Книга: Исторические здания Петербурга [Прошлое и современность. Адреса и обитатели]

Дом П. Н. Демидова (Большая Морская ул., 43)

Дом П. Н. Демидова (Большая Морская ул., 43)

Знакомство со знаменитыми петербургскими домами мы продолжаем на Большой Морской улице, застроенной множеством достойных внимания зданий. В части улицы, расположенной за Исаакиевской площадью, стоит обратить внимание на особняк Демидовых (Б. Морская ул., 43), который интересен любителям архитектуры своими фасадом и интерьерами, а почитателям истории – насыщенным событиями прошлым, где одно только имя знаменитого промышленника Павла Николаевича Демидова достойно целой книги.

Первый каменный дом построен на этом участке в 1740-е гг. – одноэтажное здание на высоких подвалах с одиннадцатью окнами принадлежало петербургскому купцу Михаилу Панову (Панкову). Спустя некое время дом надстроили вторым этажом, а затем и третьим.

У Панова дом купила вдова Матрона Петрищева, которая сдала его в 1781 г. портного дела мастеру Иоганну Сиверсу. Для чего он снял особняк, не совсем понятно, возможно, для того, чтобы быть поближе к состоятельным клиентам. Сам Сиверс владел недвижимостью на Васильевском острове. В 1785 г. дом приобретает придворный ювелир Христиан Гебельт, приехавший из Саксонии. В России он открыл торговлю драгоценными камнями, а покупателем дома у вдовы стал потому, что владел соседним двухэтажным зданием (Б. Морская ул., 41). Ювелир оставался собственником обоих домов до 1802 г.


Особняк Демидова. Фото нач. ХХ в.

Новой хозяйкой здания стала баронесса Софья Ивановна Вельо, вдова придворного банкира Иосифа (Осипа Петровича) Вельо. Этот португальский торговец вином, полное имя которого Жозе Педру Селештину Вельо (Jos? Pedro Celestino Velho), в возрасте 25 лет приехал в Санкт-Петербург, где открыл Португальский торговый дом и начал поставлять в Россию вина, причем, что самое главное, мадеру. Кроме того, Вельо в ранге консула представлял в России и всех портах Балтийского моря королевский двор Португалии, для чего его возвели в дворянское достоинство. Судя по всему, торговля вином давала неплохие барыши, так что во время царствования императора Павла I предприимчивый португалец возглавил придворный банк «Контора придворных банкиров и комиссионеров Воута, Велио, Ралля и K°» (позднее – «Велио, Ралль и Роговиков»), став бароном. С этого времени он уже окончательно звался уже на русский манер Осипом Петровичем Вельо. Так к богатству прибавились новое имя и еще один дворянский титул.


Большая Морская ул., 43. Современное фото

О семействе Вельо вспоминал в своих мемуарах учитель и их родственник Людвиг-Вильгельм Теппер де Фергюсон: «По моем прибытии в Санкт-Петербург я был представлен к дому придворного банкира барона де Вельо, португальца. В этом человеке соединялись приятная внешность, дружеские манеры, веселость, откровенность и добродушие, которые привлекали людей и сделали его дом одним из самых приятных в городе. Его жена, молодая дама, награжденная всеми грациями, еще добавляла достоинств его персоне, и очарование этой пары, казалось, вызывало всеобщую зависть. Она была дочерью господина Северина, главы богатого торгового дома и самого выдающегося человека среди крупнейших коммерсантов».[58]

Все шло весьма успешно – еще в 1792 г. (неточно) Вельо женился на дочери богатого петербургского торговца Софье Ивановне Севериной, но в 1802 г., в возрасте 53 лет, О. П. Вельо неожиданно умер, оставив супругу с четырьмя детьми, недвижимостью и большим денежным состоянием. Судьба детей сложилась по-разному. Младшая, Жозефина, погибла в возрасте 18 лет, выпав из окна второго этажа. «Она была удивительное создание по красоте души, сердца и тела, – писал о Жозефине Вельо в одном из писем П. А. Плетнев. – Но Провидению не угодно было, чтобы она некогда принадлежала кому-нибудь из смертных. Теппер (он был воспитателем Жозефины. – А. Г.) поехал в Париж. Раз ее мать пошла погулять, Жозефина забыла перчатки свои. Они жили в верхнем этаже. Прибежавши в комнату, она выглянула в окно, чтобы посмотреть, не ушла ли уже мать ее на улицу. Перевесившись за окно, она упала оттуда и тут же умерла. Я и теперь не могу вспомнить о ней без сердечного трепета и участия».[59]

Сын банкира Иосиф (Осип Осипович) Вельо стал военным и дослужился до звания генерала от кавалерии. Старшая дочь Софья Осиповна вышла замуж за генерала А. М. Ребиндера. Она осталась отмеченной в истории русской царской фамилии любовной связью с императором Александром I, с которым встречалась в Баболовском парке Царского Села.

С семейством Вельо был знаком Александр Сергеевич Пушкин – они жили в Царском Селе, и поэт часто бывал у них в гостях.

И останешься с вопросомНа брегу замерзлых вод:Мамзель Шредер с красным носомМилых Вельо не ведет?

Интересно, что в числе владельцев дома упоминается мать Софьи Ивановны Вельо – Анна Вельгельмина Северина, урожденная Тиринг, вдова Иоганна-Арнольда (Ивана) Северина. И.-А. Северин тоже умер в 1802 г., так что в один год Софья Ивановна потеряла и мужа, и отца. Кроме матери у нее осталась сестра, вышедшая замуж за упомянутого уже Людвига-Вильгельма Теппера де Фергюсона, и два брата: Хенрик Готфрид (Андрей Иванович) и Питер Йоханн (Петр Иванович).

В 1824 г. Л.-В. Теппер непродолжительное время проживал в доме своей тещи, но в том же году он навсегда покинул Россию и уехал во Францию. Живя в России, Теппер бесплатно служил учителем музыки в Царскосельском лицее, преподавал музыку великим княжнам и наследнику престола, принимал участие в концертах Филармонического общества.

Среди арендаторов дома источники упоминают обер-прокурора Сената Петра Сергеевича Кайсарова. Выпускник Московского благородного пансиона, П. С. Кайсаров начинал в качестве военного, причем в 1805 г. при Аустерлице состоял в свите императора Александра I. С 1796 г. он стал печататься в различных периодических изданиях, где выступал как автор элегий, басен и переводов с немецкого языка. В 1802 г. из печати вышло несколько его комедий. В дальнейшем П. С. Кайсаров сделал неплохую карьеру правительственного чиновника, дослужившись до тайного советника, сенатора и камергера.

В 1829 г. дом купила Софья Александровна Эссен – супруга генерала от инфантерии Петра Кирилловича Эссена, через год назначенного санкт-петербургским военным генерал-губернатором. Именно у семьи Эссен в 1836 г. здание приобрел Павел Николаевич Демидов, заплатив 240 тыс. руб. Он, кстати, выкупил и соседний дом № 45.


П. Н. Демидов

Демидовы выдвинулись в купеческой среде в начале XVIII столетия, а основателем династии считается тульский оружейник Никита Демидович Антуфьев (Антюфьев), владевший мастерской и небольшим железоплавильным заводом. Этот его первый завод Демидову помог открыть Петр I, выделив участок земли в Малиновой Засеке под Тулой, причем добывать здесь руду мог только Никита Демидов.

По семейной легенде, судьбу Никиты изменила встреча с царем, но что достоверно известно, так то, что разбогател предприимчивый житель Тулы на казенных заказах, поставляя армии ружья. В 1702 г. Демидову власти передали Верхотуринские казенные заводы, а он, в свою очередь, обязался поставлять железо для государственных нужд. К заводам, как и полагается, приписали крепостных крестьян, которые превратились в крепостных рабочих – бесплатных рабов, чье положение было гораздо хуже, чем у крепостных крестьян. Выплатить казне полную стоимость заводов Демидов должен был за пять лет, но сделал это за три года.

К 1717 г. демидовские заводы сделались монополистами по поставке железа, пушек и якорей для Адмиралтейства, и к середине XVIII столетия Демидовы стали не только одной из богатейших семей в России, но и фактическими владельцами Урала. Демидов-старший получил личное дворянство в 1709 г., потомственное – в 1720 г. А в 1726 г. и сыновья Никиты Демидова – Акинфий, Григорий и Никита – получили от императрицы Екатерины I потомственное дворянство.

Павел Николаевич Демидов родился в 1798 г. в семье Николая Никитича Демидова и баронессы Елизаветы Александровны Строгановой. Со стороны отца он приходился внуком Акинфию Никитичу Демидову, а со стороны матери принадлежал к богатейшей семье сибирских купцов и промышленников, владевших городками и деревнями в Пермском крае.

Школьное образование П. Н. Демидов получил в престижном парижском Лицее Наполеона, а в возрасте 14 лет успел поучаствовать в Бородинском сражении, продолжив после окончания кампании карьеру военного в лейб-гвардии Драгунском и Кавалергардском полках. В 1826 г. Демидов уволился со службы в звании ротмистра, но делами заниматься не стал, а перешел на гражданскую государственную службу. В 1831 г. высочайшим указом император Николай I назначил его курским гражданским губернатором, и в этой должности П. Н. Демидов пробыл три года. Его супругой стала шведская баронесса Ева Аврора Шарлотта Шернваль, и в браке родился единственный ребенок – сын Павел, будущий единственный наследник княжеского титула Сан-Донато.


П. П. Демидов князь Сан-Донато

Павел Николаевич Демидов является учредителем знаменитой премии, которая вручалась ученым за достижения в науке. Демидовская премия учреждена в 1831 г., а первое награждение состоялось годом позже. Последний раз Демидовскую премию присудили в 1865 г. Ежегодно П. Н. Демидов выделял для этого 20 тыс. руб., а победителям вручались золотые медали. На конкурс, проходивший под эгидой Императорской Академии наук, допускались научные работы в таких науках, как филология, история, правоведение, география, геодезия, математика, физика, химия, экономика, астрономия, медицина, биология, технические науки, морские науки и военное дело. Первыми лауреатами Демидовской премии стали экономист Юлий Андреевич Гагемейстер и физик Магнус Георг фон Паукер. Последними золотой медалью наградили ученых Валерия Анатольевича Рубакова (за достижения в области физики) и Вячеслава Ивановича Молодина (археология). Среди лауреатов значатся адмиралы Ф. П. Литке и И. Ф. Крузенштерн, историк и издатель М. П. Погодин, немецкий физик М. Якоби, адмирал и полярный исследователь Ф. П. Врангель, хирург Н. И. Пирогов (трижды), военные историки генерал-фельдмаршал Д. А. Милютин и генерал-лейтенант М. И. Богданович, химик Д. И. Менделеев.

После Курска Павел Николаевич занялся обустройством в столице, для чего и купил два дома на Большой Морской улице. Естественно, здания он решил перестроить по моде тех лет и в соответствии со своими предпочтениями, для чего в 1836 г. нанял знаменитого французского архитектора Огюста Монферрана.

В доме после реконструкции изменились фасады и появились новые парадные залы, в том числе неповторимый Малахитовый зал, исполненный скульптором Паоло Андреа Трискорни из камня, добытого на уральских демидовских каменоломнях. Красивую барочную отделку получила столовая, декор в стиле Людовика XV – спальня.

После кончины Демидова в 1840 г. в возрасте 41 года его вдова вышла замуж за сына историка Карамзина, и в 1848–1850 гг. архитектор Г. А. Боссе провел в доме небольшие строительные работы. Андрей Николаевич Карамзин поселился здесь с Авророй Карловной.

В 1860-х гг. (и в начале XX столетия) дом Демидовых заняло итальянское посольство – Павел Павлович Демидов, владевший в это время особняком, сдал его в 1864 г. итальянскому правительству за 10 тыс. руб. ежегодной арендной платы. Со стороны королевства договор подписал чрезвычайный и полномочный посол маркиз Джоаккино Наполеоне Пеполи.


Светлейшая княгиня Н. Ф. Ливен

В 1874 г. П. П. Демидов продал дом, а покупателем недвижимости выступил тайный советник светлейший князь Павел Иванович (Пауль Йоханн Георг) Ливен. После его кончины в 1881 г. все имущество перешло светлейшей княгине Наталье Федоровне Ливен, внучке графа П. А. Палена.

Светлейшая княгиня была известна своей просветительской, благотворительной и религиозной деятельностью, в частности организацией в Санкт-Петербурге общины евангельских христиан – протестантского движения, близкого к баптистам. В своем доме Н. Ф. Ливен организовывала духовные беседы с единоверцами и встречи с проповедниками, которые проходили в Малахитовом зале.

При Ливенах произошла реконструкция систем отопления и водоснабжения дома, произведенная архитектором И. В. Штромом.


Особняк Демидова. Малахитовый зал. Нач. XX в.

Некоторое время в начале XX столетия дом Демидова пустовал, пока на него вновь не обратило внимание итальянское правительство, предложившее выкупить особняк, что и произошло в 1910 г. В доме вновь открылось итальянское посольство, просуществовавшее (с перерывом в 1917–1924 гг.) в виде консульства до 1957 г. В это время, а конкретно в 1920-е гг., дом Демидова лишился уникального Малахитового зала – итальянцы демонтировали малахит и вывезли его частями.

С 1957 г. особняк занимал институт «Гипростанок», а с 1995 по 2000-е гг. – банковское учреждение. Вначале в стенах демидовского особняка проектировали станкостроительные и инструментальные заводы, затем считали деньги.

Главный фасад дома Демидова в стиле необарокко выходит на Большую Морскую улицу. В свое время особняк стал одним из первых зданий Петербурга, где явно ощущается отход автора проекта от классицизма и использование барочных мотивов и элементов итальянского ренессанса – поэтажной обработки ордером. Рустованный первый этаж дома покрыт белым итальянским мрамором и украшен мраморными атлантами и кариатидами. Два пристенных фонтана из мрамора установлены в простенках между скульптурами. Их арочные проемы выполнены в виде створок раковин, а чаши фонтанов в виде больших ваз установлены в нижней части. Ранее в чашах находились скульптурные композиции, увенчанные фигурками путти.


Особняк Демидова. Фонтан

Над центральным окном второго этажа парящие Славы держат в руках картуш с гербом Итальянского королевства. Оконные проемы декорированы скульптурой и сложным сандриком с лепниной на консолях, автор скульптурного убранства здания – известный ваятель Т. Жак.

Проезд во двор организован в центральной части постройки – арка расположена между атлантами. Дворовые фасады здания решены максимально просто – стены покрыты штукатуркой и выкрашены. Первый этаж рустован.

При создании плана помещений дома Монферран использовал принцип кольцевой анфилады – парадные помещения окружают по периметру небольшой световой двор-колодец.

Как уже указывалось, особняк лишился главного своего украшения – Малахитового зала, а о его убранстве мы можем судить по фотографиям и описанию, приведенному в статье «Итальянское посольство» популярного журнала «Столица и усадьба» (№ 7 за 1914 г.): «Этот зал является образцом вкуса и роскоши в чистейшем стиле Людовика XV. Колонны, поддерживающие плафон и такие же вдоль стены, сделаны из целых кусков малахита и представляют собой очень большую ценность. Камин тоже малахитовый. В этом зале стоит трон. Трон короля всегда повернут спинкой к внутренности зала до приезда короля: это, между прочим, установившийся обычай во всех посольствах».


Особняк Демидова. Банкетный зал. Фото нач. ХХ в.

Здесь же есть описание другого парадного помещения: «Большая столовая для торжественных обедов в Флорентийском стиле. Плафон украшен превосходными писаными орнаментами. Оригинальный вид придает этой комнате освещение с потолка; вечером освещение электрическое, которое устроено так, что дает почти одинаковый эффект с дневным – лампы скрыты карнизом плафона. Стены украшены портретами старых мастеров – эти портреты представляют личную собственность посла».

Стены и потолок Парадной приемной украшали лепнина в стиле рококо и настенная живопись, а дополняли все это убранство большое зеркало с отделкой в том же стиле и металлическая люстра. На второй этаж владельцы дома и гости поднимались по широкой парадной мраморной лестнице с ажурной решеткой перил. Первый лестничный марш фланкировали парные мраморные колонны, стены дополняли пилястры и панно в полуциркульных нишах, изготовленные на фабрике Signa в Тоскане.

Интересно, что в декоративном убранстве интерьеров сохранились следы присутствия итальянского посольства в виде щита с крестом, увенчанного короной.

До нашего времени восстановлено убранство Парадной лестницы, холла второго этажа, Большой столовой во Флорентийском стиле и Банкетного зала, или «Salle des f?tes». К числу невосполнимых утрат можно отнести редкие виды паркета, украшавшего парадные залы дома П. Н. Демидова.

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги

Генерация: 0.091. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз