Книга: Золотой треугольник Петербурга. Конюшенные: улицы, площадь, мосты [Историко-архитектурный путеводитель]

Немецкая церковь св. ап. Петра (Петрикирхе)

Немецкая церковь св. ап. Петра (Петрикирхе)

История этого уникального уголка имеет точную точку отсчета: 26 декабря 1727 года по указу императора Петра II было выделено место для немецкой лютеранской общины. «Кирха на першпективе» стала первой и крупнейшей из иноверческих церквей, сосредоточенных в этой части города. И это неслучайно. Выходцы из немецких земель – мастера и специалисты, ремесленники, купцы и дворяне – составляли самую многочисленную прослойку среди иноязычного населения Северной столицы.

Основание протестантской общины связано с именем видного деятеля петровского времени вице-адмирала Корнелиуса Крюйса. В 1708 году при доме Крюйса, располагавшемся в Немецкой слободе (на месте зданий Эрмитажа), построили деревянную кирху св. Петра. Там же вскоре открыли школу.

Спустя полтора десятка лет немецкая лютеранская община отделилась от протестантской. В 1728-1730 годах на участках между будущими Конюшенными улицами и Невским проспектом была возведена каменная евангелическо-лютеранская церковь. Закладка ее состоялась 29 июня 1728 года, в Петров день, а освящение – 14 июня 1730 года – в день празднования 200-летия Аугсбургского исповедания. Строительство кирхи имело не только религиозное, но также важнейшее политическое и градостроительное значение.

Немецкая церковь имела двойное посвящение: св. ап. Петру или свв. апп. Петру и Павлу. Первое из них соответствовало названию города, данному по имени апостола Петра. Это символизировало общегородское значение кирхи. Другое название, по аналогии с Петропавловским собором, главным православным храмом новой столицы, также подчеркивало первенствующее место Немецкой церкви в ряду инославных культовых сооружений Петербурга.

Одним из инициаторов и руководителем строительства кирхи был крупный государственный деятель, военный инженер граф Б.Х. Миних. Большую поддержку планам немецкой общины оказал вице-канцлер выдающийся дипломат А.И. Остерман. Между тем юный император Петр II в начале 1728 года переехал вместе с Двором и представительством в Москву. Петербург на короткий срок утратил положение столицы, что не помешало сооружению главной лютеранской церкви.

Особую роль в этом сыграл Бурхард Христофор Миних. Назначенный генерал-губернатором Санкт-Петербурга и соседних земель, он всячески содействовал тому, чтобы жизнь в городе не замирала. Однако местность вокруг строившейся церкви обезлюдела. Пастор Крейц, которому предстояло сюда переселиться, имел основания писать в 1730 году: «Опасаюсь недостатка в воде, злоумышленников, убийц, воров и разных превратностей, случающихся обыкновенно с теми, кто живет далеко от своих соседей»[112].

Миних считается автором проекта кирхи. Строитель Ладожского канала, завершавший сооружение укреплений Петропавловской крепости, вполне мог выступить и в качестве архитектора. Возможно, в проектировании принимал участие первый зодчий Петербурга Доминико (Доменико) Трезини. Он занимался общим планом участка размерами 50 на 100 саженей (106,5 х 213 м). Кроме церкви, здесь намечалось построить здания школы и пастората.


Здание первой лютеранской церкви св. Петра на Невском проспекте. Фасады и план. 1740-е гг.

Строительство кирхи завершил Иоганн Якоб (Иван Яковлевич) Шумахер – бывший помощник Н.Ф. Гер беля, много работавший под началом Б.Х. Миниха. В Петербурге он возвел здание Литейного двора и несколько храмов. Отделку церкви св. ап. Петра (Петрикирхе) Шумахер продолжал еще восемь лет после ее освящения. В 1737 году в ней был установлен орган, изготовленный в Митаве мастером И.Г. Иоахимом.

Церковь располагалась посередине участка, перпендикулярно Невскому проспекту. Она представляла собой базилику, вмешавшую до полутора тысяч молящихся. К проспекту здание было обращено главным южным фасадом. Структура и оформление кирхи носили яркие черты раннего петербургского барокко.

Внутреннее пространство делилось на три нефа рядами парных колонн, поддерживавших боковые галереи. На продольных фасадах выступало по три ризалита, придававших композиции объемность и пластичность. В них помещались лестницы, а два ризалита у алтарной части смыкались с полукруглой апсидой. Высокая крыша с переломом охватывала деревянный свод. Все фасады базилики были оформлены пилястрами большого ордера и фигурными наличниками окон.

Над парадным входом с южной стороны возвышалась трехъярусная башня-колокольня. Восьмигранная верхняя часть завершалась граненым куполом и фонариком. Каждый ярус башни был обработан пилястрами, а размеры ее проемов увеличены по сравнению с самой базиликой. Позднее на балконе устроили круговой балкон с балюстрадой, служивший смотровой площадкой.

Украшением церковного зала являлся пышный барочный алтарь. Иконы с изображением апостолов принадлежали кисти петербургского живописца швейцарца Г. Гзелля. Картина «Явление Христа ученикам» приписывалась знаменитому немецкому художнику XVI века Гансу Гольбейну.

Санкт-Петрикирхе стала первой высотной доминантой северной стороны Невского проспекта. Вскоре, в 1733-1737 годах, на другой его стороне возвели православную церковь Рождества Богородицы. Автором ее проекта считается М.Г. Земцов, строительство вел И.Я. Бланк. Трехнефный храм базиликального (зального) типа завершался мощным восьмигранным барабаном с куполом и высокой колокольней со шпилем. По общей схеме он походил на Петропавловский собор в крепости. (Церковь разобрали при строительстве Казанского собора.)


Церковь Рождества Богородицы. Чертеж. 1740-е гг.

Лютеранская и православная церкви составили пару ведущих вертикалей в этой части города. Они вступали в равноправный диалог. Оба храма воспринимались издали, возносясь над стелившейся по земле застройкой, а в перспективе Невского проспекта перекликались с башней Адмиралтейства.

Сооружение церкви св. ап. Петра положило начало формированию лютеранского квартала. В 1735 году перед ней построили два деревянных дома. В одном разместился причт (жилища пастора, кантора и других служителей), в другом – школа, преемница той, что была основана четверть века назад на участке К. Крюйса.


Общий вид ансамбля кирхи св. ап. Петра в 1750-х гг. Реконструкция В.В. Смирнова

Новые каменные двухэтажные здания для школы и причта были сооружены на Невской проспективной улице в 1747-1748-м и 1750-1752 годах архитектором И.Г. Кемпфом. Главные фасады в 15 оконных осей каждый имели по два ризалита с фронтонами. Важными элементами композиции служили пилястры и фигурные наличники. Симметричные угловые корпуса образовали своего рода пропилеи кирхи. Здесь впервые был использован композиционный прием, впоследствии повторенный при создании комплексов иноверческих храмов на Невском проспекте (ныне – дома № 32-34 и № 40-42) и других улицах. Между этими симметричными домами располагались ворота.

Вокруг церкви устроили внутриквартальную площадь затейливых криволинейных очертаний. От Конюшенных улиц ее отделяли только участки зелени (огороды?). Этот характерный для барокко многолепестковый план площади был впоследствии большей частью утрачен.

Кирху обновили в 1760 году. На исходе XVIII века подготовили проект сплошной застройки продольных сторон участка на Большой и Малой Конюшенных улицах. Тем же проектом намечалось изменить южный фасад церкви, присоединив к нему шестиколонный портик.


План Петербурга 1765-1773 гг. Фрагмент

Все упомянутые здания не дошли до наших дней. В начале XIX века встал вопрос о перестройке церкви св. ап. Петра. Видимо, это было связано с необходимостью расширения и технической реконструкции старого храма, а также с архаичностью его барочных форм на фоне уже полувекового господства классицизма. Одной из вершин этого стиля стал Казанский собор, воздвигнутый в 1801-1811 годах А.Н. Воронихиным на противоположной стороне Невского проспекта.

Сравнительно ранние проекты обновления церкви св. ап. Петра относятся к середине 1810-х годов. В конце следующего десятилетия обсуждалась дилемма: видоизменить прежний или возвести новый храм. Превратить кирху в величественное купольное сооружение в стиле ампир предлагал архитектор Д.Ф. Адамини[113], который ранее построил прекрасный дом на Мойке у Малого Конюшенного моста («Дом Адамини»).


План Петербурга 1828 г. Фрагмент

Еще один проект составил В.А. Глинка (откорректирован А.А. Михайловым и А.Е. Штаубертом).

В апреле 1830 года его утвердил Николай I. Однако работы по кирхе отложили – тем более что летом того же года на участке началось строительство новых трехэтажных домов на углах Невского проспекта и Конюшенных улицах.

Осенью 1832 года состоялся конкурс проектов здания кирхи. В нем участвовали А.П. Брюллов, П.П. Жако, А.Ф. Крих, Е.Ф. Паскаль и Е.Т. (Г.Р.) Цолликофер. Вариант А.Ф. Криха[114] необычен совмещением форм ампира с пологим «византийским» куполом, напоминающим знаменитый собор св. Софии в Константинополе (VI век).

Церковный совет выбрал три работы – Брюллова, Жака и Паскаля. Николай I отдал предпочтение первой из них. В июле 1833 года проект Брюллова был утвержден[115].


А.Ф. Крих. Конкурсный проект здания церкви св. ап. Петра. 1832 г.

Брюллов творчески использовал характерные приемы и элементы романской архитектуры, что вероятно, помогло ему одержать победу на конкурсе. Выбор исторических прототипов отвечал конфессиональной и национальной принадлежности кирхи. Облик здания вызывал ассоциации с германским средневековьем. Обращение к средневековью стало в те годы наиболее зримым воплощением нарождающегося романтизма и альтернативой классицизму. Брюллов присоединился к новому общеевропейскому направлению, одним из лидеров которого выступал крупнейший немецкий архитектор К.Ф. Шинкель.

Александр Павлович Брюллов, потомок выходцев их Пруссии, являлся представителем известной художественной династии. Окончив Академию художеств, он несколько лет провел за границей. В 1830 году вернулся в Петербург, был назначен архитектором Императорского двора, получил звания академика и профессора архитектуры. Воспитанник классицистической школы, Брюллов стал одним из основоположников историзма (эклектики) в отечественном зодчестве.

Первая его постройка – церковь св. Петра и Павла в Шуваловском парке (проект 1830 года, строительство – 1831-1839 годы) – выдержана в формах неоготики. Это сооружение отметил как пример улучшения вкуса молодой Н.В. Гоголь в программной статье «Об архитектуре нынешнего времени», содержавшей критику классицизма и романтическую декларацию свободного выбора разных исторических стилей.

Немецкая лютеранская церковь св. ап. Петра также принадлежит к ранним образцам романтического стилизаторства в России. Закладка ее произошла 8 августа 1833 года. Старую кирху полностью снесли. Надзор за строительством нового здания вел Е.Т. Цолликофер, состоявший архитектором немецкого прихода.

Церковь сооружалась на свайном основании с фундаментом из бутовой плиты. Кирпичные стены и своды дополнительно скреплялись железными связями. Четыре внутренних несущих пилона были сложены из гранитных блоков. Чугунные колонны трехъярусных галерей изготовили на заводе Ч. Берда.

Возведение церкви в основном закончили за три года. В 1836-1838 годах были выполнены отделочные работы, созданы скульптуры, рельефы и роспись. 31 октября 1838 года, в день Реформации, прошла торжественная церемония освящения храма.

Почти одновременно с постройкой Петрикирхе Брюллов осуществил наиболее значительные свои сооружения. Это Михайловский театр и Штаб гвардейского корпуса, дача Ю.П. Самойловой под Павловском и Пулковская обсерватория. Вместе с В.П. Стасовым он восстанавливал Зимний дворец после пожара 1837 года.

На первое десятилетие по возвращении из-за границы пришелся взлет творческой деятельности зодчего. Позднее в Петербурге по его проектам были построены Александрийская женская больница (улица Маяковского, 12) и жилые дома, перестроен служебный корпус Мраморного дворца. Романтик и рационалист, автор крупномасштабных и камерных сооружений, великолепный акварелист, выдающийся педагог и теоретик, он оставил богатое наследие. В течение сорока лет Брюллов преподавал в Академии художеств.

Церковь св. ап. Петра монументальна, статична и величественна. Она заняла место своей предшественницы посередине внутриквартальной площади. В то время окружавшие участок здания не превышали трех этажей, и доминирующая роль храма с двухбашенным главным фасадом была более явной.

Прямоугольное в плане трехнефное здание кирхи ориентировано перпендикулярно Невскому проспекту, куда обращено парадной стороной. Геометричность объемов и четкость членений, гладь светло охристых стен и строгие линии карнизов, лаконичность крупных форм и скупой декор свидетельствуют о близости внешнего облика церкви приемам классицизма. И все же в композиции сильнее звучат узнаваемые мотивы романской архитектуры.


А.П. Брюллов. Проект фасада церкви св. ап. Петра с фрагментами домов по Невскому проспекту. 1833 г.

Прежде всего, это относится к силуэту кирхи с двумя симметричными квадратными башнями. Тип фасада с парными башнями-колокольнями иногда встречался в церковном строительстве эпохи классицизма. Наиболее яркий пример – Троицкий собор Александро-Невской лавры, воздвигнутый по проекту И.Е. Старова в 1776-1790 годах. Однако формы башен Петрикирхе восходят к романским прототипам. Отсюда – их суровый романтический оттенок. Сходство подчеркивают узкие вытянутые проемы, дополненные щелевидными прорезями малых окошек.

Брюллов придавал особое значение объемам башен. В ходе проектирования он варьировал элементы декоративных наверший, пробовал даже вариант с наклонными стенами. Но в итоге остановился на самом простом и убедительном решении, придав башням чисто прямоугольные очертания.

В композицию главного фасада Брюллов включил и другие характерные атрибуты романского стиля: аркаду второго яруса и перспективный портал центрального входа. Все проемы получили полукруглые завершения, типичные для этого стиля.

Первоисточниками для петербургской кирхи могли послужить церкви Франции, Германии, Северной Италии (например, современники отмечали, что она выдержана в «чистом благородном ломбардском стиле»[116]). При этом Брюллов не воспроизводил исторические прототипы. Его произведение – вольная фантазия на темы Средневековья, обобщенный образ неороманского стиля.

Вместе с тем, замысел Брюллова сложился, очевидно, не без влияния новейших опытов К.Ф. Шинкеля. Выдающийся мастер классицизма и романтизма, Шинкель в 1820-х годах спроектировал несколько церквей в духе романики и готики. Одну из них – церковь в селении Штраупиц – Брюллов, скорее всего, мог взять за ориентир[117]. Родство двух сооружений заметно в двухбашенных композициях, арочных проемах, гигантских окнах на боковых фасадах, компактности прямоугольных планов, трехнефных структурах с продольными балконами.

Основной массив Петрикирхе представляет собой цельный блок – параллелепипед. Здесь нет трансепта и алтарного полукружия, традиционных для романских и готических церквей. Длина здания – 57 м, ширина – 30 м.

Боковые стороны петербургского храма раскрыты, как и у церкви в Штраупице, тремя высокими застекленными арками. Каждая арка включает четыре яруса тройных окон. В простенках Брюллов ввел уплощенные контрфорсы. Еще одну особенность его сооружения составлял пониженный прямоугольный объем за алтарем, где находились служебные помещения. Это единственная часть здания, которая выпадала из общего «стиля круглых арок», как его называли в Германии (надстроена двумя этажами в 1960-х годах).

В композиции главного фасада важное место занимает монументальная скульптура. Особенно приметна и значима в его силуэте крупная фигура коленопреклоненнего ангела с крестом, установленная на аттике между башнями. Она изваяна из песчаника скульптором И. Германом. Над лоджией-аркадой помещены лепные горельефы – изображения четырех евангелистов работы Т.Н. Жака.

Главные смысловые образы храма – статуи апостолов Петра и Павла – поставлены перед центральным входом, около крыльца. Скульптуры были заказаны итальянскому мастеру А. Трискорни, однако, возможно они выполнялись в другой итальянской мастерской, по оригиналам знаменитого датского скульптура Б. Торвальдсена[118], созданным в 1821 году для собора в Копенгагене. Статуи высечены из каррарского мрамора, пьедесталы – из гранита рапакиви. По масштабу они невелики и соотнесены с пространством двора.

Интересными, но сильно поврежденными деталями главного фасада остаются часы на обеих башнях. Квадратные орнаментированные циферблаты делали их в прошлом более приметными. Правда, цифровая разметка и механизмы часов давно утрачены, и время здесь словно остановилось.

Несмотря на неороманские черты, церковь св. ап. Петра не диссонировала с классицистическим окружением. Брюллов органично соединил в этом сооружении приемы позднего классицизма и раннего историзма. Стилевая двойственность дала двойной результат: позволила включить кирху в сложившийся ансамбль Невского проспекта и в то же время привнесла в него сильную романтическую ноту.


Церковь св. ап. Петра. Вид с Невского проспекта. Фото 1900-е гг.

В интерьере церкви аллюзии на средневековую архитектуру сочетались с рационалистическими новациями. Брюллов изначально избрал схему трехнефного зала с балконами-эмпорами в боковых нефах. Но стилистическое и конструктивное решение интерьера определилось не сразу. В раннем варианте проекта показаны двухъярусные колоннады классических ордеров и плоское перекрытие. Осуществлена была иная структура: крестовые своды, поддерживаемые посередине четырьмя гранитными пилонами, и трехуровневые деревянные балконы-эмпоры, опиравшиеся на тонкие чугунные колонны. Продольные стены раскрыты на максимальную высоту группами окон, объединенных в большие арки.

В целом такая структура близка упомянутому сооружению Шинкеля. Но интерьер Брюллова отличался большей легкостью, насыщенностью и изяществом форм.

Несущие пилоны декорированы пучками вытянутых, бегущих вверх колонок, от которых расходятся нервюры крестовых сводов. Возникает ощущение стремительного взлета, напоминающего о готике. Воздушные конструкции эмпор разительно отличались от массивности романских галерей. Грациозность чугунных колонн демонстрировала выразительные возможности металла. Более того: колонны и балки «образовали пространственную систему которую можно рассматривать как прототип многоярусного каркаса»[119].

Внутреннее пространство церкви производило сильное впечатление. Художник и искусствовед Александр Бенуа, видевший ее интерьер в юности, писал в своих воспоминаниях: «О, как мне понравилась та изящная архитектура, которая была создана Александром Брюлловым в 30-х годах… Какая это затейливая и сколь оригинальная постройка, в которой круглые своды покоятся на тоненьких высоких колонках! Сколько во всем воздуха, какие эффекты перспективы и рефлексов»[120].

В характере церковного зала отразилось новаторское понимание творческого метода, которое сам Брюллов выразил в чеканных афоризмах. «Архитектура есть прежде всего искусство распределять и комбинировать пространство», – говорил он своим ученикам. Внутренняя организация здания была для него определяющей: «В плане мы ходим, в разрезе дышим и живем»[121].

Интерьер Петрикирхе расписал в светлых тонах по эскизам Александра Брюллова художник И. Дроллингер. Деревянную кафедру и раму алтарного образа вырезал П. Крейтан. Сам образ на сюжет Распятия написал Карл Брюллов, брат архитектора. В 1822 году они вместе отравились в многолетнюю пенсионерскую поездку за границу. В Италии К.П. Брюллов создал прославившую его картину «Последний день Помпеи» (закончена в 1833 году).

Композиция «Распятия» была вкомпонована в форму арки, вторившую архитектурным очертаниям интерьера кирхи. Фигура Христа высвечена над группой предстоящих.


Интерьер церкви св. ап. Петра с катафалком прусского короля Фридриха-Вильгельма III. Литография. 1870 г.


Интерьер церкви св. ап. Петра. Орган. Фото 1914 г.

Крупное полотно, помещенное в оптическом центре зала, приковывало внимание прихожан. (Теперь картина хранится в Государственном Русском музее.)

В 1840 году в кирхе смонтировали и освятили крупнейший орган работы немецкого мастера из Людвигсбурга Э.Ф. Валькера.

Оформление созданного А.П. Брюлловым церковного интерьера утрачено. Переделки в храме, производившиеся во второй половине XIX века, почти не затронули фасады. Открытую нишу центрального входа в 1851 году закрыли резными дверями. Они были сделаны по рисунку архитектора Я.К. Хофера (или Г.А. Боссе). В 1863 году на одну из башен подняли колокола, и она стала звонницей. Алтарная часть интерьера в 1860-х годах обогатилась группой расписных витражей.


М.Е. Месмахер. Проект новой отделки интерьера церкви св. ап. Петра. Поперечный разрез. 1895 г.

Еще в ходе строительства церкви св. ап. Петра в ее стенах появились трещины. В 1881 году здание обследовал видный инженер и зодчий Р.Б. Бернгард – директор Института гражданских инженеров, мастер промышленной архитектуры, специалист по строительной механике и технической реставрации церквей. По его указаниям стены и пилоны были стянуты в 1883 году железными связями. Кроме того, деревянные стропила заменили стальными раскосными фермами. За работами наблюдали архитекторы А.И. Кракау и И.А. Стефаниц.

Переделки в церкви св. ап. Петра производились петербургскими архитекторами немецкого происхождения. В их числе – крупнейший зодчий Петербурга конца XIX века Максимилиан Егорович Месмахер – директор Центрального училища технического рисования барона А.Л. Штиглица, создатель величественного здания музея при этом училище (1885-1896 годы). Обновление интерьера Петрикирхе, осуществленное в 1895-1897 годах, стало его последней работой в нашем городе. Причем автор отказался от оплаты своего труда.


Интерьер церкви св. ап. Петра. Фото 1900-х гг.

По рисункам и шаблонам Месмахера была создана новая роспись стен и сводов. Одновременно устроены два боковых входа, сооружены железные лестницы и деревянный балкон перед органом, установлены металлические переплеты окон и резные ограждения ярусов, проведено электрическое освещение. По свидетельству самого Месмахера, он обратился к «готизированному стилю с отзвуками ренессанса на примерах церквей Флоренции»[122]. Новая роспись преобразила пространство и архитектонику интерьера. Яркое полихромное убранство сгущалось у алтарной части. Крупные архитектурные формы дробились на геометрические элементы, заполненные орнаментом.

Такое оформление составляло антитезу задуманной Брюлловым сдержанной отделке. В нем наглядно проявилась свойственная поздней эклектики тяга к множественности и насыщенности декора. Пышность и богатство были тогда синонимами высокой художественности. Впрочем, от убранства Месмахера почти ничего не осталось. Представление о нем дают лишь чертежи архитектора и старые фотографии[123], а также единственная отреставрированная деталь: «готический» резной портал с полихромной росписью в главном вестибюле.

В советский период Петрикирхе, несмотря на притеснения, работала дольше других лютеранских церквей города. Но в конце 1937 года закрыли и ее. Имущество конфисковали, несколько картин передали в Русский музей и Эрмитаж. Позднее просторное помещение использовали под склад и овощехранилище. Здание все больше утрачивало отделку, получало повреждения и приходило в упадок.


Плавательный бассейн в здании церкви св. ап. Петра. Фото 1963 г.

В 1955 году Ленгорисполком принял неожиданное решение о приспособлении бывшей кирхи под плавательный трибуны для зрителей. Остатки балконов-эмпор пришлось разобрать. В зале сделали утепление и новое освещение. Пониженный объем с тыльной стороны здания надстроили двумя этажами. Бассейн принадлежал учебно-плавательной базе Балтийского морского пароходства.

В те, уже далекие времена принудительного атеизма подобная функция церковного здания не выглядела столь кощунственной. В храмах нередко размещались спортивные площадки. Но четверть века назад со случайным и губительным использованием памятника было покончено. С 1992 года кирха возвращена общине Немецкой евангелическо-лютеранской церкви России.

Средства на возрождение храма выделило Министерство внутренних дел Германии. В 1993-1997 годах осуществлен первый этап восстановительных работ. Руководили ими авторитетный немецкий реставратор Ф. Венцель и петербургский инженер И.А. Шарапан.

Из-за технических сложностей и финансовых ограничений реставраторам не удалось разобрать бетонную ванну бассейна – ее законсервировали, перекрыв временным полом. Трибуны тоже были сохранены. В зале установлены новые светильники и скамьи, из Германии привезли небольшой орган.

16 сентября 1997 года состоялось новое освящение церкви, получившей статус кафедрального собора Немецкой евангелистско-лютеранской общины.

Сегодня церковный интерьер предстает в оголенном и искаженном виде. Частично раскрыта его первоначальная структура. Но трибуны придают залу облик, далекий от подлинного. Современный пол поднят на четыре метра по сравнению с историческим. В результате пространство зала сжато снизу, его пропорции деформированы. Памятник нуждается в продолжении реставрации.

Возрожденная церковь св. ап. Петра стала важным очагом духовной и культурной жизни. Кроме церковных служб, в ней проходят концерты и фестивали, конференции и выставки. Храм вновь играет роль символа немецкого Петербурга.

Оглавление книги


Генерация: 0.062. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз