Книга: Дмитровское шоссе. Расцвет, упадок и большие надежды Дмитровского направления

«Пожар способствовал ей много к украшенью»

«Пожар способствовал ей много к украшенью»

Характерным штрихом дореволюционной истории Бутырок являлся особый вид бизнеса, досконально освоенный бутырскими домовладельцами. Его нехитрая механика основывалась на существовании в России большого числа конкурирующих между собой компаний, страхующих строения от огня.

Серьезные исследователи отмечали, что подобная постановка страхового дела отнюдь не способствовала сокращению числа пожаров. Скорее наоборот. Желание получить солидную страховую премию нередко заставляло самих хозяев поджигать свои устаревшие домики.

В свете этого совсем не кажется удивительным, что застроенные мелкими деревянными хибарками Бутырки прочно удерживали одно из первых мест в Москве по частоте возгораний. Редкая неделя проходила без того, чтобы на Бутырках что-нибудь не сгорело, причем имеются веские основания подозревать, что многие из этих мелких несчастий являлись заранее запланированными и воспринимались потерпевшими вполне стоически.

Но бывало и так, что огненная стихия выходила из-под контроля людей, и Бутырки становились местом настоящих катастроф. Например, сразу два подобных события произошли в 1911 году. В полдень 3 июля загорелся двухэтажный дом А. В. Орешкина. Соседние деревянные хибарки стояли почти без разрывов и не имели между собой положенных в таких случаях кирпичных брандмауэров. Поэтому даже не слишком сильный в тот день ветер легко переносил пламя на соседние сооружения. Вдобавок поблизости не оказалось источников воды: водопровода Бутырки, как и прочие московские окраины, не имели, а ближайший водоем находился в Петровском парке – за пару километров. По сигналу номер три на Бутырки вызывались сразу шесть соседних частей, а еще через тридцать минут пришлось подавать и сигнал номер четыре – на сбор уже восьми пожарных команд.

Тем временем огонь охватил постройки соседнего владения, расположенного на углу проезда и Рождественской (ныне 2-я Квесисская) улицы. А дальше стряслась настоящая беда – загорелось владение А. В. Сергеевой, в котором помимо жилого дома стоял здоровый сарай, доверху набитый сеном. По округе полетели горевшие клоки, разносимые мощной тягой. В трех владениях, соседствующих с орешкинским, каменных сооружений не оказалось, и огонь без помехи перекидывался на стены и крыши деревянных сарайчиков и курятников.

К счастью, пожарные Сретенской части, доставившие тяжеленный паровой насос, обнаружили во владении Сергеевой драгоценную находку – небольшой прудик. Живительная влага внесла перелом в развитие событий. Но ее было слишком мало – из пяти имевшихся в наличии паровых насосов работали только три. Один поставили на сергеевском пруду, а два качали воду из водоема в Петровском парке. Поэтому прошло не меньше часа, прежде чем распространение огня остановили, а еще через пару часов потушили последние очаги пожара.

За это время успела выгореть половина квартала, лежащего между нынешними улицами Писцовой, 2-й Бебеля, 2-й Квесисской и Петровско-Разумовским проездом. Пострадало восемь владений (на их месте стоят сегодня дома № 10 и № 12 по Петровско-Разумовскому проезду). Орешкинский дом сгорел, естественно, дотла. При расследовании выяснились два любопытных обстоятельства. Во-первых, ремонтировавшийся дом пустовал, и огню появиться там было явно неоткуда. Во-вторых, убогая деревянная (да еще и обветшавшая) постройка была застрахована аж на 10 тысяч рублей! Для сравнения – кирпичный односекционный доходный дом среднего класса в пять этажей с удобствами (водопроводом, канализацией, отоплением) стоил примерно 80 – 100 тысяч. А статистика того времени утверждала, что в Москве кирпичная постройка обходилась в три-пять раз дороже деревянной того же объема!

Поводы для подозрений имелись, но подозрения к делу не пришьешь, а факты поджога в целях извлечения выгоды в те времена удавалось доказывать лишь в единичных случаях. Тем более что в данном случае обошлось без человеческих жертв. К сожалению, так бывало далеко не всегда. 10 февраля того же года на Бутырках случился еще один пожар. Двухэтажный деревянный дом М. А. Музалева на Петровско-Парковой улице (сейчас на месте дома находится стадион) загорелся в начале первого ночи. В шести квартирах дома ютилось более ста человек – съемщиков, подсъемщиков и жильцов. Пожар начался в самом низу лестницы. Жильцы верхнего этажа выбивали стекла, прыгали вниз. По мере сил им помогали местные полицейские, ловившие детей на подушки.

Но огонь бушевал с такой силой, что шестеро жильцов переполненного дома так и не смогли выбраться на улицу. Более десятка получили сильные ожоги и травмы. Все, что смогли сделать прибывшие наконец пожарные, – отстоять соседние дома Гришина и Тычкова, стены которых уже загорались. Правда, для этого с домиков пришлось сорвать крыши, выбить окна[83].

В огне выгорали мелкие бутырские домишки, на их месте появлялись новые – смешанные или кирпичные, в два этажа, а на главной улице бывшей слободы – Бутырской появилось два дома даже в четыре и пять этажей!

Сначала в 1903 году архитектор Л. В. Стеженский возвел дом под нынешним номером 67 – в четыре этажа. Вторым стал пятиэтажный доходный дом № 73. Его в 1907–1913 годах по заказу домовладельца К. М. Колупаева выстроил архитектор И. А. Стаканов. Особенными художественными достоинствами здание не блещет – его отделанный мелкой керамической плиткой (кабанчиком) фасад украшают два немасштабных, слишком тяжелых эркера. Удивляет другое: каким образом мог появиться многоэтажный дом на тогдашней городской окраине, лишенной канализационной сети? Как обходили эту трудность строители?

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги

Генерация: 0.109. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз