Книга: Вокруг Кремля и Китай-Города

Эпилог

Эпилог

Фёдор I Иоаннович взошёл на престол взрослым человеком (ему было 27 лет), но – как и опасался отец – бремя правления оказалось ему не по силам. Ближайшим помощником царя стал его шурин Борис Годунов, сделавший прекрасную карьеру ещё при Иване Васильевиче. Как человек очень умный, Годунов старался не быть слишком уж на виду. Хотя он фактически правил страной, первое время делал это в качестве члена регентского совета из пяти человек, в который входили помимо него «главы пяти семейств» – всё тех же Бельских, Шуйских, Мстиславских… Но чтобы избавиться от лишних четверых, будущему царю Борису потребовалось не более года.

Из жён Ивана пережили его только две – Анна Колтовская и Мария Нагая.

Схимонахиню Дарию продержали двенадцать лет в одиночестве в подземной келье и выпустили оттуда лишь после смерти Ивана. Ей суждено было пережить супруга более чем на сорок лет, проведя их за монастырскими стенами.

Марию Нагую сослали в Углич. Этот город был дан в удел её сыну Дмитрию ещё покойным отцом. На момент его зачатия Иван Васильевич уже разменял шестой десяток, так что ребёнок родился не очень здоровым – впрочем, как и многие дети в последних поколениях Рюриковичей.

Дмитрий погиб в результате несчастного случая на девятом году жизни – при игре в ножички у него начался эпилептический припадок, мальчик забился в судорогах и зажатым в руке ножом поранил себе горло. Поползли слухи об убийстве, хотя смерть его никому не была нужна. Рождённый в не признанном церковью браке, Дмитрий считался не цесаревичем, а князем Углицким, и на престол претендовать не мог. Это в народе мальчика считали царевичем, не вдаваясь в толкование законов престолонаследования.

После его гибели в 1592 году Мария Нагая была пострижена в монахини под именем Марфа, а при воцарении Самозванца признала его своим сыном… впрочем, так же легко и отреклась после его смерти – но это было неизбежно: каждый раз ей делали «предложение, от которого невозможно отказаться».

Как бы то ни было, ни царя Фёдора, ни Бориса Годунова не беспокоили возможные притязания на престол со стороны малолетнего байстрюка. Уж скорее мог представлять опасность бывший «Государь великий князь Семион Бекбулатович». При жизни царя Фёдора он вёл себя тихо, да и при воцарении Годунова не искал никаких приключений, однако царь Борис отнял у него тверскую вотчину и сослал куда-то от греха подальше. Лжедмитрий приказал беднягу Симеона постричь в монахи, а Василий Шуйский старца Стефана и вовсе упёк на Соловки. Впрочем, старец их всех пережил.

Правление царя Бориса – это отдельная и трагическая история, двумя фразами её не рассказать. К тому же это время ещё не скоро наступит, поскольку зять Годунова Фёдор Иоаннович, проводя жизнь в посте и молитвах, царствовал почти четырнадцать лет.

От брака с Ириной Годуновой царь Фёдор имел единственного ребёнка – дочь Феодосию, прожившую девять месяцев. С её смертью пресеклась московская линия династии Рюриковичей.

Мельницы богов мелют медленно, но размалывают всё.

Прошло 68 лет с того дня, когда Соломония Сабурова выкрикнула своё проклятие, – но оно осуществилось.

Оглавление книги


Генерация: 0.059. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз