в России.

В любой более-менее приличной немецкой гостинице на завтраке обязательно стоит погруженная в ведерко со льдом бутылка игристого. Отдыхающим же надо как-то начинать день! Даже в эконом-классе немецкой Lufthansa пассажирам до сих пор предлагают по меньшей мере два вида вина и пиво. И это сейчас, когда все авиакомпании стараются экономить на всем, что только можно.

Продажа алкоголя разрешена в Германии с 16 лет (для некрепких напитков вплоть до вина) или с 18 лет (для напитков с высоким содержанием алкоголя – водки, виски, коньяков и так далее). Встреча профессора с группой студентов в пивной по случаю сдачи экзамена – старая традиция. Разумеется, счет оплачивает профессор, а встреча проводится в пивной, где профессора устраивали вечеринки еще в XIX веке.

Разумеется, не обходится без эксцессов. Регулярно немецкие СМИ с ужасом сообщают о моде среди подростков на «безлимитные вечеринки». Это когда посетители клуба платят лишь за вход, а в цену включено неограниченное количество любого алкоголя. То тут, то там в Германии очередной молодой немец оказывается в больнице в состоянии алкогольной комы.

Журналисты даже придумали для таких случаев название «кома-нажиралово» (Koma-Saufen). Впрочем, сложно сказать, действительно ли такие случаи характерны только для Германии или бывают и в других странах. В конце концов, немецкие газеты известны тем, что из любой национальной проблемы делают вселенскую беду.

Что действительно отмечают врачи – так это то, что подростки, стремясь получить больший эффект опьянения за меньшие деньги, все чаще экспериментируют со способами введения в организм алкоголя. И вместо традиционных, известных и русским рецептов быстрого опьянения (смешать водку с пивом и выпить в теплом виде на пустой желудок) демонстрируют куда более глубокие познания физиологии человека.

Например, девушки порой пропитывают гигиенические тампоны водкой и вводят во влагалище. Всосавшийся через слизистую алкоголь дает куда более сильный эффект. Юноши для тех же целей практикуют введение тампонов в анус. Врачи отмечают опасность таких экспериментов. Тут и ожоги слизистой, и неспособность молодого человека контролировать опьянение, и невозможность для организма сопротивляться отравлению с помощью естественной рвоты.

Впрочем, такие случаи редки. Но отлично подходят на первые полосы бульварных газет.

Чтобы остановить чрезмерное увлечение подростков алкоголем, власти вывешивают на улицах серии социальных плакатов. Типичный социальный плакат не призывает молодых людей отказаться от выпивки (да это было бы невозможным), но призывает соблюдать меру. Обычная тема плакатов – противопоставление веселой вечеринки с умеренным употреблением алкоголя с последствиями излишнего опьянения.

«Ты хочешь флиртовать с этой девушкой или захрапеть у нее на плече?» – спрашивает один плакат.

«Они перебрали, и вот последствия: первый провалит завтрашний экзамен, второй потеряет автомобильные права, а у третьей случится неожиданная беременность», – меланхолично расписывает судьбы пьяной троицы другой плакат.

Но это все темные стороны алкоголя, когда питье неумеренное, во вред здоровью. Светлая сторона тоже есть, и какая!

Не многие страны мира так комфортны для спокойного, умеренного употребления вкусных алкогольных напитков. Богатая винная карта есть в Германии практически в любом ресторане. Цены на отличное вино куда ниже, чем в соседней Франции. Для немца совершенно нормально выпить за обедом бокал вина и сесть за руль. В конце концов, все знают, что один бокал дает не больше 0,3 промилле, а это куда безопаснее, чем садиться за руль не выспавшимся или ехать по автобану, выясняя отношения с женой, сидящей на пассажирском сиденье. А раз вино пить можно – никто в здравом уме не будет злоупотреблять этим правом и перебирать.

Хотя, конечно, случаются исключения. Так, несколько лет назад только что избранная главой протестантской церкви Германии епископ Маргот Кэссманн попалась на том, что проехала на красный свет, будучи пьяной. Полицейские остановили епископа, проигнорировавшую сигнал светофора, и выяснили, что у нее в крови 1,5 промилле алкоголя. При нормальных условиях 1,5 промилле означают примерно бутылку выпитого вина.

Впрочем, Кэссманн не стала оправдываться, а сразу же ушла в отставку со всех постов, раскаявшись в содеянном. Неизвестно, перестала ли она пить вино после этого. Да и зачем бы ей переставать? Сам по себе факт употребления вина в Германии никого не возмущает, а проблемы случаются лишь у тех, кто нарушает при этом закон, например, садясь за руль пьяным.

В Берлине естественность алкоголизма, почти на бытовом уровне, ощущается, наверное, наиболее сильно по сравнению с любым другим городом Германии. Возможно, это связано с тем, что в Берлине показатель безработицы значительно выше по сравнению со всеми остальными немецкими регионами.

Если крупнейшими работодателями Берлина выступают органы власти, то крупнейшим приютом для безработных, несомненно, выступает берлинская подземка. Мало в каком поезде метро немецкой столицы можно ехать и не пересечься с ними. Типичный случай, когда на очередной станции двери вагона открываются, и в них входит очень скромный безработный, одетый достаточно опрятно, и, словно стыдясь своего присутствия в поезде, начинает предлагать пассажирам купить газету, издаваемую бездомными.

Кстати, «бездомными» берлинских бездомных называть не вполне правильно. В эту категорию попадают люди, у которых нет собственного жилья, но которые имеют, тем не менее, возможность ночевать в специальных приютах, оплачиваемых либо городом, либо частными благотворительными миссиями. Поскольку собственной крыши над головой у этих людей нет, они официально считаются бездомными, хотя и спят во вполне достойных условиях.

Вокруг бездомных существует целая индустрия фондов поддержки – как вполне серьезных, так и граничащих с мошенническими. К серьезным фондам относятся, например, немецкие «тафели» – организации, чьи активисты на добровольных основах объезжают супермаркеты и собирают продукты питания, чей срок годности вот-вот закончится. Чем более престижный супермаркет, тем меньше он готов терпеть на своих полках товары, которые уже нельзя будет продавать через неделю. Хотя технологии изготовления многих продуктов позволяют товару храниться еще много дней после окончания срока годности и оставаться пригодным для еды. Поэтому супермаркеты отдают такие продукты «тафелям», а сами экономят на утилизации.

«Тафели» отвозят эти товары в свои пункты раздачи и распределяют между безработными и бездомными. Причем отвозят на специальных машинах-холодильниках, потому что транспортировка продуктов питания даже с истекающим сроком годности на обычных машинах запрещена, ведь нарушается их технология хранения.

Сомнительные же фонды собирают многочисленные пожертвования, но тратят их совершенно непредсказуемым образом. Например, в 2012 году Берлин потряс скандал, когда выяснилось, что руководитель одного из таких фондов, занимавшихся якобы помощью бездомным, на собранные деньги покупал себе дорогие спортивные машины, в том числе Maserati.

Достаточно зайти в любую крупную станцию берлинского метро, чтобы увидеть, как выглядит повседневная жизнь берлинских бездомных. На станции «Хакишер Маркт» или на «Иннсбрукер Платц» группа бездомных со своим скарбом, сложенным в тележку из супермаркета, будет обсуждать текущие новости по-немецки, по-русски или по-турецки, прихлебывая водку из небольшой плоской бутылки. Социологи, изучающие жизнь берлинских бездомных, как-то говорили мне, что одним из центров жизни берлинских клошаров является станция «Ноллендорфплатц». Она идеально сочетает в себе несколько факторов, важных для бездомных: вентиляционные выходы с теплым воздухом, у которых можно греться; большой пассажиропоток, обеспечивающий приток милостыни; достаточное количество бутылок в урнах и круглосуточный супермаркет, в котором можно бутылки сдать. Это тоже Берлин, и он такой же живой, как и Берлин пятизвездочных гостиниц и мишленовских ресторанов.

Оглавление книги


Генерация: 0.383. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз