Книга: Суздаль. История. Легенды. Предания

Церкви Суздаля

Церкви Суздаля

На протяжении веков архитектурный ансамбль Суздаля складывался не вокруг кремля, как это обычно бывало в других городах, а вокруг разраставшихся и благоустраивавшихся монастырей. Каждый из них представлял собой крупный самостоятельный архитектурный центр, а рядом вырастали подмонастырские и посадские слободы с жилыми и хозяйственными постройками, жители которых занимались ремеслом или мелкой торговлей. Таким образом, Суздаль к XVIII веку имел как бы несколько центров, которые соперничали между собой, стараясь превзойти друг друга богатством и украшением своих сооружений.

При строительстве торгово-ремесленный, люд со своими вкусами и со своими, как оказалось, весьма значительными средствами, застроил пространство между кремлем и окраинами монастырского комплекса. Тесниться горожане не любили, поэтому и дома возводили не угол к углу, а посвободнее, с запасом огородной земли, чтобы в семье достаток был. И стали один за другим появляться дома — на вид вроде бы однотипные, но в то же время бесконечно разнообразные, благодаря неистощимой выдумке строителей.

Да и улицы горожане особо не прямили, хоть на это и был царский указ. Впоследствии, в 1788 году, императрица Екатерина II тоже повелела утвердить для Суздаля регулярный план, согласно которому городу должны были придать строгий, геометрически упорядоченный вид. Но и из этого мало что получилось, лишь на возвышенном левобережье была чуть отодвинута от реки и выпрямлена главная городская улица, по которой шла дорога из Владимира в Ростов.

При Петре I Суздальская епископия была упразднена, к тому же с XVII века ослабевает влияние церкви на искусство, в нем усиливаются светские начала, и в архитектуру начинает проникать дух жизнерадостной непринужденности. Каменное строительство, которое в Суздале продолжили купечество и горожане, развивает живописные традиции, сложившиеся уже в деревянном зодчестве; народные вкусы сказываются в многоцветности, красочности и праздничном изобилии декоративного убранства зданий.

В конце XVII века и в следующее столетие в городе было возведено почти все, что представляет не меньшую славу и гордость Суздаля, чем его древние памятники. Более тридцати каменных храмов (на месте прежних деревянных) построили богобоязненные посадские люди — оловянники, кузнецы, купцы, огородники и др. И возводя свои приходские храмы (холодные и теплые), они словно бы соревновались друг с другом. Повторяться горожане не любили, и поэтому каждая слобода старалась поставить храм лучше, чем у других. И хоть слободы, по словам краеведа А. Скворцова (заслуженного деятеля искусств России), "жили своей внутренней жизнью, характер имели почти общинный и со множеством забот справлялись всем миром. Для храмов отводили самое лучшее место в слободе, строили быстро и на совесть, стараясь не отставать от соседей. Поэтому и получались церкви не похожими друг на друга, во всем оставаясь оригинальными и самобытными — и в месте, на котором храм стоял, и в размерах, и в украшении, и даже башенки под церковными куполами были сложены каждая на свой лад, со своим рисунком кладки"…

Главные храмы города, сохранившиеся до нашего времени, были в основном построены в сравнительно недолгий период самостоятельной жизни Суздаля. Но кроме них повсюду — у древних валов и в тихом глухом переулке, на зеленых пригорках с полуразрушенными каменными лестницами и возле торговых рядов старой базарной площади — можно встретить маленькие одноглавые церковки с глухими выбеленными стенами, с двускатными, крытыми жестью кровлями и широкими окнами. Они больше похожи на жилые одноэтажные дома состоятельных горожан, а об их назначении напоминают только миниатюрные вытянутые главки и закругления алтарных апсид. Почти все эти церковки построены в XVIII веке суздальскими купцами и посадскими людьми.

Против Святых врат Свято-Покровского монастыря многочисленные гости Суздаля могут видеть Петропавловскую церковь, возведенную в 1694 году во имя святых апостолов Петра и Павла. Теперь она является памятником посадской архитектуры города, и в настоящее время в ней открыта выставка росписи по дереву. Среди ее экспонатов можно увидеть прекрасные памятники рельефной резьбы и росписи XVII века — Царские врата и уникальную Иорданскую сень XVII века. Последняя представляет собой деревянное сооружение в виде беседки, богато украшенное снаружи: ее устанавливали над прорубью на реке Каменке в праздник Крещения, а свое название она (и подобные ей) ведет от палестинской реки Иордан. Были подобные сени и в других городах, но до наших дней сохранился только суздальский памятник, поэтому он ценен вдвойне — и как единственный в своем роде образец русского церковного быта, и как замечательное художественное произведение, так как построили и расписали его мастера и крепостные Архиерейского дома и Свято-Покровского монастыря.

В 1712 году рядом с пятиглавой Петропавловской появилась небольшая одноглавая Никольская церковь, с которой в Суздале церкви начали строить парами — большую летнюю и поменьше зимнюю. В Никольской церкви царица Евдокия Лопухина устроила престол в память о своем сыне — царевиче Алексее.

Церковь во имя Козьмы и Дамиана располагается на Яруновой горе, на которой в языческие времена находилось капище бога Яруна — покровителя плодородного Суздальского края[92].

Святые мученики и чудотворцы Косма и Дамиан были родными братьями и жили в селении неподалеку от Рима.

Научившись врачебному искусству, они стали успешно исцелять всякие болезни, и во всем им содействовала благодать Божия.

Помимо благодати исцеления Косма и Дамиан помогали людям и щедрыми подаяниями. У них было богатство, собранное предками и доставшееся им от родителей. Они продали его, вырученные деньги раздавали нищим и нуждавшимся, кормили голодных, одевали нагих — всем оказывали милосердие и благодеяние. Жили братья Косма и Дамиан в III веке и только одной награды требовали от исцеляемых ими людей — веры в Иисуса Христа. Когда они занимались врачеванием, то всегда говорили: "Мы только возлагаем на вас руки и ничего не можем сделать собственной силой. Все совершает всемогущая сила единого истинного Бога и Господа Иисуса Христа. Если вы уверуете в Него и не усомнитесь, то немедленно сделаетесь здоровыми". На самых больных людей (и даже на животных) возлагали они руки свои, и те сразу же выздоравливали. Исцеляли братья всех бесплатно, ни от кого не беря никакого вознаграждения и платы, за что люди прозвали их "безмездными врачами" (бессребрениками). И вскоре братья не только в самом Риме, но и в окрестностях города и селениях, которые они обходили, многих обратили ко Спасителю. Во время гонений на христиан они не захотели скрываться, поэтому их схватили и предали жестоким истязаниям.

Вот во имя этих мучеников и был устроен в Суздале храм — на том месте, где речка Каменка делает заворот. Космодамианская церковь, отражающаяся в воде, в настоящее время — один из самых поэтичных ансамблей города. Построена она была в 1725 году на месте прежней деревянной. В суздальском зодчестве здания зимней и летней церквей и колокольни обычно располагались отдельно друг от друга. В Космодамианской церкви здание летнею храма (основное), примыкающая к нему зимняя церковь и поставленная между ними восьмигранная колокольня сливаются в единый живописный памятник архитектуры.

В память блестящей победы русских дружин над шведами в 1240 году святой благоверный князь Александр Невский повелел устроить в Суздале обитель и назвать ее Александровской. В древности обитель называлась Большой лаврой, и этому монастырю великие князья московские — Иоанн Данилович и сын его Иоанн II — жаловали многие вотчины. Здания в монастыре были деревянными, кроме каменного соборного храма, при котором была устроена теплая церковь. Во время одного из пожаров обе церкви были сильно повреждены, но по указу царя Федора Алексеевича их довольно быстро восстановили на средства двух других суздальских монастырей — Свято-Покровского и Спасо-Евфимиева.

Эти церкви тоже оказались непрочными, и в 1695 году при митрополите Суздальском и Юрьевском Иларионе на месте двух прежних церквей был отстроен новый храм во имя Вознесения Господня, с северной стороны которого был устроен придел. Храм возводили на средства царской казны, пожалованные царицей Натальей Кирилловной и сыном ее царевичем Петром I, а также на вклады других жертвователей. В 1774 году Александровский монастырь упразднили, а храм был обращен в приходскую церковь с двумя престолами: один — в честь Вознесения Господня, другой — в память мученика Александра Перского.

Таким образом, до наших дней от старинного Александровского девичьего монастыря ничего не сохранилось, и сейчас многочисленные посетители и туристы могут увидеть только то, что было построено в XVIII веке — главные ворога с надвратной башней, гордо взметнувшуюся в небо колокольню с шатровым куполом да небольшую Вознесенскую церковь. В преддверии придельного храма можно еще увидеть надписи на надгробиях двух суздальских княгинь — Марии и Агриппины.

В одном из своих писем граф М. Толстой приводит следующую историю княгини Агриппины, имя которой значится на одной из надгробных плит. Она была младшей из двух дочерей князя Ростислава Михайловича, который правил в Сербской Мачве, и Анны Беловны — королевны Венгерской. Около 1250 года, когда Агриппина выросла, родители выдали ее замуж за польского короля Лешка И Черного. После того как они прожили 15 лет, Агриппина объявила, что уходит в монастырь из-за неспособности мужа к чадорождению. Потом супруги примирились, и Агриппина была объявлена наследницей престола.

В 1275 году она овдовела и право на престол передала племяннику (сыну своей старшей сестры — чешскому королевичу Вячеславу Богемскому). Никаких дальнейших известий о судьбе Агриппины история не сохранила.

Гробницы суздальских княгинь находятся под полом, где в свое время была устроена усыпальница, и, по преданию, стояли они не на земле, а висели на цепях, прикрепленных к каменным столбам. В старину вход в усыпальницу вел снаружи, но потом его заделали.

Старинное предание рассказывает, что, когда Александровский монастырь был упразднен и теплый храм оказался велик для прихода, решено было пробить вход в усыпальницу, чтобы убрать гробницы. Но какая-то невидимая сила оттолкнула рабочих, и все осталось по-прежнему.

То же предание сообщает, что в Александровской девичьей обители подвизалась родная сестра преподобного Евфимия, а когда был устроен Свято-Покровский монастырь женский — стала его первой игумен ней.

В паперти холодной церкви сохранился надгробный камень, надпись на котором гласит: "Под сим камнем лежит тело служившего при сей церкви священноиерея Никиты Иванова, который родился в 1722 году марта 26 дня, а помре 1812 г. февраля 24 дня". Надпись на другой стороне камня сообщает, что служил он при церкви 70 лет, и далее следует эпитафия:

Жизнь долголетняя хвалы его венец,Он дни свои провел в молитве и пощенье.Чад добрых воспитал, быв нежный им отец,Всевышний, упокой его в Твоем селеньи.

В Воскресенской церкви, которая находится на базарной площади, хранится чудотворная икона Божией Матери. Ее написал благочестивый инок Иоаким, живший в XVII веке и подвизавшийся в Шартомском Николаевском монастыре. Написал после явления ему в сонном видении Пресвятой Богородицы — по тому образу, какой был в Казани. По велению Царицы Небесной он принес и поставил икону в Воскресенской церкви, после чего уже не захотел возвращаться в свою прежнюю обитель. Устроив небольшую хижину неподалеку от Воскресенской церкви, он жил в ней до самой смерти.

В 1728 году, копая ров под фундаментом теплого храма, строители нашли гроб его целым и невредимым. Тогдашний суздальский епископ Иоаким знал, по преданию, кто покоится в этом гробе, и потому приказал не трогать и не открывать его, оставить на том же месте. В церкви сохраняются рассказы о подвигах блаженного инока Иоакима и о чудесах, бывших от написанной им иконы.

О суздальских церквах следовало бы рассказывать в отдельной книге, здесь же мы рассказали только о нескольких из них. И отметим, что до Октябрьской революции их было в городе 32, а к концу 1926 года осталось лишь шесть действующих церквей. "Все другие, — как пишет в своем исследовании А.И. Аксенова, — хоть и числились на учете и под охраной музея, томились закрытыми, постепенно разрушаясь и умирая, чему способствовало и местное население. В декабре 1926 года комиссия Суздальского горсовета констатировала, что Успенская и Пятницкая церкви "представляют пустующие здания без стекол и оконных переплетов". Иконостасы уже разобраны в связи со сдачей для смыва позолоты. В таком состоянии находилось большинство обезлюдевших храмов".

В.И. Романовский считал, что разоряют храмы подростки из местных детских домов, потому что "всю металлическую утварь и крепеж можно было сдать в Госторг по цене 28 копеек за килограмм". После набега на Троицкую церковь он сообщал начальнику суздальского уголовного розыска: "В теплой церкви не осталось ни одной целой вещи и нет возможности установить, от каких предметов валяются отдельные части. Внутри холодной церкви произведен полный разгром всего имущества. Остался иконостас с ободранными иконами первого яруса, все остальное обращено в мелкий лом".

В первое десятилетие советской власти было уничтожено внутреннее убранство многих суздальских храмов, создававшееся веками. Так, в начале июля 1926 года администрация политизолятора ОГПУ возбудила "вопрос об использовании одного из церковных зданий для строительных надобностей". И первой для этих целей разобрали Афанасьевскую церковь, которая располагалась в кремле. В.И. Романовский в том году записывал: "Когда началась разборка Афанасьевской церкви, то многие почтенные граждане Суздаля горько жаловались и упрекали музей".

Полный разгром всего имущества был произведен и в теплой Богоявленской церкви: "Все паникадила, подсвечники, лампады и проч. разобраны на мелкие части, поломаны и расхищены; все отдельные иконы на стенах сброшены со своих мест и изуродованы… плащаница выброшена и изорвана, стеклянный футляр разбит, книги порваны". Богоявленская церковь была разграблена и еще раз — в конце апреля 1928 года: "Перебиты все стекла, в том числе на киотах с иконами".

Но церкви не могут стоять пустыми и заброшенными, если их крепкие и добротные здания можно использовать для нужд народного хозяйства молодого Советского государства.

И помещения архитектурных памятников русскою зодчества стали сдавать внаем за плату: в теплой Ильинской церкви разместилась красильня Суздальской трикотажной артели им. В.И. Ленина; в теплой Богоявленской церкви льнозавод устроил склад… Бесплатно была отдана теплая Смоленская церковь под клуб для Суздальского политизолятора, в алтаре холодной Смоленской церкви разместилась сначала кузница политизолятора ОГПУ, потом мельница на электроприводе, а когда политизолятор ОГПУ был закрыт — база заготскота…

Крестоникольскую церковь первоначально занимал спортивный клуб "КИМ", а позднее — база торга; в Лазаревском храме эта база торга устроила свой склад; в храме Казанской иконы Божией Матери размещался клуб, в церкви Петра и Павла — хлебозавод, Вознесенскую церковь Александровского монастыря еще до Великой Отечественной войны заняла артель металлистов (размещалась она там и после войны), и работники артели разжигали печи иконами… Но пришло время, и на защиту и спасение уникальных сокровищ Суздаля встали многие замечательные люди — подвижники и энтузиасты…

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги

Генерация: 0.113. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз