Книга: Дмитровское шоссе. Расцвет, упадок и большие надежды Дмитровского направления

То шире, то уже

То шире, то уже

Следующее звено Дмитровского радиуса состоит из двух улиц – Долгоруковской и Новослободской. Деление это чисто формальное и своим возникновением обязано исключительно подхалимским соображениям. До 1877 года нынешняя Долгоруковская составляла часть Новослободской, и выделять ее в отдельную улицу никакой необходимости не было. Но в то время Москвой и прилегающими губерниями правил генерал-губернатор князь В. А. Долгоруков, который навсегда вошел в историю тем, что установил рекорд пребывания на посту московского генерал-губернатора – почти 26 лет. Для ублажения всесильного князя городская дума решила ознаменовать десятилетний юбилей его правления переименованием какой-нибудь улицы в его честь. Именно для этого и оторвали от Новослободской ее начальный кусок, превратившийся в Долгоруковскую улицу. Этого думским подхалимам показалось мало, и в 1891 году еще одну улицу – Живодерку – переименовали в честь того же лица. Ее назвали Владимиро-Долгоруковской (нынешняя улица Красина).

Самого Долгорукова, правившего в Москве подобно удельному князю, убрали в том же году – чтобы очистить теплое местечко для царского брата Сергея Александровича. В многочисленном и запутанном сонме императорской фамилии этот развратник, солдафон и тупица представлял особо мрачную фигуру. Его московское правление ознаменовалось Ходынской катастрофой, злобными (но иногда доходившими до ситуаций поистине анекдотических) гонениями на евреев, энергичным, но неудачным насаждением «зубатовщины». Снискав всеобщее презрение, великий князь в 1905 году сам оставил пост генерал-губернатора, но поздно: 4 февраля он был убит бомбой эсера Каляева. В память этого мужественного, хотя и политически малограмотного борца с несправедливостью в советское время Долгоруковская улица стала Каляевской. В 90-х годах волна демократических переименований докатилась и сюда, и на карте города вновь появилась Долгоруковская. Границей между двумя улицами, вернее, между двумя искусственно выделенными участками одной улицы служит пересечение с Селезневской улицей и Весковским переулком.

Среди московских улиц Долгоруковская – Новослободская представляет особый интерес для изучения истории московского градостроительства. Пожалуй, во всем городе не найти другой улицы, ширина которой менялась бы так часто и в столь широком диапазоне. В начале, у дома № 5, она составляет около 55 метров, но уже у дома № 7 сокращается до 45. Далее улица постепенно и незаметно сужается до 30–32 метров. А за Селезневкой, перед наземным вестибюлем станции метро «Новослободская», следует резкий скачок – ширина сразу падает до 27 метров в красных линиях, а чуть дальше до 24–25 метров. Потом расстояние между красными линиями постепенно растет, достигая к пересечению с Лесной и Палихой 30 метров. Сразу же за перекрестком следует скачок до 40 метров, а там, где на улицу выходит Горлов тупик, еще один – сразу до 63 метров! Однако ближе к Савеловскому вокзалу ширина вновь уменьшается метра на три.

Раньше дело обстояло еще хуже. В самом узком месте – там, где сейчас вход на станцию метро «Менделеевская», – на 3–4 метра вперед от красной линии выдавался примитивный ящик двухэтажного жилого дома. Нахально открытый торец украшала выложенная керамической плиткой надпись: «Мясная и рыбная торговля». Эта действительно броская и редкая деталь памятна многим москвичам. Благодаря ей, да еще своему «выдающемуся» местоположению, дом представлял собой в некотором роде местную достопримечательность, которая давным-давно (еще с начала XX века) начала мозолить глаза городской администрации. Ее недовольство вполне можно было понять – вылезающий за красную линию «ящик» стеснял движение и обезображивал всю улицу. А потому вполне естественными были стремления городской управы ликвидировать пресловутый дом. После долгих обсуждений было решено предложить владелице участка – некоей мадам Курниковой – продать выступающую за красную линию часть по цене 65 рублей за квадратную сажень (около четырех с половиной квадратных метров), то есть примерно за 2200 рублей. Однако Курникова заломила за несколько десятков квадратных сажен такую цену, что городская управа вынуждена была в страхе отступить.

Почтенная дама была себе на уме и прекрасно знала, какой ценностью владеет. Ее неуклюжий дом мешал всем москвичам, и управа рано или поздно должна была принять любые условия алчной домовладелицы. В таких условиях согласие на смехотворные две тысячи явилось бы с ее стороны непростительной глупостью. Откровенно шантажируя городскую администрацию, Курникова заявила о намерении надстроить пресловутый дом двумя этажами. Управа отыгралась, не утвердив представленный на рассмотрение проект. На том дело и кончилось.

Понятно, что, когда Великий Октябрь ликвидировал частную собственность на землю, капризная ширина Долгоруковской – Новослободской сразу привлекла внимание градостроителей. Генеральный план реконструкции Москвы предусматривал ее расширение на всем протяжении до 64 метров, то есть до ширины Новослободской на ее завершающем участке[35].

Эскизы реконструкции улицы московские архитекторы начали готовить уже с начала 30-х годов. Однако эти наброски давали лишь общее представление о характере предполагаемой застройки, не касаясь прозаических вопросов оптимальной планировки, сохранения опорных зданий, организации движения и прочих тому подобных проблем.

К 1938 году архитекторы А. Т. Капустина, Д. Д. Булгаков, А. П. Вегнер, И. Л. Маркузе, Б. Ф. Рогайлов, М. А. Хомутов разработали проект планировки Каляевской и Новослободской улиц[36]. Но укоренившееся отношение к Дмитровскому радиусу как к второстепенной магистрали заставило отложить дальнейшие проработки в долгий ящик. И когда полным ходом велась реконструкция улиц Горького (Тверской), Большой Калужской (будущего Ленинского проспекта), 1-й Мещанской (будущего проспекта Мира), на Каляевской – Новослободской никаких существенных планировочных мероприятий не предпринималось.

Даже страшный курниковский дом уцелел и благополучно дожил до 1987 года. Лишь строительство станции метро «Менделеевская» положило конец его существованию. Торец «выдающегося» дома вкупе со знаменитой надписью можно увидеть в заключительных кадрах фильма «По данным уголовного розыска».

Но и после сноса мешавшего всем строения отрезок Новослободской улицы за одноименной станцией метро – самый узкий, неудобный ни для транспорта, ни для пешеходов. Частичная реконструкция позволила лишь слегка расширить и спрямить проезжую часть, но проблема в целом оставалась нерешенной. Поэтому в планах московских градостроителей вновь и вновь возникали предложения по приведению этого отрезка Новослободской в более или менее приличный вид. Солидные многоэтажные доходные дома по правой стороне вкупе с наземным вестибюлем станции «Новослободская» заставляли обратить внимание на менее капитальную и разномасштабную застройку левой стороны.

В 1981 году был представлен проект расширения улицы на ее начальном участке путем сноса большинства построек с нечетными номерами. Наиболее крупные дома (в частности, № 21 и № 33–35) предлагалось передвинуть внутрь квартала. Одновременно для ликвидации еще более увеличивающегося излома трассы на стыке Новослободской и Каляевской следовало изменить и направление последней улицы, слегка отодвинув ее завершающий отрезок к западу. Этому препятствовал огромный доходный дом № 29. Его также предполагалось передвинуть.

Объем запланированных работ оказался столь велик, что грандиозный проект скончался, даже не вступив в стадию детальной проработки. Начало Долгоруковской – Новослободской по-прежнему не радует глаз.

Окончательно испортило дело предпринятое в 2016 году «благоустройство» Долгоруковской улицы. По сути дела, свелось оно к баснословному расширению тротуаров, конечно же покрытыми столь излюбленной городским руководством плиткой. Для кого и зачем это сделано, совершенно не понятно. На улице отсутствуют крупные торговые и зрелищные предприятия, пешеходов по ней движется совсем немного, тротуары гигантской ширины представляют собой пустынные области, среди которых сиротливо торчат сохранившиеся фонарные столбы. Раздувшиеся тротуары до предела сузили мостовую, некогда широкую и вполне достаточную для того, чтобы у тротуаров можно было поставить машину. Теперь остановить автомобиль практически негде. Результат понятен – дефицит машино-мест в округе резко вырос, можно поднимать плату за стоянку.

Еще одним страшным последствием «благоустройства» стала ликвидация троллейбусного движения по улице. Кое-где уже сорваны провода контактной сети. Картина та же, что и на Большой Дмитровке: общественный транспорт ликвидируется, а личный автомобиль поставить негде. Москвичи, ходите пешком или ездите на велосипедах – это полезно для здоровья! Особенно если принять во внимание гигантские размеры нашего города и особенности национального климата…

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги

Генерация: 0.098. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
поделиться
Вверх Вниз