Книга: Шоссе Энтузиастов. Дорога великих свершений

Николоямская (Ульяновская)

Николоямская (Ульяновская)

Вряд ли в центре Москвы можно найти столь же скучную улицу, как отрезок Николоямской от Яузы до Садового кольца. Удивительно уныл и однообразен фронт ее застройки. Большую часть стоящих на улице домов составляют двухэтажные особняки середины XIX столетия, среди которых кое-где торчит пара более высоких доходных домов начала XX столетия и жилые 12-этажные башни, построенные в 60-х годах.

Но самое начало улицы выглядит торжественным и приветливым – благодаря крупному зданию Библиотеки иностранной литературы, открывающему фронт застройки левой стороны улицы.

Развернувшиеся в начале 60-х годов работы по сооружению гостиницы «Россия» и реставрации памятников древнерусского зодчества вокруг нее самым благоприятным образом сказались на судьбе этого уникального культурного учреждения. До той поры оно ютилось в многократно переделанных палатах бывшего Английского двора на улице Разина. Восстановление их в первоначальном виде требовало выселения библиотеки, и почти одновременно с утверждением задания на проектирование гостиницы Исполком Моссовета рассмотрел аналогичный документ для нового здания Всесоюзной библиотеки иностранной литературы. Его проектное задание было утверждено в 1958 году[44]. В 1959 году прошел согласование технический проект, разработанный архитекторами Д. Н. Чечулиным, Н. М. Молоковым, В. А. Ситновым, инженером Л. С. Межековой[45]. Строительство шло также синхронно с гостиницей, и новое здание библиотеки открылось в 1967 году. На угол Ульяновской улицы и набережной реки Яузы выходил четырехэтажный корпус с читальными залами, помещениями администрации. Высокий проезд в центре вел в уютный внутренний двор. С тыльной стороны его замыкает высокий объем книгохранилища. Сдержанный характер архитектуры комплекса как нельзя лучше отвечает его функциям и делает его вполне достойным места на оживленном перекрестке.


Вид на начало Николоямской улицы. Фото 1880-х гг.

Но дальше дело портится, по правой стороне один за другим стоят похожие друг на друга двухэтажные дома под № 8, 12, 14. Выстроены они в середине XIX века и, несмотря на милый налет старины, походят друг на друга своей удивительной безликостью. Несколько лучше выглядит дом № 11, строение 1, выделяющийся среди своих соседей необычными пилястрами. Они опираются на странные подобия кронштейнов, выпущенных из стены на уровне второго этажа, и украшены прихотливым лепным узором. Вероятно, столь затейливое убранство выстроенный в первой половине XIX века дом приобрел при надстройке третьим этажом в самом конце столетия. Интересны и скромные рельефы на античные темы, украшающие крылья здания.


Здание Библиотеки иностранной литературы. Архитекторы Д. Н. Чечулин, И. М. Молоков, В. А. Ситнов, инженер Л. С. Межекова. 1967 г.




Жилой дом № 11 по Николоямской улице. Деталь фасада

Некоторое разнообразие в ряды приземистых строений вносят тяжеловесные объемы доходных домов рубежа XIX–XX веков – № 13 и № 19 (1902 г., архитектор М. Е. Приемышев). Но рядом с последним стоит очередной двухэтажный домик (№ 19, строение 3), причем его верхний этаж деревянный.

Неожиданно в ряды скромных двухэтажных домиков правой стороны улицы вклинивается исключительно насыщенный декором фасад дома № 26. Сразу и не определишь время его создания. Лишь более внимательное рассмотрение позволяет установить, что прихотливые декоративные детальки – продукт нашей эпохи. Чувствуется, что архитектор Д. Бархин, соорудивший дом в 2002 году, пытался создать шедевр классического стиля, использовав для этой благой цели весь арсенал декоративных мотивов классицизма и барокко. Результат оказался печальным: «классический» фасад представляет собой бессистемное нагромождение каннелированных пилястр, кариатид, балюстрад, сандриков, которым попросту тесно на небольшой плоскости стены.

За очередным двухэтажным домом № 28 улица пересекается Садовым кольцом и проходит под длинной эстакадой. Она является элементом одной из первых в Москве крупных транспортных развязок, в состав которой входят также Высокояузский мост и тоннель под Таганской площадью. Комплекс сооружений позволил упорядочить движение на одном из сложнейших транспортных узлов Москвы. Удивительным был здешний рельеф. Круто поднимаясь вверх к югу от Яузы, Садовое кольцо затем резко ныряло вниз, к пересечению с Николоямской. А за этой «ямой» следовал новый крутой подъем – к Таганской площади. Был он настолько крутым, что троллейбусы далеко не всегда могли его осилить. Поэтому проложенный по Садовому кольцу троллейбусный маршрут Б долго оставался незамкнутым – в разрыве кольца лежала Таганская площадь. Она представляла собой центр «звезды», от которого в разные стороны исходило целых восемь лучей. Двигающиеся по ним транспортные потоки скрещивались, пересекались, создавая на площади невообразимую сумятицу. Наладить движение помог самый сложный для того времени комплекс транспортных сооружений. Его возвели в 1960–1963 годах. Высокояузский мост проектировал инженер С. И. Хейман, эстакаду – инженер З. В. Фрейдин. Архитектурное оформление выполнил К. П. Савельев.


Дом № 26 по Николоямской улице

За эстакадой застройка Николоямской становится и разнообразнее, и интереснее по своей архитектуре. Над этим отрезком улицы доминируют четыре восьмиэтажных односекционных дома (№ 39–43), которые на первый взгляд кажутся самыми обычными типовыми башнями. На самом же деле выстроенные в конце 50-х годов дома стали первенцами такого типа сооружений. Их проект, который в 1957 году разработали архитектор А. И. Пирогов и инженер А. В. Колесаев из 13-й магистральной мастерской Моспроекта, руководимой В. Бутузовым[46], более в Москве не повторялся. Проектировщики использовали поднимающийся к востоку рельеф для устройства в цокольных этажах домов подземных гаражей. Поставленные вдоль меридиана и выходящие на улицу углами дома образуют эффектный, запоминающийся четкий ритм вертикалей.

Некоторый интерес не с точки зрения архитектурных достоинств, а в качестве памятников истории городского хозяйства Москвы могут представлять еще два здания, стоящих по правой стороне улицы. Первое из них (№ 42) – городской училищный дом, выстроенный в 1884 году. Наши далекие предки-москвичи почему-то не считали нужным строить специальные здания для начальных и средних учебных заведений. Под гимназии и училища, как правило, приспосабливали особняки разорившихся аристократов (уничтожая при этом ценнейшую отделку интерьеров), а городские начальные училища вообще размещали в жалких избушках или просто в квартирах доходных домов. Традиция была нарушена лишь в 70-х годах XIX столетия, когда городская администрация начала строить для этих учебных заведений специальные здания. К числу первых относится и дом № 42 по Николоямской. Несмотря на то что проектировал его весьма известный в то время архитектор Д. Н. Чичагов, облик здания уныл и тускл. Ухудшила его и недавняя окраска в тошнотворный розовый цвет наружных стен, первоначально выполненных в темно-красном кирпиче, что придавало небольшой постройке определенную значительность и даже некоторый налет романтизма. Все же работа Чичагова заслуживает одобрения – хотя бы потому, что оказалась способной выполнять образовательные функции до наших дней. Сегодня в бывшем училищном доме работает музыкальная школа.


Городской училищный дом имени Н. Алексеева. Архитектор Д. Н. Чичагов. 1884 г.

Чуть далее, под № 54, – Рогожская полицейская и пожарная часть. Этим крайне необходимым городу заведениям также не слишком везло. Специальные здания для них строили довольно редко, гораздо чаще приспосабливали старые, выкупленные за бесценок у разорившихся владельцев городские усадьбы. Вот и Рогожская часть получила в свое распоряжение дом XVIII столетия. Его, конечно, сильно перестроили внутри, а наружные преобразования выразились в сооружении на крыше высокой деревянной каланчи, позволявшей обозревать всю застроенную низенькими домиками округу. В 30-х годах, когда пожарных стали вызывать по телефону, ставшую ненужной и обветшавшую надстройку разобрали. Но недавно над бывшей частью вновь появилась нелепая каланча – очевидно, для модного ныне «исторического колорита».


Здание Рогожской полицейской части. Фото 1910-х гг.

Среди прочей застройки этого отрезка улицы – заурядные постройки рубежа XIX–XX веков. Примерами могут служить скучноватый доходный дом (№ 44) 1901 года постройки, спроектированный зодчим-самоучкой (так называемым техником архитектуры) П. П. Киселевым, или примитивная двухэтажная коробочка особнячка средней руки (№ 48), выстроенного в 1891 году еще одним техником архитектуры К. Н. Дувановым. Единственным его достоинством являются богатые и разнообразные наличники, обрамляющие окна второго этажа. Похож на него и более простой, также двухэтажный дом № 52. Правда, в его основе лежат палаты XVIII века, над которыми архитектор Н. Д. Струков в 1902 году возвел второй этаж.

Самые интересные постройки на улице оказались сосредоточенными в самом ее конце, где сохранились строения конца XVIII – начала XIX века. Наиболее значительным, ценным из них является церковь Алексея Митрополита.

Сегодня все храмы вне зависимости от реального качества их архитектуры принято подавать в виде выдающихся памятников зодчества. Не является исключением и Алексеевская церковь. Авторство храма даже приписывают Д. В. Ухтомскому – самому известному московскому мастеру стиля барокко. Вот только основания для такого утверждения не слишком убедительны. Документальных свидетельств на сей счет не найдено. Поэтому серьезные исследователи творчества Д. В. Ухтомского об этой церкви даже не упоминают[47].

Но у всевозможных искусствоведов стремление приписывать авторство любого мало-мальски заметного сооружения тому или иному знаменитому зодчему наблюдается уже давно. В свое время Э. И. Грабарь путем анализа архитектуры ряда выдающихся московских зданий вполне убедительно доказал, что их автором является В. И. Баженов. Затем другие подобные исследователи не менее убедительно утверждали, что почти половину всех частных домов конца XVIII века спроектировал не кто-нибудь, а сам М. Ф. Казаков. Лишь спустя несколько лет разобрались, что из шести знаменитых «Альбомов партикулярных строений» его собственные работы собраны только в первом альбоме.

Аргументация в пользу приписывания того или иного здания очередной знаменитости крайне проста. Дескать, постройка настолько хороша, что ее мог спроектировать лишь выдающийся зодчий, например NN. А почему NN выдающийся? Да потому, что спроектировал эту постройку!

На самом же деле страсть вспоминать при каждом удобном случае ту или иную звезду на московском архитектурном небосклоне объясняется недостатком знаний о большинстве московских зодчих того времени и нежеланием вести долгие (и зачастую бесплодные) поиски в архивах. Гораздо проще упомянуть Баженова, Казакова или Ухтомского. Про них все слышали, никаких исследований вести не нужно, а владельцам дома приятно – как-никак, великий зодчий построил! Скорее всего, именно таким упрощенным подходом к истории московской архитектуры объясняется и настойчивое желание видеть автором Алексеевской церкви Д. В. Ухтомского.


Церковь Алексея Митрополита в Рогожской слободе

На самом деле особыми художественными достоинствами храм не отличается. Его композиция традиционна для посадских и сельских храмов. К основному четверику, накрытому полусферической крышей, механически прилеплено полукружие алтаря. Столь же проста и теплая трапезная, представляющая собой низкий прямоугольный объем. Более интересна колокольня, но и она не отличается особой пропорциональностью составляющих ее ярусов. Собственно, о стилевой принадлежности храма говорят лишь барочные наличники окон да изящная, венчающая храм главка.

В целом же Алексеевская церковь представляет достаточно типичную, хотя и относительно богатую провинциальную интерпретацию елизаветинского барокко. Именно это повышает ее историческую ценность – дело в том, что в Москве подобных храмов почти не осталось.

Напротив церкви сохранился целый ансамбль старых жилых домов. Дом под № 49, строение 4, известный как дом купца И. Ф. Птицына, построен в 1754 году. Фасады сохранили декор, типичный для скромного московского барокко. Интересной деталью являются парные пилястры по углам и в середине уличного фасада. Главный же барочный элемент – массивные оконные наличники. Западный флигель (№ 49, строение 4), стоящий на углу с Шелапутинским переулком, архитектор Д. А. Корицкий в 1874 году отделал в тяжеловесных эклектических формах.

Соседняя усадьба (владение № 51) формировалась постепенно. Считается, что самая древняя ее часть – белокаменная палата на первом этаже – возникла около 1700 года. В середине XVIII столетия к ней пристроили еще две палаты и возвели второй этаж. Спустя еще полвека появились боковые флигеля. Главное здание получило свой современный облик в 1853 году, когда дом вновь расширили очередной пристройкой, а фасад был отделан «под барокко».

Третий дом в этом ряду (№ 53) относительно молод, он появился в 1780–1781 годах, а внешнюю отделку в духе зрелого классицизма получил в 1830-х годах.

Дом № 55 ранее входил в то же владение, что и предыдущий, и был выстроен одновременно с ним. Но после пожара 1834 года участок разделили между двумя владельцами. Очевидно, новый владелец не обладал финансовыми возможностями своего соседа и потому отделал свой дом гораздо проще и скромнее, чем дом № 53. Вдобавок его уличный фасад изуродован поздней пристройкой с востока, придающей зданию чуждую для классического стиля асимметрию[48].

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги

Генерация: 0.224. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз