Книга: Исторические здания Петербурга [Прошлое и современность. Адреса и обитатели]

Дом И. Ф. Громова (Миллионная ул., 7/Дворцовая наб., 8)

Дом И. Ф. Громова (Миллионная ул., 7/Дворцовая наб., 8)

Многие из тех, кто гулял по Миллионной улице, обращали внимание на небольшой дом, на углу которого под эркером овальной формы установлена мраморная скульптурная композиция. Это – служебный флигель Кантемировского дворца, перестроенный в XIX столетии для известного петербургского лесопромышленника И. Ф. Громова.

История застройки этого участка относится еще к петровскому времени – здесь стоял дом Ипата Калиновича Муханова, представителя дворянского рода Мухановых, начинавшего военную службу денщиком царевича Петра Алексеевича и ставшего позднее одним из ближайших сподвижников царя-реформатора.

Первый представитель рода – Иван Муханов – происходил из татар и выдвинулся на русской службе при царе Иване IV Васильевиче. Его потомок, И. К. Муханов, родился в 1677 г. и довольно рано познакомился с царевичем Петром, успев побывать и солдатом Преображенского полка и учеником морского дела в Голландии, причем служил в Европе простым матросом. Вернувшись в Россию, Ипат Калинович начал службу офицером на одном из кораблей, но в 1705 г., участвуя в Северной войне, попал в шведский плен, где пробыл два года, вернулся в Россию в 1707 г. На Балтике И. К. Муханов командовал шнявой «Принцесса», участвовал в Гангутском сражении и после боя конвоировал захваченные шведские суда в Выборг. В 1715 г. получил звание «капитан-поручик», через три года его направили на корабль «Арондель», командуя которым, повысили в звании до капитана 3-го ранга. Трехмачтовый линейный корабль «Арондель» ввели в состав Балтийского флота в 1713 г., за год до этого его приобрел в Британии Ф. С. Салтыков. Экипаж корабля состоял из 350 матросов и офицеров, а для борьбы с неприятелем наготове стояли 50 пушек. Ипат Калинович командовал этим кораблем на протяжении двух лет.


Миллионная ул., 7/Дворцовая наб., 8. Современное фото

В семье Мухановых сохранялась легенда о споре Ипата Калиновича с царем. Однажды, находясь на корабле Муханова, государь начал отдавать распоряжения команде помимо командира. Ипат Калинович заметил царю: «Во всем ты умен, Петр Алексеевич, но дело морское я лучше тебя разумею, а потому не мешай мне». Государь согласился.[26]

В 1721 г. государь назначил И. К. Муханова командиром корабля «Астрахань» с повышением в звании до капитана 1-го ранга. Ипат Калинович принял новый парусный линейный корабль, спущенный на воду в Санкт-Петербурге в октябре 1720 г. Численность экипажа «Астрахани» достигала 470 человек, а вооружение состояло из 66 корабельных пушек. Но на этом корабле он прослужил всего один год, хотя в 1724 г. И. К. Муханов ненадолго вернулся к командованию «Астрахани».

В семейной хронике Мухановых сохранилось еще одно предание: «…раз Государь, обрадованный какою-то победою, спросил Муханова: „Чем мне подарить тебя на радости?“. Тот отвечал: „Я столько уже получил от тебя, Государь, что мне ничего не нужно, – думай о других“. Царь в это время одевался и, сняв сорочку, отдал ее Муханову на память».[27] О близости Муханова к царю говорит и тот факт, что Ипат Калинович был шафером на свадьбе Петра I.

Именно царь, в свою очередь, женил Ипата Калиновича на вдове стольника Н. А. Полянского Ирине Васильевне, урожденной Нестеровой. В этом браке детей не было, и после кончины супруги в 1713 г. Муханов женился во второй раз, его избранницей становится княжна Мария Ивановна Шаховская. Отец княжны Иван Иванович Шаховской отдал в качестве приданого три деревни. Новый брак оказался более удачен в отношении потомства – в семье родились дочь и два сына.


Д. К. Кантемир

Последнее воинское звание – контр-адмирал – И. К. Муханов получил с увольнением с военной службы по болезни в 1726 г. Говорили, что после известия о смерти государя Петра Алексеевича у И. К. Муханова случился удар, что и привело в итоге к отставке.

После кончины И. К. Муханова в 1729 г. в числе наследства значился и дом в Санкт-Петербурге на Миллионной улице, который, очевидно, тут же продали молдавскому господарю Димитрию Константиновичу Кантемиру, владевшему соседним участком со стороны Невы. В истории продажи участка Муханова есть ряд вопросов, и, в частности, о времени, когда этот участок продали. Точно неизвестно, занимался ли продажей сам владелец, или это сделали его наследники после кончины контр-адмирала. Ответ на это связано с другой исторической загадкой, точного ответа на которую пока тоже нет: о времени строительства Кантемировского дворца, занявшего в итоге большой участок от набережной Невы до Миллионной улицы.

Дворец для Кантемира строил архитектор Ф. Б. Растрелли, и это здание стало первой самостоятельной постройкой молодого архитектора в Санкт-Петербурге. Что же нам известно об обстоятельствах дела?

Бартоломео Франческо Растрелли родился в семье выдающегося скульптора Карло Растрелли и вместе с отцом приехал в Россию 23 марта 1716 г. Молодому человеку тогда исполнилось 16 лет, но сразу после приезда он начал трудиться в области архитектуры – начинающий зодчий участвовал в составлении генерального плана Стрельнинской мызы и изготавливал ее модель. Работал Растрелли-младший также на строительстве Меншиковского дворца в Санкт-Петербурге и дворцово-паркового ансамбля в Ораниенбауме.

Поэт и сатирик Антиох Кантемир дал следующую характеристику начинающему зодчему: «Граф Растрелли родом итальянец, в Российском государстве искуссный архитектор; за младостью возраста не столько в практике силен, как в вымыслах и чертежах. Инвенции его в украшении великолепны, вид здания его казист; одним словом, может увеселиться око в том, что он построит».[28]

С таким опытом Бартоломео приступил к проектированию и возведению дворца Д. К. Кантемира. То, что строительством занимался Ф. Б. Растрелли, подтверждено документально. В 1764 г. он указал этот дворец в числе своих работ: «Я построил в конце Миллионной улицы в Санкт-Петербурге большой дворец для его светлости, великого господаря Валахии, князя Молдавии, сенатора и кавалера ордена Св. Андрея».[29]


Антиох Кантемир

Для начала попробуем разобраться в датах постройки комплекса. В ряде источников указано, что к работам над дворцом Растрелли приступил в 1721 г., однако некоторые исследователи[30] считают, что Растрелли отсутствовал в России в 1719–1723 гг. и в 1725 г. Начинающий архитектор находился в Европе, где изучал архитектуру и другие науки. Документально эти поездки не подтверждены. Но запомним, что возможной датой начала строительства Кантемировского дворца можно считать и 1723 г.

На строительство Меншиковского дворца – здания, похожего по архитектуре и площади на дворец молдавского господаря, – строители потратили четыре года. Напомню, что дворец для светлейшего князя на Васильевском острове заложили в 1710 г. В 1714 г. он был вчерне готов, хотя внутренняя отделка продолжалась еще более десяти лет.

Следовательно, дворец Кантемира могли построить вчерне либо в 1724 г., либо в 1727 г. Здесь есть одна деталь: Димитрий Константинович Кантемир умер в 1723 г. и, по свидетельству современников, так и не увидел своего дворца в Санкт-Петербурге. Как видно, обе даты завершения строительства не выходят за указанный год кончины Кантемира.

Примерное время постройки мы установили – это промежуток между 1721–1724 гг. либо между 1723–1727 гг., крайняя дата постройки – 1727 г. – подтверждает, что участок на Миллионной улице был куплен у Муханова при его жизни, в 1721–1723 гг.

Сколько продолжалась отделка Кантемировского дворца, мы сказать не можем, но, вероятно, все работы завершились до начала 1730-х гг.

Кантемировский дворец со стороны Невы возвышался на три этажа, понижаясь до одного этажа в центральной части и возвышаясь до двух на Миллионной улице. Высокая в голландском стиле крыша отражала моду тех лет, как и отделка стен пилястрами. Оконные проемы второго этажа украшал килевидный наличник, окна первого этажа дополнял барочный криволинейный сандрик. Типичными для тех лет были наружные лестницы. Со стороны Миллионной улицы находилась высокая арка въезда во двор, парадным же, конечно, выступал фасад со стороны набережной. Здесь, по высокой наружной лестнице, гости попадали в вестибюль, над которым располагался большой двухсветный зал с лепниной, исполненной скульптором Карло Растрелли.

В итоге Кантемировский дворец достался наследникам молдавского господаря, а из четырех детей Кантемира здесь проживал младший сын, Антиох.

Дипломат и поэт-сатирик князь Антиох Димитриевич Кантемир родился в Турции, а в Россию попал в возрасте трех лет, после переезда семьи. Именно для Антиоха в 1826 г. наняли преподавателем русского языка известного русского поэта Василия Кирилловича Тредиаковского, который на несколько месяцев переехал в Кантемировский дворец. Антиох Кантемир оставался в Петербурге до 1731 г., когда, получив назначение посланником в Париж, покинул Россию.

Дворец оставался в собственности семьи Кантемиров до 1762 г., и все это время его помещения сдавались для проживания. В 1727 г. здесь некоторое время жил правитель Петербурга Бурхард Кристоф фон Миних, а в 1755 г. во дворец вселился князь Станислав Понятовский в качестве секретаря Английского посольства.

В 1762 г. Кантемировский дворец выкупила казна, и императрица Екатерина II передала его графу Алексею Петровичу Бестужеву-Рюмину, бывшему канцлеру, возвращенному в столицу из ссылки. Кроме дома, государыня одарила 70-летнего старика званием генерал-фельдмаршала, годовым содержанием в 20 тыс. руб. и должностью в Сенате, но граф в Кантемировском дворце прожил недолго, в 1766 г. он скончался.

Следующим владельцем участка выступил граф Павел Мартынович Скавронский, внучатый племянник императрицы Екатерины I, который то ли купил, то ли получил дворец в подарок от императрицы.

Был известен в высшем свете как заядлый меломан. Знаменитый русский мемуарист Филипп Филиппович Вигель в своих записках отмечал: «Он (Д. А. Гурьев. – А. Г.) случайно познакомился с одним молодым, женоподобным миллионером, графом Павлом Мартыновичем Скавронским, внуком родного брата Екатерины I, отправлявшимся за границу… Этот молодой Скавронский, как говорят, был великий чудак: никакая земля не нравилась ему, кроме Италии, всему предпочитал он музыку, сам сочинял какой-то ералаш, давал концерты, и слуги его не иначе имели дозволения говорить с ним как речитативами, как нараспев. Когда Скавронский воротился в Петербург, все молодые знатные девицы стали искать его руки, а он о женитьбе и слышать не хотел. Наконец, сам князь Потемкин пожелал выдать за него племянницу свою Энгельгардт, сестру графини Браницкой и княгини Голицыной».[31]

И действительно, в 1781 г. состоялось венчание графа и Екатерины Васильевны Энгельгардт, а поселились молодожены в Кантемировском дворце. Скваронский умер очень рано – в возрасте 36 лет, а его вдова спустя несколько лет вышла замуж за графа Джулио Ренато Литта-Висконти-Арезе, ставшего после принятии русского подданства Юлием Помпеевичем Литтой.

Кстати, для Екатерины Васильевны Энгельгардт-Скавронской-Литта дворец перестраивал архитектор Луиджи Руска.

Через несколько лет после смерти Екатерины Васильевны, последовавшей в 1829 г., граф Литта и остальные наследники продали часть дворца со стороны Невы вместе со всей обстановкой в казну за 400 тыс. руб. ассигнациями. По итогам купчей, в часть дворца въехало Министерство финансов России, а в части со стороны Миллионной улицы остался жить сам граф. Комплекс полностью перешел к министерству после кончины в 1829 г. Юлия Помпеевича. Кроме канцелярии и квартиры министра во дворце разместили и министерскую типографию.

До покупки дворца купцом Николаем Дмитриевичем Лоховицким в 1868 г. фасады здания Ф. Растрелли не менялись, но после этого приобретения был нанят архитектор Л. Ф. Фонтана, перестроивший здание. Зодчий, в частности, изменил фасад со стороны Миллионной улицы, построил дворовые корпуса и полностью переделал ряд интерьеров, изменив их в духе моды второй половины XIX столетия. С этого времени вместо дворца на участке соседствуют три отдельных здания – с фасадом по Дворцовой наб., 8, Мраморному пер., 1, и Миллионной ул., 7. Можно сказать, что процесс разделения единого ансамбля начался еще при графе Литте.

Еще большие изменения произошли после покупки дворца миллионером Ильей Федоровичем Громовым, хотя после реконструкции, проведенной архитектором К. К. Рахау в 1875–1877 гг., три здания вновь объединили в единый комплекс, что произошло на уровне внутренней планировки. Фасады при этом сохранили свои индивидуальные черты. В 1912 г. здесь провели последнее большое изменение, когда архитектор И. А. Фомин переделал интерьеры в доме со стороны набережной.

Фасад по Миллионной улице решен в стиле эклектики. Вход в здание устроен со стороны переулка – как было и в Кантемировском дворце, въезд во двор тоже сохранился на своем первоначальном месте, в центре здания. Первый этаж дома оформлен рустом и отделен тягой с фризом. Угловая часть скошена – на уровне второго этажа ее украшает аккуратный овальный эркер, декорированный колоннадами и фризами. Завершается эта часть дома полуциркульным фронтоном, который дополняет барельеф. Под эркером установлена скульптурная композиция с женскими фигурами, символизирующими плодородие, искусство и мореплавание, связанная общей тематикой с барельефом.


Кантемировский дворец (вид со стороны Невы). С грав. XVIII в.


Кантемировский дворец со стороны Невы. Современное фото

Второй эркер, но уже прямоугольный, находится над аркой въезда во двор – эта часть здания также имеет завершение в виде фронтона. Довольно нарядно обработаны окна второго этажа – наличник в виде пилястр, наружный подоконник, пространство под окном в виде балюстрады, замковый камень-маскарон и полуциркульный сандрик.


Скульптурная композиция с женскими фигурами

Завершается убранство фасада широким фризом с пальметтой, расположенным под венчающим карнизом.

Несколько иначе решена отделка фасада по Мраморному переулку. Здесь здание имеет на один этаж меньше, чем предыдущее, основной акцент сделан на полуциркульных окнах второго этажа центральной части, расположенной между боковыми ризалитами, окна дополняют балконы с металлическими решетками ограждения. Первый этаж дома имеет руст, отличающийся, однако, от руста соседнего здания. Нужно отметить, что некоторые элементы декора этого дома связаны своей архитектурой с подобными деталями соседнего строения – это и формы сандриков, и завершение углов, и использование декоративного фриза.

Совсем по-другому выглядит фасад со стороны набережной. Трехэтажная постройка с сильно выступающими боковыми ризалитами напоминает дворцовые здания. Расположение парадного входа в центре дома сохранилось со времен Кантемира. Эта часть дома на уровне второго и третьего этажей украшена пилястрами, барельефами и антаблементом с триглифами и фризом. Богато украшены оконные проемы с треугольными сандриками. Боковые ризалиты дополнены эркерами, консоли которых решены в виде атлантов, а большие полуциркульные окна украшены лепниной.

Во всех трех зданиях частично сохранились исторические интерьеры, созданные во второй половине XIX столетия в различных архитектурных стилях: рококо, барокко, готика и другие.

После И. Ф. Громова с 1882 г. участком владел предприниматель и промышленник Владимир Александрович Ратьков-Рожнов, служивший товарищем председателя Санкт-Петербургского окружного суда, а затем членом Санкт-Петербургской судебной палаты.

Ратьковы-Рожновы жили в здании со стороны Миллионной улицы и переулка до самой революции, а особняк на Дворцовой набережной они продали Министерству финансов, вновь разместившему здесь свою канцелярию и некоторые другие службы. В 1910-х гг. в здание въехало посольство Турции.

В советское время дом вновь разделили, но на две части. В здании со стороны Миллионной улицы расположился Институт культуры, а в особняке на набережной – Морской регистр.

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги

Генерация: 0.069. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз