Книга: Золотой треугольник Петербурга. Конюшенные: улицы, площадь, мосты [Историко-архитектурный путеводитель]

Конюшенные мосты

Конюшенные мосты


Бepera Мойки около здания Придворных конюшен связывают чугунные мосты: Большой Конюшенный и так называемый Трехколенный, состоящий из двух мостов, – Театрального и Мало-Конюшенного, дополненного третьим – ложным – пролетом. Эти мосты сооружались на исходе 1820-х годов. Но у них, естественно, существовали деревянные предшественники, построенные намного раньше. Они обеспечивали столь нужную постоянную связь между густонаселенным Адмиралтейским островом и левобережьем Мойки, где в первой трети XVIII века сформировались участки Конюшенного двора и трассы Конюшенных улиц с приходами инославных церквей.

Первым был построен деревянный мост на месте Трехколенного. Он обозначен уже на планах Санкт-Петербурга 1716 и 1718 годов. Мост этот служил важным коммуникационным звеном. Он вел от восточных кварталов Адмиралтейского острова на левый берег Мьи (Мойки), где в 1711-1712 годах устроили летнюю резиденцию царицы Екатерины Алексеевны – деревянный дворец («Золотые хоромы») с садом (ныне территория Михайловского сада).


План Петербурга 1716-1717 гг. Фрагмент

Позднее, после того как Н.Ф. Гербель построил в 1720-1724 годах здание Придворных конюшен, с его западной стороны появился еще один деревянный мост через Мойку, в 1738 году получивший собственное имя – Конюшенный (впоследствии – Большой Конюшенный). Переправу навели в створе старейшего в городе Мошкова переулка, названного так по фамилии тамошнего домовладельца П.И. Мошкова, гофинтенданта при дворе Екатерины I. Одно время в состав этого проезда входил и Конюшенный переулок на противоположном берегу Мойки, который являлся как бы истоком Большой Конюшенной улицы.


Греческий мост через Мойку. Проект Х. фан Болоса. 1753 г.

Строительством и ремонтом мостов в Петербурге в 1720-1750-х годах руководил «шпичного и столярного дела мастер» Харман фан Болос (Болес). Он приехал из Голландии в 1713 году и проработал в северной столице полвека[5]. Больше всего мастер прославился сооружением шпилей Адмиралтейства, Петропавловского собора и других храмов. Трехпролетные и однопролетные мосты через малые реки и каналы фан Болос проектировал по голландскому типу: с разводной частью, которая раскрывалась с помощью рычагов-«журавлей», установленных на легких порталах. Строились также неразводные мосты простой балочной конструкции.


План Петербурга 1765–1773 гг. Фрагмент

В 1753 году фан Болос возвел неразводной Конюшенный (Греческий) мост у Мошкова переулка[6]. Деревянная трехпролетная конструкция этого сооружения имела арочную форму. Обшивка имитировала рустованную поверхность, наподобие каменной облицовки. Центральная арка была шире и выше боковых – для пропуска больших судов. Проезжую часть, выгнутую плавной дугой, ограждали ряды фигурных балясин.


Фесли. Мойка у Императорских конюшен. 1792 г.

С противоположной, восточной, стороны от здания Придворных конюшен ситуация изменилась после соединения Мойки с Екатерининским каналом. До конца XVIII века там находился деревянный мост через Мойку, запечатленный крупным планом на рисунке Фесли 1792 года[7]. Плоское мостовое полотно поддерживали два массивных речных устоя. Они представляли собой ряжевые конструкции: срубы в виде клетей, заполненных камнями и землей. Ограждение самого простого рисунка состояло из диагональных брусков, крест-накрест расположенных между стойками .


Мартынов А.Е. Мойка у Конюшенного ведомства. Фрагмент. 1809 г.

С названием этого моста произошла путаница. Его называли Малым Конюшенным (Мало-Конюшенным), а также Царицынским и Театральным – по Царицыну лугу и построенному на нем в 1770-х годах театру. Все эти имена позднее переносились на смежный мост через исток Екатерининского участка Мойки. По ее берегам вбивались шпунтовые сваи[8]. Согласно указу 1736 года, русло реки вновь углубили, обновили деревянные подпорные стенки.

Возведение каменных мостов и набережных началось в Петербурге с 1760-х годов. Для них использовался розовый финский гранит, доставлявшийся водным путем. Первый небольшой участок гранитного берега построили в 1762 году перед новым Зимним дворцом, воздвигнутым в 1754-1762 годах зодчим Ф.Б. Растрелли. Следом развернулись работы вдоль левого берега Невы «от Галерного двора до Литейного дома». На этом участке с 1763 по 1788 год были сооружены современные набережные Дворцовая, Английская и Кутузова. В 1760-х годах по линии Дворцовой набережной через малые протоки были перекинуты старейшие гранитные мосты.

Почти одновременно с гранитным фасадом Невы началась каменная облицовка рек и каналов в левобережной части города. Раньше других приступили к гранитной отделке протока, названного Екатерининским каналом. 17 мая 1764 года Екатерина II утвердила доклад генерал-фельдцейхмейстера А.Н. Вильбоа «Об очищении Глухой речки на пользу и украшение столицы». Надзор за работами поручили инженер-подполковнику В.И. Назимову, затем генерал-майору И.М. Голенищеву-Кутузову, генерал-майору И.Н. Борисову, а также военачальнику и инженеру Ф.В. Бауру (Бауэру). Для четкой организации действий проток поделили на пять участков. Первый, верхний участок уже в 1772 году «был совершенно отделан… »[9]Реконструкцию всего канала закончили в 1790 году.

В 1776 году на пересечении с Невским проспектом вместо старого деревянного возвели каменный Казанский мост.

Строительство этого однопролетного арочного сооружения вел И.М. Голенищев-Кутузов. (Мост расширен в 1805-1806 годах архитектором Л. Руска.) Парадное оформление основных протоков в центре Петербурга завершилось в 1798-1810 годах благоустройством Мойки.

Закованные в камень набережные обрели монументальное величие и вековую прочность. Берега рек превратились в творения зодчества. Вместе с тем в облицовке сохранена природная красота «дикого камня». Набережные как бы поднимают на подиумы строгие ряды зданий. По контрасту с простором Невы малые протоки привлекают камерным масштабом и сменой видовых картин, открывающихся за поворотами русла.

Гранитные набережные составляют уникальный, исключительный по размаху архитектурный ансамбль. Это – одно из чудес Петербурга. Аналогов ему нет в мире.

Мойка получила каменное обрамление позднее, чем Екатерининский канал и Фонтанка. Такая последовательность кажется несколько странной – ведь Мойка протекала вблизи императорских резиденций, обводя первоначальное парадное ядро Адмиралтейской стороны. Вероятно, руководил сооружением ее набережных военный инженер И.К. Герард. Ранее он завершил строительство складов Новой Голландии в нижнем течении реки, внеся коррективы в проекты С.И. Чевакинского и Ж.-Б. Валлен-Деламота. «Архитектор при Императорских водяных строениях»[10], главный архитектор Адмиралтейств-коллегии Иоганн Конрад (Иван Кондратьевич) Герард занимался устройством каналов, участвовал в возведении гранитных набережных Фонтанки и Стрелки Васильевского острова, а также в создании группы парковых объектов Царского Села. Вне границ Петербурга он вел работы по Ладожскому каналу, Таицкому водоводу, Вышневолоцкой водной системе.


Патерсен Б. Полицейский мост на Невском проспекте. После 1808 г.

Подпорные стенки берегов Мойки сложены из крупных блоков розового гранита. Своей мощью они производят впечатление «циклопической» кладки. Для большей устойчивости стенкам придан небольшой наклон. Великолепная обработка камня, незыблемая прочность облицовки свидетельствуют о высоком мастерстве строителей.

По общему типу эти сооружения родственны другим петербургским набережным эпохи классицизма. Но у них есть заметные отличия. Спуски к Мойке сделаны крутыми и узкими, они зрительно не разрывают сплошную ленту гранита. Подпорные стены представляют здесь ровную плоскость, в то время как на набережных Невы и Екатерининского канала по ним протянуты вверху полукруглые валики, наподобие карнизов. По сравнению с ограждениями этого канала и основной части Фонтанки, составленными из рядов простых контурных балясин между гранитными тумбами, чугунные решетки вдоль Мойки имеют более сложный, изысканный рисунок. Узорные звенья с фигурными стойками образованы из дугообразных элементов с четырехлистниками посередине. Нижняя полоса заполнена скрещенными прутьями, верхняя – цепочкой мелких колец. Решетки изготовили на Александровском чугунолитейном заводе.

Другое принципиальное отличие гидротехнического ансамбля Мойки в том, что здесь одновременно с устройством гранитных набережных началась замена деревянных мостов чугунными. Они стали первыми в Петербурге. А Мойка послужила своего рода полигоном для внедрения инженерно-технических новаций в мостостроении начала XIX века.

Эпоха металлических мостов началась в России в 1780-х годах. Впервые железные пешеходные мостики появились в Царском Селе. Затем, в 1793-1794 годах, построили два моста подобной конструкции в Таврическом саду (инженер К.И. Шпекле).

Следующий этап связан с использованием чугуна. Старейшие в Петербурге чугунные мосты, переброшенные через Мойку, создал в 1806-1810-х годах архитектор В.И. Гесте. Опираясь на предложение американского инженера Р. Фултона (его «систему» издали на русском языке в 1805 году), Гесте внедрил новаторскую конструкцию: единственный арочный пролет монтировался из пустотелых ящиков-кессонов, стянутых болтами. По сравнению с каменными мостами такие сооружения были более экономичными, легкими и пологими, удобными для проезда. Они привлекали внешним изяществом очертаний.

Вильям Гесте (Хести) приехал в Россию в 1784 году в числе шотландских мастеров, призванных на русскую службы их соотечественником, блестящим зодчим Чарльзом Камероном[11]. Расцвет творчества Гесте приходится на начало XIX века. Он занимался преобразованием Царского Села, составлял для городов Российской империи образцовые проекты планировки кварталов и фасады частных домов.

Строительство мостов нового типа – одна из главных заслуг этого крупного архитектора и градостроителя периода высокого классицизма. Первым из них был построен в 1806 году Зеленый (Полицейский) мост на пересечении Мойки с Невским проспектом. Сооружение его стало важной вехой в развитии отечественного мостостроения. Этот мост признали образцовым.

В 1807 году В.И. Гесте разработал на его основе несколько однотипных проектов для Мойки. В соответствии с ними в 1808-1818 годах возводились Красный, Синий и Поцелуев мосты. Все они впоследствии были реконструированы, но в общих чертах сохранили первоначальный облик. «Цветные» имена перешли к ним от прежних, деревянных мостов, которые окрашивались в разные цвета. (Второе название Зеленого моста – Полицейский – возникло потому, что рядом, на набережной, на месте дома № 42, находилось полицейское управление, с 1918 по 1998 год мост назывался Народным.)

Последний в этой серии проект Гесте относится к Мало-Конюшенному и Театральному мостам через Мойку и исток Екатерининского канала[12]. По конструктивному решению эти два моста аналогичны предшествующим сооружениям Гесте. Выступающие в русло береговые устои, облицованные гранитом, имели плавные вогнутые очертания. От их наклонных стенок как бы отталкивались пологие арки, собранные из чугунных ящиков-тюбингов. По краям устоев должны были стоять гранитные обелиски с шарами и фонарями – такие же, как сохранившиеся на Красном и Поцелуевом мостах.

Проект этот в 1819 году был принят к исполнению. На чугунолитейном заводе в Олонце заказали металлические части мостов[13]. Однако к строительству тогда так и не приступили. Возможно, это объяснялось тем, что как раз в то время проводилось коренное преобразование всей прилегающей территории на левом берегу Мойки, поглощавшее большие силы и средства.

В 1817-1823 годах зодчий В.П. Стасов перестроил здание Придворных конюшен, возведенное столетие назад Н.Ф. Гербелем. Следом, в 1819-1825 годах, по единому замыслу К.И. Росси создавался ансамбль Михайловского дворца с садом. Лишь через несколько лет после завершения этих широкомасштабных работ наступил черед постройки Конюшенных мостов через Мойку.

В 1820-1830-х годах в Петербурге работала целая плеяда крупных инженеров, участвовавших в мостостроении: А.А. Бетанкур, П.П. Базен, В. фон Треттер[14], Е.А. Адам, А.Д. Готман. Деятельность этих инженеров совпала с заключительной стадией классицистического зодчества – поздним ампиром. Бетанкур, а затем Базен возглавляли Комитет строений и гидравлических работ, учрежденный в 1816 году. Это было время высокого подъема градостроительства. Локальные задачи соотносились с совершенствованием облика всей столицы, «в применении к целому городу».

Мосты Большой Конюшенный, Мало-Конюшенный и Театральный сооружены в 1828-1830 годах по проектам Е.А. Адама и В. фон Треттера. Егор Андреевич Адам впоследствии построил Университетскую набережную, Демидов (совместно с П.П. Базеном) и Певческий мосты, расширил Синий мост. Немецкий инженер-архитектор и художник-литограф Вильгельм (Гийом) фон Треттер работал в России в 1814-1832 годах. Начинал помощником А.А. Бетанкура, по его плану наводил понтонный Исаакиевский мост через Неву, затем проектировал мосты на шоссе Петербург—Москва. Новым ярким явлением в петербургском строительстве стали висячие цепные мосты, сооруженные Треттером в 1823-1826 годах. Два транспортных моста через Фонтанку – Пантелеймоновский и Египетский – не сохранились. Три пешеходных – Почтамтский, Банковский и Львиный – остаются оригинальными приметами водных пейзажей города.

Авторы Конюшенных мостов в целом следовали конструктивной системе, разработанной В.И. Гесте. Более того, при строительстве использовались чугунные кессоны, заготовленные по его проекту для Мало-Конюшенного и Театрального мостов. Вместе с тем, Адам и фон Треттер внесли некоторые технические новшества и изменили архитектурные решения этих сооружений.

Над проектом Большого Конюшенного моста оба инженера работали самостоятельно. Это был своего рода конкурс предложений. В марте 1827 года по поручению главноуправляющего путями сообщения герцога Александра Вюртембергского свой вариант составил фон Треттер. Тем временем Главное управление путей сообщения и публичных зданий утвердило проект Адама. После этого Адам разработал еще несколько вариантов. В одном из них, по предложению петербургского заводчика Ч. Берда, предусматривалась замена блоков-кессонов несущими чугунными дугами. Однако в итоге предпочтение отдали проверенному типу пролетного строения, смонтированному из тюбингов[15].

Строительство моста под наблюдением Адама началось 1 апреля 1828 года. Одним из его помощников состоял инженер В.А. Христианович (сотрудник фон Треттера по сооружению Пантелеймоновского и Египетского мостов). Большой Конюшенный мост был открыт 6 декабря 1828 года.

В задании на его проект требовалось, чтобы он соединял «всю возможную прочность и всю возможную красивость… »[16]. То есть мост изначально рассматривался как произведение зодчества, как звено парадного архитектурного ансамбля центра столицы. Учитывалось его ответственное местоположение рядом с монументальным зданием Придворных конюшен.


Большой Конюшенный мост. Фото 1900-х гг.

Береговые устои, на деревянных ростверках и сваях, облицованы тесаными блоками гранита. Своими мягко закругленными формами они создают плавный переход от гранитных набережных к парящей над водой чугунной арке. Общая длина моста – около 29 м, пролет – 17,6, ширина между перилами – 11,6 м.

Сам Адам отмечал: «Быки составлены из старых камней от ломки набережных и остатков прежних работ по Суворовскому мосту (через Неву. – Б. К.), но был произведен подбор их по цвету и по высоте… Что касается до внешних узоров – карнизов, фризов, кронштейнов, решеток и пр., то справедливость требует, чтобы я засвидетельствовал… отличное искусство, с которым оные отлиты в казенном литейном заводе… »[17].


Большой Конюшенный мост. Решетка. Фото 2000-х гг.

В конструктивном отношении Большой Конюшенный мост продолжил серию родственных сооружений В.И. Гесте. Правда, здесь в плоскостях кессонов проделаны эллиптические отверстия, тем самым дополнительно облегчен свод пролета. Такое нововведение ранее опробовал П.П. Базен при постройке в 1824–1826 годах Первого Инженерного моста через Мойку у ее истока.

Архитектурное оформление Большого Конюшенного моста отличается от его чугунных предшественников большей насыщенностью и разнообразием. Это яркий образец художественного металла стиля ампир с его торжественностью и декоративностью. Фасадные плоскости пролетного строения покрыты барельефными деталями: листвой лавра, гирляндами, изображениями животных. Ажурные решетки, закрепленные легкими фигурными кронштейнами, составлены из частых стоек-дротиков и тройных венков с копьями. На темном фоне чугуна свергают крапины позолоты. При въездах на гранитных тумбах поставлены изящные торшеры с криволинейными опорами и сложнопрофилированными столбиками, несущими граненые фонари. В единстве конструкции, архитектурной формы и рельефного убранства проявилась тяга ампира к синтезу искусств.

Спустя более сто лет со времени постройки моста из-за возникших деформаций потребовалось усилить его пролетное строение. В 1935 году над чугунной аркой был уложен железобетонный свод (инженеры М.И. Жданов и А.Д. Саперштейн). В 1951 году по проекту видного архитектора-реставратора А.Л. Ротача восстановили частично утраченные торшеры с фонарями. Наконец в 1999 году архитектор В.Н. Воронова и инженер В.Н. Брудно выполнили реставрацию памятника. Первоначальный внешний облик моста дошел до нас без изменений.

Сразу вслед за Большим Конюшенным построили Мало-Конюшенный и Театральный чугунные мосты. Они связаны в единую симметричную композицию, образующую в плане образует подобие буквы «Y». Больший арочный пролет перекинут над Мойкой строго по оси канала Грибоедова. Два меньших расположены зеркально, под косым углом к первому, над истоком канала, один из них, закрытый подпорной стенкой, сделан глухим, «ложным». Все три пролета опираются на общий средний устой.

Это сооружение уникально. Мосты через две протоки настолько слиты вместе, что в обиходе их называют как один объект: Трехколенный, Тройной или Трехарочный мост. Такая оригинальная идея родилась не сразу. Она стала результатом долгих поисков, которые велись разными архитекторами и инженерами.

Как уже отмечалось, первый проект разработал в 1819 году В.И. Гесте. Он предполагал построить два отдельных чугунных моста: один через Мойку к левому берегу Екатерининского канала, другой – через канал у самого его истока. Таким образом, Гесте следовал сложившейся ситуации: именно так располагались прежние деревянные мосты.


Беггров К.П. Вид моста, построенного через Мойку и устье Екатеринского канала. 1828 г.

А.А. Бетанкур предложил изменить такую схему, придерживаясь общего плана территории архитектора А.Ф. Модюи, автора масштабных градостроительных проектов для Петербурга. Гесте приступил к составлению новых вариантов: двойного моста через Мойку с одним через канал и широкого единого моста, перекрывающего оба протока. Однако 29 мая 1819 года Александр I повторно утвердил план двух отдельных мостов[18].

Идею сооружения объединенного моста Комитет строений и гидравлических работ снова выдвигал в 1824 году. К проектированию привлекли архитектора Комитета городских строений Викентия Ивановича Беретти. Этот разносторонний зодчий много занимался устройством мостов и набережных, замощением улиц и одновременно вел строительство церквей, жилых зданий, складов, караульных и съезжих домов. Главные его произведения – усадьбы под Петербургом в Осиновой Роще и в Богословке на Неве. В 1837 году Беретти переехал в Киев, где возвел здания университета и института благородных девиц.


Иванов П.С. по рисунку Садовникова В.С. Трехарочный мост через Мойку и Екатерининский канал. 1830-е гг.

Беретти, а также Гесте представили новые проекты в 1827 году. Первый из них летом следующего года подготовил детальные чертежи.[19] Корректировкой его проекта занимался председатель Комитета строений и гидравлических работ П.П. Базен.

В архивных фондах Базена и Беретти «сохранились выполненные в 1827 году в Гидравлическом комитете проекты мостов, композиционно близкие к осуществленным. Нынешний Мало-Конюшенный мост располагался по оси Екатерининского канала, исток которого, повернутый к Марсову полю, перекрывался нынешним Театральным мостом. Чугунной арке последнего соответствовала ложная арка по другую сторону устоя. Эта единая композиция по художественной трактовке идентична Инженерному мосту № 1, и не оставляет сомнений, что их проектировал один и тот же человек»[20].

Автором Первого Инженерного моста и всего ансамбля гидротехнических сооружений у истока Мойки был Петр Петрович Базен. Выдающийся инженер и математик, получивший образование во Франции, он состоял на российской службе четверть века с 1810 года. Среди самых значительных сооружений Базена, возглавлявшего Институт Корпуса инженеров путей сообщения, следует упомянуть первый в России каменный эллинг в Новом Адмиралтействе, Шлиссельбургские шлюзы, Обводный канал, купол Троицкого Измайловского собора, а также проект защиты Петербурга от наводнений.

Между тем в том же 1827 году по заданию Управления путей сообщений альтернативный проект мостов на стыке Мойки и Екатерининского канала разрабатывал Е.А. Адам. Предложенные им варианты рассматривались в начале 1828 года. В одном из них планировались два самостоятельных сооружения, в другом – двойной мост с отводом истока канала вбок под косым углом[21].

Последний вариант был утвержден Николаем I. Но в начале 1829 года Адама направили на Русско-турецкую войну для наведения речных переправ, и его сменил В. фон Треттер. По сравнению с участием двух этих инженеров в создании Большого Конюшенного моста, теперь между ними произошла как бы обратная рокировка.

Фон Треттер подверг критике работу своего предшественника. Основными ее недостатками он считал малую ширину проезда и асимметричное расположение моста через канал, «чрез что и вид будет совершенно безобразный в сем квартале». Проекту Адама фон Треттер противопоставлял выполненный ранее Комитетом строений и гидравлических работ проект единого трехчастного моста, который в полтора раза шире, «гораздо удобнее и сверх того оный будет представлять украшение сего квартала»[22]. Взяв его за основу он составил окончательный вариант. В итоге сооружение приобрело достаточную ширину и строгую симметрию, ясную законченность и выверенные пропорции[23].

Как показали исследования Г.И. Лоханова, Д.Ю. Гузевича и И.Д. Гузевич[24], в создании оригинального проекта моста важная роль принадлежала указанному Комитету инженеру Базену и архитектору Беретти, а исходную идею выдвинул, вероятно, крупнейший инженер и градостроитель, главный директор путей сообщения Августин Августинович Бетанкур.

Возведение Трехарочного моста фон Треттер начал в мае 1829 года и закончил в следующем году. Металлические элементы изготовили на двух заводах с одинаковым названием – Александровский чугунолитейный – в Олонецке и в Петербурге. Незначительные переделки выполнил в 1831 году Адам, вернувшийся с театра военных действий. С фонарными столбами случился казус: из-за большой высоты они представляли опасность для фонарщиков, один из которых даже упал в воду. Пришлось установить новые торшеры меньшего размера.

Инженер-новатор, автор серии висячих мостов, фон Треттер придерживался здесь традиционной конструктивной системы. Это диктовалось всем предшествующим опытом строительства чугунных мостов через Мойку, которые слагались в целостный ансамбль. Арки собраны из типовых тюбингов – полых ящиков. Пролет над Мойкой равен 18,5 м, ширина Мало-Конюшенного и Театральных мостов —15,5 м.


Трехколенный мост. Фото 1910-х гг.


Трехколенный мост и дом Адамини. Фото 2016 г.

Исключительность Трехколенного моста заключается в его пространственно-планировочном решении. Переход через Мойку распахивается двумя симметричными крыльями, соединяя берега реки и канала. Образуется своего рода площадь над водой, обеспечивающая удобное сообщение в этой узловой точке городского плана. Мягкие очертания целостного сооружения, плавные изгибы и развороты пологих арок, отходящий под углом исток канала создают неповторимый образ. Эффект усилен тем, что мостовая площадь ориентирована на портик Дома Адамини, возведенного на углу Марсова поля и набережной Мойки в 1823-1827 годах архитектором Д.Ф. Адамини. Этот прекрасный памятник позднего классицизма замыкает перспективу прямого отрезка канала.


Трехколенный мост. Решетка. Фото 1900-х гг.

Ампирные детали Мало-Конюшенного и Театрального мостов отличаются от художественного убранства Большого Конюшенного моста. На стойках ограждения помещены горизонтальные пальметки и головы Медузы горгоны (популярные элементы петербургского ампира). Понизу решетки проходят пояса меандра типа «набегающая волна». К решетке с наружной стороны примыкают кронштейны волютообразной формы. Декоративное звучание усиливают золоченые детали. Боковые стороны арок декорированы пышной листвой, скручивающейся крупными завитками. Торшеры увенчаны круглыми чашами с шарообразными светильниками. Сужающиеся кверху столбики фонарей закреплены на сложных по рисунку базах. Они состоят из четырех криволинейных опор, которые оканчиваются бараньими головами. В просветах между опорами заключены розетки и сердцевидные фигуры.


Трехколенный мост. Фото 2000-х гг.

Оформление Трехколенного моста восстановлено в 1952-1953 годах по проекту А.Л. Ротача. Ранее, в 1936 году, проводился капитальный ремонт с заменой покрытия. Мост вновь реконструировали и реставрировали в 1990-х годах под руководством инженера Б.Н. Брудно. Полотно заново выложили тесаным камнем. После этого единый мост стал пешеходным. Движение транспорта перевели на расположенный рядом, выше по течению Мойки, Второй Садовый мост, сооруженный заново в 1966-1967 годах по проекту инженера Е.А. Болтуновой и архитектора Л.А. Носкова (отремонтирован в 1999 году). Эта мера должна помочь сохранению единственного в своем роде памятника мостостроительного искусства.

Между тем Трехколенный мост мог оказаться жертвой градостроительных начинаний второй половины XIX – начала XX века. К тому времени транспортное значение малых протоков заметно уменьшилось, а их воды утратили былую чистоту. Некоторые водоемы засыпались в целях благоустройства города, приращения новых территорий и прокладки улиц.

В 1869 году инженеры Н.И. Мюссар, А.Ф. Буров и архитектор Н.Л. Бенуа предложили засыпать Екатерининский канал и проложить на его месте проспект Императора Александра II с бульваром и линией конно-железной дороги. Проект был высочайше одобрен, но потом всё же отклонен Городской думой[25]. Идея вновь всплыла на рубеже столетий.

В 1895 году планировали по осушенному руслу протянуть трамвайные пути (предложение инженера Я.К. Ганнемана)[26]. Затем Городская дума вознамерилась организовать парадный проезд от Невского проспекта к храму Воскресения Христова, который возводился по проекту А.А. Парланда. Засыпку этой части канала признали невозможной и решили соорудить над ней сплошное железобетонное перекрытие. Проекты перекрытия разработали в 1901 году инженеры Н.А. Житкевич и Г.Г. Кривошеин[27], но их варианты не были приняты. Тем не менее вопрос о ликвидации верхнего отрезка канала мог показаться в тот момент уже решенным. Более того, Н.А. Житкевич считал целесообразным засыпать узкий Екатерининский канал от Мойки до Крюкова канала, разобрать верхние части набережных и мосты и устроить достаточно широкую улицу с трамвайным движением и парадным подходом к храму Воскресения. Осенью 1904 года он выступил с докладом о своем проекте, вызвавшем неоднозначную реакцию[28].

В дальнейшем возникали намерения использовать канал в качестве транзитной транспортной артерии. По его трассе хотели провести линию метрополитена. В частности, такие проекты выдвигали в 1909 году инженеры Г.А. Гиршсон и А.Н. Горчаков.


Разборка Перекрытия на канале Грибоедова. Фото 1926 г.

Попытки уничтожения канала – памятника градостроительства и гидротехники – лишний раз показывают, что задачи благоустройства и развития города вступали в конфликт с исторической средой центра Петербурга. Благие намерения вполне могли обернуться грубым вандализмом, который стер бы неповторимый колорит одного из самых привлекательных мест Северной столицы.

Все эти и другие подобные предложения остались на бумаге. Однако частичное перекрытие канала здесь все же состоялось в связи со строительством храма Воскресения Христова (Спаса на Крови). Архитектор А.А. Парланд считал необходимым навести широкий мост, чтобы храм возвышался не на узкой набережной, а как бы на продолжении Конюшенной площади, которую намечалось увеличить за счет сноса домов № 3 и 5 по Екатерининскому каналу.

В 1901 году инженер Н.Н. Митинский разработал проект моста шириной 170 м, но его отклонила Городская дума. Затем инженер Г.Г. Кривошеин и архитектор Р.Ф. Мельцер составили новый проект, также не реализованный[29]. В итоге к освящению храма в 1907 году открыли временный деревянный мост.


Ново-Конюшенный мост. Решетка. Фото 2000-х гг.

Это перекрытие простой балочной конструкции на раскосах достигало примерно 100-метровой ширины (по другим сведениям – 117 м). Оно служило просторной площадкой перед храмом, подводившей к обоим входам в церковь, с северной и южной сторон, и обеспечивало свободный круговой обход церкви. До 1917 года существовало наименование: мост Храма Воскресения Господня. В обиходе за ним закрепилось другое название: Перекрытие.

Непритязательное строение никак не соответствовало торжественно-величественному образу храма-мемориала, возведенного на месте смертельного ранения Александра II. Лишь отчасти утилитарный облик моста компенсировала изысканная решетка ограждения.

В 1920-х годах мост Перекрытие разобрали. Деревянный мост через канал соорудили заново к северу от храма Воскресения Христова, в створе Конюшенной площади. На него перенесли решетку Перекрытия. В 1954-1956 годах известняковые стенки канала, существовавшие между Мойкой и Итальянской улицей, заменили гранитными набережными.

Современный Ново-Конюшенный мост сооружен вместо деревянного в 1966-1967 годах по проекту инженеров Л.Н. Соболева и Ю.Л. Юркова и архитектора Л.А. Носкова. Однопролетная железобетонная конструкция была новым словом в мостостроении. «Опорная рама – в виде консолей, сопряженных несовершенным шарниром. Этот конструктивный прием в Ленинграде применен впервые и в дальнейшем многократно повторялся. Опоры образуют обратный свод»[30].

В перспективе канала строгий по формам железобетонный мост играет фоновую роль. Украшением его служит кованая решетка, составлявшая принадлежность старого Перекрытия. Она привлекает особым изяществом и утонченностью. Асимметричные звенья пронизаны круговым движением легких кривых линий. Упругие спиралевидные завитки дополнены малыми волнистыми отростками. Динамичность и свобода рисунка – характерные приемы стиля модерн. Декоративные мотивы мостового ограждения звучат приглушенным эхом эффектной ограды Михайловского сада с восточной стороны Спаса на Крови, сооруженной в 1903-1907 годах по проекту А. А. Парланда.

В 1975 году мосту присвоили имя И.И. Гриневицкого – революционера-террориста партии «Народная воля», который 1 марта 1881 года взрывом бомбы на набережной Екатерининского канала смертельно ранил Александра II и погиб сам. Когда же убийство императора перестали считать подвигом, то поменялось и название моста. В январе 1998 года мост Гриневицкого стал Ново-Конюшенным – по аналогии с Большим Конюшенным и Мало-Конюшенным. Так получил логичное завершение сложившийся здесь топонимический ансамбль, ведущий происхождение от старинных Придворных конюшен.

Оглавление книги


Генерация: 0.110. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз