Книга: Дом на хвосте паровоза. Путеводитель по Европе в сказках Андерсена

Гриндельвальд и Майринген

Гриндельвальд и Майринген

Гриндельвальд (Grindelwald)Илл. 1 пал жертвой массового туристического паломничества только во второй половине XIX века – маршруты популярных в XVII и XVIII веке европейских гран-туров обходили его стороной, а к началу XIX на континенте начались Наполеоновские войны, и всем временно стало не до туризма. Орудия, однако, отгремели, и к тому времени как раз вернулось эхо от прозвучавшей ранее песни муз: в конце XVIII века Альпам было посвящено столько произведений литературы и искусства, что оставалось только проложить туда дорогу, – и попробуй-ка не съезди на Бернское нагорье после пейзажей Франца Кёнига и Каспара Вольфа. Дорогу, правда, закончили только к 1872 году; к этому моменту все, кому было больше всех надо, включая Андерсена, успели сделать свое дело – окрестные вершины уже были покорены, «Дева льдов» написана, и можно было остепениться и спокойно запускать любителей комфорта. Однако финальный грибной дождь на поляне местного туризма прошел еще восемь лет спустя, когда до Гриндельвальда дотянули железнодорожную ветку – тогда-то и грянул «большой взрыв», не утихающий до сих пор: до 1888 года гостиниц в Гриндельвальде не было вообще, к 1913-му их стало более тридцати, а сейчас их там около трех сотен.


Илл. 1

Гриндельвальд

Заглянем-ка в Швейцарию, в эту дивную горную страну где по отвесным, как стены, скалам растут темные сосновые леса. Взберемся на ослепительные снежные склоны, опять спустимся в зеленые равнины, по которым торопливо протекают шумные речки и ручьи, словно боясь опоздать слиться с морем и исчезнуть.

Когда Андерсен в 1861 году писал о «массе иностранцев со всего света», он, конечно, и представить себе не мог, до чего все это дойдет. Теперь, когда к живописи и литературе присоединились фотография и кинематограф, а к железным дорогам – автомобили и авиация, мечта об Альпах стала куда более осязаемой и доступной практически всем и отовсюду. Окрестности Гриндельвальда неоднократно позировали Голливуду, да и не только ему. Хозяйка одного отеля в Майрингене (Meiringen), например, рассказывала мне историю о том, как к ним занесло съемочную группу из Индии: уж больно местный пейзаж подходил для идиллической сцены свадьбы главных героев после победы над злодеями. Фильм вскоре вышел на широкие индийские экраны и произвел в местном прокате настоящий фурор. «И где, как ты думаешь, все тамошние молодожены теперь проводят медовый месяц?!» – почти кричала хозяйка в конце истории, стуча кулаком по столу. Да, Гриндельвальд – тот самый случай, когда рай для визуала в туристический сезон становится настоящим адом для социофоба. Не говорите потом, что я не предупреждал.

Все путешественники, прибывающие в Гриндельвальд, делают это одним из трех способов (если они, конечно, не альпинисты): либо из Интерлакена (Interlaken) по долине реки Лючине (L?tschental) (это наиболее простой и массовый путь – там есть и автомобильная дорога, и железная), либо из Майрингена через перевал Гроссе Шайдегг (Grosse Scheidegg) (на автобусе или пешком), либо из Лаутербруннена (Lauterbrunnen) через перевал Кляйне Шайдегг (Kleine Scheidegg) (по горной железной дороге). На момент визита Андерсена железных дорог в той местности не было никаких, поэтому в «Деве льдов» упоминаются только первые два способа: те, кто «переходит высокие, покрытые снегом горы»,Илл.2 очевидно, идут пешком из Майрингена, а те, кто «является снизу, из глубоких долин», приезжают из Интерлакена. Сам Андерсен ехал через Интерлакен, этим же путем впоследствии ходил его герой, и им же до сих пор пользуется большинство людей. В этом варианте, кстати, несмотря на заезженность, тоже есть своя изюминка, особенно если добираться поездом. Дело в том, что из окон поезда можно смотреть только по сторонам, поэтому самого впечатляющего пейзажа не видно – он расположен впереди. А потом ты выходишь на перрон и буквально упираешься лбом в склон Эйгера. Без преувеличений – рот раскрывается сам.


Илл. 2

Вид на Веттерхорн со стороны Гриндельвальда

…В летнее время сюда наезжает масса иностранцев со всех концов света. Они переходят высокие, покрытые снегом горы, или являются снизу из глубоких долин, и тогда им приходится взбираться ввысь в продолжение нескольких часов.

Но самый правильный, на мой взгляд, способ попасть в Гриндельвальд – это все-таки через Майринген, то есть повторив путь дедушки главного героя. Андерсен опускает этот эпизод, но мельком оговаривается, что дед Руди по материнской линии, живший в Гриндельвальде, был родом из Майрингена, а самый короткий путь между этими двумя городами – через перевал Гроссе Шайдегг. Сейчас там проложена маркированная туристическая тропа, параллельно которой идет асфальтовая дорога; по ней ходят рейсовые автобусы, так что можно выбирать, какую часть маршрута пройти по-взрослому, а где сачкануть. Общая протяженность пути – примерно двадцать пять километров, то есть вроде бы в пределах дневного перехода, но есть один подвох: Майринген расположен на высоте примерно шестисот метров над уровнем моря, а высота перевала Гроссе Шайдегг – около двух тысяч, так что в первых пятнадцати километрах кроется почти полуторакилометровый подъем. Местные туристические ассоциации оценивают сложность маршрута как «выше среднего» и отводят на его прохождение около девяти часов, но поскольку дедушка – персонаж второстепенный, а первая половина пути нужна только для того, чтобы увидеть вторую, напрашивается небольшая оптимизация, совмещающая приятное с полезным.

Дело в том, что по удачному совпадению близ Майрингена находится еще и знаменитый Рейхенбахский водопад (Reichenbachf?lle), в котором добрый сэр Артур Конан Дойл через тридцать с лишним лет после написания Андерсеном «Девы льдов» решил утилизировать своего поднадоевшего героя. Затея, как мы знаем, не удалась, но осадочек остался, так что, отправляясь в Швейцарию, не грех заодно прочитать и «Последнее дело Холмса», благо маршруты героев Дойла и Андерсена во многом совпадают (Дойл тоже вел себя как форменный турист). К водопаду ходит фуникулер; его открывают 4 мая, в день ежегодного Фестиваля Шерлока Холмса[80], так что не вздумайте приехать раньше – и аттракцион пропустите, и до водопада придется карабкаться на своих двоих. Впрочем, приезжать раньше вторых майских праздников и сама Дева льдов не посоветует: снег на перевале Гроссе Шайдегг может лежать до июня, а мокрая лавина – это точно не то, о чем мечтаешь в самом начале сказочного пути. Поэтому перед поездкой обязательно проверьте состояние перевалов – открыт ли Гроссе Шайдегг, и работает ли там одноименная гостиница. Если да, то можно смело ехать, не рискуя упереться где-нибудь на полутора тысячах в табличку с черепом и костями и надписью: «Лавинное предупреждение». Обычно на момент открытия перевала на дворе уже далеко не май месяц, поэтому фуникулер до Рейхенбахского водопада работает вовсю. Поднимитесь на нем до водопада, найдите тот самый уступ (он помечен на склоне белой звездочкой), ужаснитесь литературному вымыслу (как можно выжить, упав в каменную мясорубку со ста двадцати метров?), а после этого догуляйте до Цвирги (Zwirgi) и сядьте там на автобус № 210[81]. Когда сойти, решайте по настроению, главное – не сделать это слишком поздно, а то все впечатление смажете: прекрасное не должно даваться чересчур легко. Хорошим компромиссом будет, например, Шварцвальдальп (Schwarzwaldalp) – оттуда до перевала километров пять.

Вид Гриндельвальдской долины с перевала Гроссе Шайдегг способен на некоторое время превратить впечатлительного человека в соляной столб. Специально для таких случаев при гостинице на перевале есть ресторанчик с открытой террасой, где можно с пользой для тела перевести дух и примириться с нереальностью пейзажа, перед тем как шагнуть ему навстречу. А шагнув, нужно обязательно иметь наготове андерсеновский текст – иначе рискуешь недооценить, насколько Андерсен все-таки правдив и точен в описаниях. Все как в аптеке: и заснеженные вершины, и темные сосновые леса на склонах, и ярко-зеленые, почти до прозрачности высвеченные солнцем луга, и даже картофельные огородики перед бурыми от времени деревянными шале.Илл.3

Единственное, что отличает пейзаж от сказочного, – это отсутствие двух ледников, описанных Андерсеном и являющихся кроме того важной сюжетообразующей деталью. Чтобы восстановить картину, приходится лезть в справочники – и тут выясняется интересное. К Гриндельвальдской долине действительно выходят два одноименных ледника – Верхний (Oberer Grindelwaldgletscher)Илл. 4 и Нижний (Unterer Grindelwaldgletscher). Сейчас их языки спрятаны высоко в горах (их хорошо видно со спутника), но так было не всегда: длина языков менялась – они то высовывались из ущелий в долину, то втягивались обратно. Так вот, максимальной длины, когда язык Нижнего ледника чуть не «слизнул» Гриндельвальд, они достигли в третьей, самой холодной фазе так называемого Малого ледникового периода, которая как раз захватывает первую половину XIX века, то есть времена Андерсена. Иными словами, хотите верьте, хотите нет, а «Дева льдов» появилась на свет вскоре после того, как был зафиксирован минимум среднегодовой температуры за последние две тысячи лет.


Илл. 3

Гриндельвальдская долина

В вышине над ними, на горных выступах виснут тяжелыми, плотными, дымчатыми занавесями облака, а внизу в долине, где разбросаны бесчисленные темные деревянные домики, еще светит солнце, и залитый его лучами зеленый клочок земли выделяется так ярко, что кажется почти прозрачным.

Как выглядели Гриндельвальдские ледники на момент написания «Девы льдов», хорошо видно на пейзажах вышеупомянутого Каспара Вольфа: язык Верхнего ледника тогда доходил до места, где сейчас стоит отель «Веттерхорн» (Hotel Wetterhorn), а язык Нижнего спускался до самого города. И тут мы подошли к еще одному способу попасть в Гриндельвальд – с южной стороны хребта, из долины Роны (Rhonental), но этот вариант уже не для изнеженных туристов. Сейчас сообщение между Гриндельвальдской долиной и долиной Роны осуществляется главным образом через Лёчбергский тоннель (L?tschberg-Basistunnel), который начинается в десятке километров южнее Шпица (Spietz) и выходит по ту сторону гор к Бригу (Brig); правда, до самого Шпица от Гриндельвальда еще добрых тридцать километров, но по нынешним временам это не проблема. При Андерсене, однако, этого тоннеля еще не было, и местные жители передвигались между долинами дедовским способом – пешком через горы. Ледники в этом деле были большим подспорьем: свешивавшийся до земли язык играл роль пандуса, по которому можно было подняться на ледник и идти по нему, как по дороге, до самого хребта; по ту сторону хребта простирался другой ледник, по которому можно было аналогичным образом спуститься вниз. Не самый безопасный способ (мать Руди погибла именно так – в каких-то десяти километрах от цели своего пути), но другого не было – оставалось уповать на сомнительную милость Девы льдов.


Илл. 4

Верхний Гриндельвальдский ледник

Солнце палит и внизу, в глубокой долине, и в вышине, где нагромождены тяжелые снежные массы; с годами они подтаивают и сплавляются в блестящие ледяные скалы или катящиеся лавины и громоздкие глетчеры. Два таких глетчера возвышаются в широком ущелье под Шрекхорном и Веттерхорном, близ горного городка Гриндельвальда.

Теоретически со стороны Гриндельвальдской долины «путеводную» роль мог играть любой из вышеупомянутых ледников, но на практике для перехода лучше всего годится Нижний: через него и путь выходит короче, и высотный профиль там более простой. Именно этот ледник Андерсен и называет «большим»: он действительно в два раза превосходит по площади своего собрата. Со стороны долины Роны формальных кандидатов тоже два: Алечский (Aletschgletscher) и Фишерский (Fieschergletcher) ледники, но путь через Алеч, во-первых, сложнее с точки зрения того же самого высотного профиля, а во-вторых, не подходит под андерсеновское описание. В тексте говорится, что отец Руди был почтальоном и неоднократно пересекал Симплонский перевал (Simplonpass) – это подсказывает, что он жил где-то в окрестностях Брига, ведь именно оттуда начинается Симплонская дорога, по которой доставлялась почта (к ее истории мы еще вернемся). Казалось бы, Алечский ледник нам и нужен, ведь он как раз выходит к Бригу – но тогда восьмилетний Руди, перебираясь с проводниками из Гриндельвальда к дяде в долину Роны, оказался бы в своем новом доме, едва спустившись с гор. Андерсен же утверждает, что когда они вступили в кантон Вале, к которому относится долина Роны, до дома Рудиного дяди было еще далеко, и это дает основания полагать, что спускались они все-таки по Фишерскому леднику и вышли в долину в районе Фиша (Fiesch), примерно в пятнадцати километрах северо-восточнее Брига. Итого получается порядка пятидесяти километров с подъемом до трех с половиной тысяч – воистину «большой переход для такого малыша». Сейчас по этому маршруту водят туристические группы, так что настоящие приключенцы могут в полной мере почувствовать себя на месте Руди, что, правда, требует подготовки, снаряжения, времени и доли здорового авантюризма. Если какого-то из этих компонентов вам недостает, можно просто «помочить ноги», взобравшись по одному из склонов ущелья Нижнего ледника до «того места, где глетчер уже отделился от каменистой почвы горы» или даже выше – скажем, до бывшего Мраморного карьера (Marmorbruch). Оттуда открывается отличный вид, во-первых, на Гриндельвальд, каким его видели андерсеновские герои во время своих горных переходов, а во-вторых, и на само «черное ущелье Гриндельвальдского глетчера», поскольку в примыкающей к городу части ущелья льда сейчас нет.

Ну а пока наши герои шагают вниз по течению Роны в сторону Брига, давайте-ка вернемся чуть назад и вспомним еще одно путешествие маленького Руди. Андерсен, как это часто бывает, упоминает его только вскользь, и совершенно напрасно – там впечатлений тоже на целую главу.

Оглавление книги


Генерация: 0.105. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз